выровнялась. Саймон затаил дыхание, мысленно отсчитывая секунды, но полминуты спустя преследователь так и не показался.
Он глянул на Ариану.
– Что думаешь?..
Она мрачно помотала головой.
– Не знаю, – шепнула она. – Есть шанс, что нас ждёт что-то ещё хуже…
– Осторожно!
Крик Джема прорезал тишину, и Лео резко свернул в сторону, чудом разминувшись с внедорожником, из ниоткуда выскочившим наперерез. Его кузов полностью покрывал камуфляж из ветвей и листьев, а из окон свисали пятеро солдат Верховного Совета в зелёной форме и махали руками.
– Саймон, – напряжённо окликнула Ариана, и он посмотрел в заднее окно. За ними ехал второй внедорожник, а пару секунд спустя к нему присоединился третий, и они вместе зажали фургон с обеих сторон.
– Не пропускай их вперёд, – торопливо сказал Джем. Отстегнув ремень, он протиснулся в зазор между водительским и пассажирским сиденьями. – Если остановимся, нас запросто схватят.
– Сядь на место и пристегнись, – прорычал Лео, вторя взревевшему мотору. Джем неохотно подчинился, а Саймон тем временем огляделся.
Внедорожник, едущий сзади, приблизился – настолько, что Саймон видел равнодушное лицо водителя в мельчайших деталях. Но он продолжал набирать скорость, и фургон вдруг с силой тряхнуло.
Водитель въехал им в бампер.
– Они хотят столкнуть нас с дороги, – сказала Ариана, хотя Саймон и сам уже понял.
– Если они пришли за Габриэлем, то не станут нападать, – пробормотал он, отстегнув ремень и схватившись за спинку сиденья, чтобы не упасть. – Они не будут рисковать, побоятся его зацепить. Лео, не останавливайся.
Дедушка посмотрел в зеркало заднего вида, нахмурив седые брови.
– Саймон, ты что…
– Не останавливайся, – повторил он и перелез к Джему, не обращая внимания на натянувшиеся швы. – Только дверь за мной закройте, ладно?
– Саймон!.. – Ариана попыталась схватить его за футболку, но не успела. И Саймон, не оглядываясь, открыл боковую дверь и выпрыгнул из фургона наперерез внедорожнику, толкающему их сзади.
5
Одним махом
Уже в процессе превращения из человека в могучего ягуара Саймон услышал за спиной крики друзей, оставшихся в фургоне. Но было слишком поздно – он летел, вытянув лапы с заострившимися когтями, и хотя конкретного плана у него не было, он понимал, что Джем прав: если не остановить Верховный Совет, расправиться с ними будет проще простого.
Он приземлился на брезентовую крышу ближайшего внедорожника и под возгласы солдат рассёк ткань. Сквозь дыру было видно, как они поспешно хватаются за оружие, но Саймон не стал ждать драки. Он сам спрыгнул в салон, приземлившись на водителя. Тот закричал, а Саймон впился когтями ему в живот, схватил зубами руль и резко вывернул его в сторону.
Внедорожник устремился к массивному дереву; солдаты даже не успели прийти в себя. Саймон смог обратиться буквально за мгновение перед столкновением: став стрекозой, он вылетел из открытого окна, и тут же по джунглям разнёсся тошнотворный грохот металла, врезавшегося в дерево.
Теперь кричали все и повсюду – друзья в фургоне, солдаты в двух оставшихся внедорожниках, даже сбежавшиеся звери, сидящие на деревьях. Но Саймон не обращал на них внимания, потому что военный автомобиль снова врезался в бампер фургона, и он, недолго думая, бросился на лобовое стекло.
Врезался в него он уже свернувшимся в клубок броненосцем, защищённым крепким панцирем. Зверьком он был небольшим, зато тяжёлым, и влетел в грудь водителя с силой, достаточной, чтобы сломать ему кости.
Внедорожник вильнул, но задыхающийся солдат удержал руль, и не успел Саймон даже распрямиться, как кто-то схватил его и вышвырнул из машины.
Друзья закричали громче, но в мгновение ока Саймон обернулся птицей, которую видела в путеводителе Уинтер, – серо-зелёным короткохвостым воробьём не крупнее большого жука. Сражаться так он не мог, зато лавировать в небольшом пространстве – запросто. Чирикал он прямо как кузнечик – Саймон даже усомнился, что это его собственный голос, но всё же издал клич и бросился в окно внедорожника.
Только сейчас он заметил, что автомобиль был больше остальных, а длинные скамьи тянулись вдоль салона, а не поперёк, как в обычных машинах. И ждали его не пятеро солдат, а больше десятка, и все были вооружены штыками и боевыми ножами.
Но Саймон не остановился, а всякий страх и боль смыла волна адреналина. Вот он был воробьём – а мгновение спустя уже обернулся ярко-зелёной змеёй, оголившей клыки. И несмотря на оружие, солдаты попятились, хотя деваться из внедорожника было некуда.
Сдавленно закричав, один из них вскинул штык. Делать было нечего, и Саймон, бросившись на него, впился клыками в ногу прямо над кожаным сапогом. Он не любил использовать яд – для этого у них была Ариана, – но успел впрыснуть только половину, а потом солдат завопил и пинком сбросил его с себя.
В воздухе он снова превратился и на пол приземлился уже массивным бурым медведем. Солдаты набросились на него, полосуя ножами мех и толстую шкуру, и Саймон не стал терять время. После жестокой битвы за Хищника он на дух не переносил схватки и не хотел никого убивать. Но друзья не переставали кричать, а внедорожник снова тряхнуло, когда он врезался в фургон, и Саймон бросился в бой, отбросив все сомнения. Он должен был защитить близких ему людей – они не могли умереть просто потому, что ему страшно было использовать свои силы.
Поэтому он сражался, не сдерживаясь, раскидывая солдат одного за другим. Становился то медведем, то аллигатором, то львом, то королевской коброй, то волком – кем угодно, лишь бы противники не расслаблялись. И наконец, когда спереди вновь раздался отвратительный лязг, Саймон зло поглядел на водителя через зеркало заднего вида и обратился бегемотом.
Он превращался в него впервые и сам удивился, как быстро разрослось тело, мгновенно занимая собой всё пространство. Он больше не мог двигаться, но это было неважно, ведь многого от него и не требовалось. Последний оставшийся солдат попытался подрезать ему задние ноги, но Саймон просто наступил ему на ступню, и он оглушительно завопил от боли. Внедорожник покачнулся; мотор взревел, но как бы водитель ни давил на педаль газа, он не мог перебороть многотонного бегемота.
Автомобиль сбросил скорость, всё сильнее и сильнее отставая от фургона друзей и третьего внедорожника. Саймон тяжело шагнул вперёд, нависая зубастой пастью над ухом раненого водителя.
– Остановись, – приказал он небывало низким голосом. – И если с машиной всё в порядке – возвращайся в город и отвези товарищей в больницу.
Водитель залопотал что-то по-португальски, но Саймон его не понял, как и сам он вряд ли понял, что сказал Саймон. Поэтому
