— Я ее понимаю, — ответил Куэрк, и тут из гостиной появился Дортмундер, с программкой бегов в одной руке и красным карандашом в другой.
— Черт побери, Энди! — воскликнул он. — Владелец дома потратил кучу денег на звонки.
— На что только не тратят люди деньги, — пожал плечами Келп.
Куэрк, войдя в квартиру следом за Келпом, закрыл за собой дверь.
Дортмундер покачал головой, признавая, что Келпа не исправишь, и вернулся в гостиную.
— Мэй дома? — спросил Келп, двинувшись за ним.
— Пошла на дневной сеанс, — Дортмундер посмотрел на Куэрка. — Любит смотреть кино, поэтому, если у меня дела, идет в соседний кинотеатр.
— А ты любишь кино?
Дортмундер пожал плечами.
— Иногда смотрю. Садитесь.
Куэрк устроился на диване, Дортмундер и Келп — в креслах.
— Раз уж мы собрались, Кирби, развей наши сомнения, — предложил Келп.
— Попытаюсь. — Куэрк прекрасно понимал, что ступил на тонкий лед, но надеялся не провалиться в воду. — Может, сначала я расскажу вам о еще одном участнике нашей операции?
— О Родриго? — полюбопытствовал Келп.
— Нет, о турагенте.
— Да, да, — покивал Келп. — Ты говорил о турагенте, который повезет сиапы на юг.
— Это женщина, — поправил его Куэрк. — Джанет Туилли, так ее зовут. Ей принадлежит туристическое агентство в Сикаморе.
— Ага. — Келп многозначительно улыбнулся. — У нас там что-то происходит, Кирби?
— Нет, нет, — торопливо ответил Куэрк, потому что не хотел, чтобы они так думали. — У нас чисто деловые отношения. Мы разделим нашу долю, так же, как и вы.
— Половину половины, — уточнил Келп.
— Совершенно верно.
— Ты ей доверяешь? — подал голос Дортмундер.
— Абсолютно, — без запинки ответил Куэрк.
— Между вами ничего нет, отношения сугубо деловые, ты ей полностью доверяешь, — уточнил Дортмундер.
Куэрк ответил, тщательно подбирая слова.
— По правде говоря, я думаю, что семейная жизнь у нее не сложилась. Похоже, ей нужны деньги, чтобы уехать из Сикамора.
— Но не с тобой, — ввернул Келп.
— Нет, не с бывшим заключенным. — Тут Куэрк решил еще больше принизить себя, дабы его слова показались более убедительными. — Она просто хочет меня использовать, чтобы заработать деньги и получить возможность бросить мужа.
Дортмундер пожал плечами.
— Понятно. Значит, она повезет сиапы Родриго. И ты уверен, что она вернется с долларами. Но у нас остается тот же вопрос. Почему мы должны ей доверять?
— Мы это обсуждали, — ответил Куэрк. — Джанет и я. И нашли только один приемлемый вариант. Кто-то из вас должен поехать с ней.
Келп посмотрел на Дортмундера.
— Я тебе так и говорил.
— Значит так. — Разговор пошел в нужном направлении, и Куэрк заспешил, выкладывая заготовленный вариант. — Она готовит тур, пятнадцать или двадцать человек, которые хотят поехать в эту южно-американскую страну. Сначала — самолет. Потом — автобус. Коробки с сиапами она положит в общий контейнер, где будут вещи остальных туристов. Еще одного человека сможет взять бесплатно, если едет целая группа, авиакомпания и принимающая сторона идут навстречу, но вы должны сказать мне, кто полетит, чтобы она знала, на кого заказывать билет.
Дортмундер и Келп переглянулись. Келп вздохнул.
— Я знал, что к этому мы и придем.
— Не такая уж и плохая поездка, — успокоил его Куэрк. — Несколько дней отдыха, и ты вернешься.
— Может она сделать два билета? — спросил Келп.
— Ты хочешь сказать, что вы поедете вдвоем?
— Нет, — покачал головой Келп. — Я говорю о моей подруге. Я могу полететь и один, но будет проще, если она составит мне компанию.
— Конечно, — ответил Куэрк, зная, что никакого тура не будет, поэтому не имело значения, сколько он пообещает бесплатных билетов. — Только мне нужны ее имя и фамилия. Напиши их на чем-нибудь.
Дортмундер поднялся.
— На кухне есть блокнот. Кто-нибудь хочет пива?
