тогда Саймон заметил запёкшиеся под ногтями грязь и кровь – и он даже не знал, его ли она. К горлу неумолимо и резко подступила тошнота, и он с трудом взял себя в руки. До этого момента он сражался так всего один раз: на крыше крепости Звериного короля, когда на кону стояла жизнь – или его, или Ориона. Но потом на его глазах дедушка сорвался вниз и разбился о скалы, и он пообещал себе больше не использовать в сражениях силы Звериного короля – силы Наследника.
Но сейчас, оглядывая друзей, целых, здоровых и не тронутых солдатами, которые готовы были пойти на всё, чтобы от них избавиться, Саймон понял: он ни о чём не жалеет. Ему не оставили выбора, и он не раскаивается в собственных действиях – и не сожалеет о потерянных жизнях солдат. И именно это его и пугает.
6
Принцесса и наследница
– Мы ещё долго будем шататься по лесу, – сказала Уинтер, – или всё же признаешь, что мы потерялись?
Они петляли по пустующей грунтовой дороге уже почти три часа. Саймон лежал на заднем ряду, прикрывая глаза рукой, а Ариана в четвёртый раз проверяла повязку, стягивающую рану. Кровотечение стало слабее, но не остановилось до конца, и она поджимала губы, слегка надавливая на рану вопреки болезненному шипению Саймона.
– Мы не потерялись, – терпеливо возразил Габриэль. – Более того, если мы сейчас повернём вон на том повороте, вы сами убедитесь, что я знаю дорогу.
Даже из-за спинки сиденья, перекрывавшей обзор, Саймон заметил, как Джем выпрямился.
– Это что, Амазонка? – поражённо спросил он. – Мы поплывём на лодке?
– На чём? – переспросила Ариана, резко вскинув голову и моментально позеленев. Захрипев, Саймон кое-как сел, и действительно: стоило Лео свернуть на едва заметную тропу, которую и дорогой-то сложно было назвать, как впереди показалась широкая река – а заодно и маленький шаткий причал с большой лодкой, видавшей лучшие времена.
Как только Лео припарковался, Джем выскочил из фургона и понёсся к воде.
– Всегда хотел поплавать в Амазонке, – крикнул он. – Экосистема тут шикарная…
– Я бы на твоём месте в воду не лез, – сказал Габриэль за мгновение до того, как Джем добрался до берега. – Мы на территории кайманов. Так что осторожнее, если не хочешь стать их обедом.
Из окна Саймон увидел, как Джем резко затормозил. Уинтер вздохнула.
– Я за ним присмотрю, – сказала она, схватила сумочку и выпрыгнула из фургона. Шарлотта пошла за ней, но когда Саймон попытался подняться, Ариана сильнее надавила на его рану.
– Сначала зашью тебя, – сказала она, доставая из поясной сумки зажигалку и швейный набор, – а потом можешь снова корчить из себя бессмертного.
Под болезненные вздохи и ворчание Саймона она принялась за дело, но справилась, к счастью, быстрее, чем несколько дней назад в Серенгети. К тому времени, как она закончила, Лео с Шарлоттой перенесли вещи из фургона в лодку, на палубе которой уже стоял Джем – опасно перевалившись через перила, он вглядывался в мутную воду.
– Свалишься – мы за тобой не полезем, – предупредила Уинтер, придерживая его за футболку, словно ей бы хватило сил удержать его от падения. У неё были свои сильные стороны – например, умение бросаться ядовитыми комментариями, подходящими ситуации, – но физически Джем был чуть ли не в два раза крупнее её.
– Да и не надо, – жизнерадостно отозвался тот, не сводя взгляда с реки. – Ничего со мной не случится…
Стоило ему это сказать, как на поверхности показалась морда массивного аллигатора, приподнявшегося буквально на несколько сантиметров над водой, – Саймон, как раз вышедший на причал с Арианой, с трудом разглядел даже его ноздри. По спине его змеился тёмный гребень, а взгляд был прикован исключительно к Джему.
Чёрный кайман.
– Еда, – раскатисто пробурчал кайман низким голосом, заглушённым плеском воды, и Уинтер дёрнула Джема за футболку с такой силой, что ворот врезался в шею, и ему пришлось выпрямиться.
– Как классно, – сказал он, хотя так и не отошёл от перил. – А ты знала, что чёрные кайманы – самые крупные представители своего вида? Они могут вырасти до шести метров в длину, даже больше, чем крокодилы.
– А ты знал, – не выдержала Уинтер, – что они хищники, которые сожрут тебя и не подавятся?
– Еда, – снова потребовал чёрный кайман, и Саймон огляделся. Еды у них не было, если не считать мармеладных мишек, но Саймон очень сомневался, что кайман предпочтёт их мясу.
– Габриэль, – окликнул он, заметив Хранителя на берегу. Тот тоже наклонялся, словно с кем-то разговаривал, но Саймон не видел, с кем именно. – Тут голодный чёрный кайман.
Габриэль даже не посмотрел в его сторону.
– Я тут о цене договариваюсь, – отозвался он. – Погоди минуту, будь добр.
Его тон Саймону совсем не понравился, но он, оглянувшись на бледную Ариану, всё же поднялся на борт. Лодка оказалась крепче, чем он думал, а под палубу уходила лестница – значит, можно было надеяться, что места всем хватит.
Едва поднявшись на лодку, Ариана тяжело опустилась на толстый моток каната и закрыла лицо руками. Саймон присел рядом с ней на корточки, игнорируя боль в боку.
– Может, плыть по реке будет легче, чем по морю.
– Буду надеяться, – пробормотала она без особой уверенности. – Ничего, выживу. Проследи, чтобы Джем за борт не спрыгнул.
Выглядела она плохо, но Саймон знал, что лучше оставить её в покое. Поэтому он подошёл к Уинтер с Джемом, которые перекидывались фактами о лесах Амазонки с таким видом, словно сражались за титул знатока. И хотя Джем явно кое-что знал, особенно если это касалось реки, кладезь познаний Уинтер оставался неиссякаем.
– Сорок тысяч видов растений, Джем, – недовольно сказала она. – И это только те, которые нам известны.
– Ну, а Амазонка раньше текла в противоположную сторону, – парировал Джем. – И ты знала, что тут обитают речные дельфины и гигантские выдры…
– Каждую секунду люди вырубают полтора акра леса, – изящно вклинилась Уинтер. – А каждый день вымирает больше сотни различных видов.
– Не надо читать мне мораль, я и так знаю, что природу нужно беречь, – сказал Джем, не скрывая своего раздражения. – Ариана, вот ты в курсе, что в одних только джунглях проживают два с половиной миллиона видов насекомых?
– Думаю, её сейчас это не очень волнует, – сказал Саймон.
Одного взгляда в сторону реки хватило, чтобы заметить, как кайман вьётся у лодки, явно выжидая возможность перекусить. Но не успел Саймон полезть в рюкзак, чтобы отвлечь каймана злаковым батончиком, как за спиной послышались тяжёлые шаги: на борт поднялись Лео, Габриэль и Шарлотта.
– Путь свободен, –
