с магическим даром. Их кормили на убой, не давали физического труда. Берегли в рамках местных норм. И варварски выкачивали их силы для поддержания местного уровня быта. Рабами были люди из других королевств или из королевства Любек, но потерявшие все. По идее, здесь могли додуматься до более комфортных условий. Только местным не нужен бы больший уровень прогресса. Был минимум, крестьяне в кабале, аристократы в шоколаде, король при армии. Всех все устраивало. А кого не устраивало, не могли ничего сделать.
Обратный путь помог осмотреться. Лежбище моё было не хитрым: старые ободранные доски на камнях. Ортопедический матрас заменял грубый мешок, набитый соломой. Вместо одеяла серая тряпка в заплатках. Серые стены и потолок. Интересно, Вигмар так же спит? Или это только мне повезло?
Маргарет принесла с собой еды. Пахло помоями. На вкус хуже.
– Маргарет, я не понимаю. В прошлый раз Вилли принес нормальный бульон. Почему сейчас это? – я указала взглядом на пищу.
Глаза Маргарет бегали. Она была взволнована.
– Прости, милая. В прошлый раз Вилли без проса взял бульон со стола Вигмара. Всяко не те отбросы, что едим мы. Но я помыла миску. Вилли передал, что ты просила его. Сегодня Беатрис лично проследила, что я несу тебе.
Среди множества слов самое главное я уловила: Вилли влип.
– Маргарет, – я поймала её взгляд, – где Вилли?
– Роззи, – она опустила глаза, – Вигмар выпорол его. Лежит, бедняга. В себя приходит.
Я закрыла глаза. Все понятно. За мной должок, Вилли.
– Давай поедим, – сказала я осипшим голосом.
Каждый глоток давался тяжело. Большим трудом было удержать, что есть и все последующее. От каждой проглоченной ложки желудок сжимался и был рвотный позыв. Мне надо сил не подохнуть в этом гадюшнике. Еда проглочена. Сил после ходьбы нет. Надо спать. Только злость мешает. Представила её золотым канатом с черными шипами. Смотала в клубок, вкладывая всю ненависть. Представила, что зелёный кокон дара впитал этот клубок. Хотела уснуть, но мне помешали.
Пожаловала Беатрис собственной персоной. И я вспомнила про нее.
Она появилась в этом доме через пару месяцев после того, как Вигмар принял тяжёлое бремя опекунства. Подобрал в дешевом борделе. Тогда ей было 15. Молодая, опытная обольстительница. Она вцепилась в него, как клещ, увидев в его лице билет в нормальную жизнь.
Сейчас ей было уже 22. По местным меркам не молода. Совсем.
Дверь резко открыли. От такого обращения она жалобно скрипнула.
Почему я знала, что это Беатрис, хотя лежу головой к двери? Ответ прост. Эта сволочь забрала себе духи матери и пользовалась только ими. У мамы, теперь уже моей, запас был огромный.
Беатрис довольно оглядела Роззи. Мелкая была в жутком состоянии.
– Ну привет, дрянь, – довольно скалилась эта стерва.
Она оттолкнула Маргарет от изголовья и встала так, чтоб я видела ее. А пришла она в любимом мамином платье. Это было намеренным актом морального подавления. Она покрутилась вокруг себя, чтоб я ее смогла всю рассмотреть. И я увидела мамины серьги, мамины кольца, мамино ожерелье.
– Гляди, – сказала Беатрис, довольно поглаживая ткань по бокам платья, – ее платье на мне. Ее драгоценности на мне. А ты лежишь здесь и подыхаешь. Вигмар получит твои деньги, родишь наследника, и он убьет тебя, будь уверена. А я буду купаться в роскоши и заберу себе все твое.
Она присела на корточки, и приблизила свое лицо к моему. Зря. Наверно, она могла сказать много гадостей из своего запаса. Только я не собиралась это слушать. Беатрис открыла рот, чтоб продолжить.
И я блеванула прямо на нее. Все равно помои. А так, хоть к месту.
Как она орала. Вскочила и истерично затопала ногами, подняв руки с растопыренными пальцами к лицу, но так и не решаясь до него дотронуться. Ввалилась стража и увела ее. Теперь понятно, почему Вилли шептал при пробуждении. Понятно, откуда так перло духами. Люди не хотели мыться, но очень хотели благоухать. И у них получалось.
Впервые в этом мире я улыбалась. Да что там, я откровенно злорадствовала. Прогнешься хоть раз, начнут прогибать постоянно. Хотя понимала, что это еще аукнется.
Посмотрела на Маргарет. Старушка была в шоке. Она смотрела на меня и не верила. Эмоции легко читались на ее лице. Я вела себя не как прежняя владелица этого тела. Скоро она начнет задавать неудобные вопросы.
И предстоит решить, говорить правду или нет.
10. Адаптация
Маргарет ничего не сказала, встала и ушла. Или под впечатлением сказать нечего, или мысли в голове то крутятся, но сказать боязно.
Да, я сглупила, поддавшись на провокацию. Беатрис та еще стерва, отомстит. Но я другая. Не хорошо, не плохо. Не хочу потерять себя снова. Лучше сожалеть о сделанном, чем об упущенных возможностях.
Есть хотелось зверски. Лежала на боку и рассматривала шероховатости стены. С другой стороны к этим помоям надо еще привыкнуть, после разносолов Земли и их доступности. Нужно будет искать альтернативные источники еды. Если есть только местную бурду, то и ноги протянуть можно.
Пить хотелось тоже. А еще плакать. Храбриться можно сколько угодно. Осознание несправедливости этого мира давило. Закрыла глаза. Все, что я могу – спать. Значит надо поспать. Когда тошнит уже от голода засыпать сложно.
Но есть ментал, можно соскользнуть туда. Чем я и занялась. Представила свою пещеру и оказалась там.
Пошла на сеанс лечения. После этого пошла щупать зеленый шар. Или мне кажется, или от злости он подрос. Злость – двигатель прогресса. А злость на Вигмара просто неисчерпаемый ресурс. Мысленно передала свои эмоции шару.
Делать нечего. Пока лежу в реальности, я вообще ничего не могу. Ожидание сводит с ума.
Так прошло несколько дней. Маргарет приходила, приносила пищу и молчала. Что могла, я ела. Заставлять говорить старушку смысла нет. Будет готова, сама начнет. Эти дни я постоянно уходила в ментал и не вылезала из дара. Просто лежала на дне. Происходило беспрерывное слияние и лечение. Вилли эти дни не появлялся. Все замерло в ождании.
В одно утро проснулась и поняла. Все. Я полноценно владею возможностями своего тела. Пора выходить из скорлупы. Это время было нужно до конца все принять. Спасибо мирозданию или случаю, что оно было.
Мне было все равно, что будет вокруг. Кто будет вокруг.
Есть схема в голове, надо двигаться.
Проснулась, сходила в туалет. И обмылась, как могла, ледяной водой. Руки