Пива захотели все. Дортмундер ушел, а Келп повернулся к Куэрку.
— Ее зовут Мэри-Энн Капринау. Твоя приятельница. Джанет?.. Они друг другу понравятся.
— Я в этом не сомневаюсь, — ответил Куэрк, а потом, потому что нервничал, повторил: — Не такая уж и плохая поездка. Несколько дней отдыха, и все дела. Ты хорошо проведешь время.
— Я на это рассчитываю.
Дортмундер вернулся с блокнотом и тремя закрытыми банками пива.
— Вот. Открывайте сами.
Келп взял блокнот и записывал имя и фамилию своей подруги, пока остальные двое открывали банки.
— Вот. — Он протянул Куэрку вырванный из блокнота листок.
— Благодарю. — Куэрк сложил листок, убрал в карман и поднял открытую банку. — Какой у тебя был тост? За преступление.
Келп ослепительно улыбнулся.
— За преступление, совершаемое с друзьями.
— Именно так, — поддержали его Дортмундер и Куэрк.
15
Среда. Перед тем, как закрыть туристическое бюро «Семь лиг», Джанет выписала два авиабилета на Мэри-Энн Капринау и Эндрю Октавиана Келпа, из аэропорта имени Кеннеди до Сан-Кристобаля, столицы Гуэррары, с пересадкой в Майами и промежуточной посадкой в Тегусигальпе, столице Гондураса. До Майами им предстояло лететь рейсом «Дельты», далее чартером компании «Интерэйр». Она убрала билеты в сумочку, которую носила на плече, надела солнцезащитные очки, вышла из бюро, заперла входную дверь, долго смотрела в окно-витрину, потом села в машину и поехала домой.
Примерно в тот самый момент, когда Джанет открывала дверь своего ненавистного дома, Келп открывал водительскую дверцу еще одного компакта «О'Молли», арендованного по еще одной короткоживущей кредитной карточке. Дортмундер бросил свой чемоданчик на заднее сиденье и уселся рядом с Келпом.
Кирби Куэрк, уже отпускник, как и остальные сотрудники типографии «Сикамор крик», провел вторую половину дня на рыбалке, вместе с двумя друзьями, которые тоже работали в типографии, довольно далеко от города, ниже по течению реки. Именно на рыбалке он более года тому назад и познакомился с Джанет, которая выглядела ослепительно в рыбацкой шляпе и резиновых сапогах до бедра. Необычно высокая вода только способствовала клеву. Сразу после открытия шлюзов, в прошлую субботу, поднятые со дна сильным течением ил и песок замутили воду, но за пару дней муть осела, и к среде речка вновь стала такой же прозрачной и чистой, как и всегда. Так что Куэрк отлично провел время, ловя и отпуская рыбу. Временами даже переставал нервничать по поводу грядущей ночи.
Роджер Туилли при любой возможности смотрел новости, с презрительной ухмылкой на лице. Он презирал новостные программы и не доверял тем, кто готовил их и выпускал в эфир, а смотрел, главным образом, для того, чтобы уличить их во лжи. Он знал, что очень часто принимал ложь за правду, но иногда подлавливал их, мог со стопроцентной уверенностью утверждать, что с экрана телевизора нагло лгут, с тем, чтобы держать глупцов в узде. Что ж, Роджер Туилли не был глупцом, они не могли его провести, что бы ни говорили в своем новостном выпуске, который ежедневно выходил в эфир в половине седьмого вечера.
Тем временем Джанет, которой полагалось в это время быть на кухне и готовить обед, на самом деле находилась в спальне и собирала маленький чемодан. Туалетные принадлежности, косметика, одежда на неделю. Она оставила гораздо больше, чем взяла, и, тем не менее, набила чемодан до отказа, да еще он оказался на удивление тяжелым. Из спальни она вынесла чемодан на кухню, потом вышла из дома через черный ход и обогнула угол. Там, на полоске асфальта, коротал ночи ее автомобиль. Она положила чемодан в багажник, где уже лежали рыболовные снасти, а потом вернулась на кухню и начала готовить ужин, вновь, как случалось каждый вечер, задаваясь вопросом, а чего ей просто не отравить эту крысу. Но каждый вечер она одинаково отвечала на этот вопрос: сухой выйти из воды не удастся. Избитая жена и отравленный муж — эту головоломку сможет разгадать даже коп в округе Дэрби.
