смысле алиментов, а, например, в смысле пенсионного стажа: слетал, положим, на месяц, а на земле за это время пенсионный стаж накопился. Сила, а? Можно также положить какую-то сумму на сберкнижку, прилетишь, когда на земле уже лет двести пройдет — это сколько процентов накапает? Да привезти еще чемоданчик шкурок от тамошних зверей…
Покончив с парадоксом Эйнштейна, мы приступили к моим шкуркам.
Витя долго вертел их, ерошил, нюхал, поворачивал так и этак, почему-то поминутно взглядывая на свою незавершенную меховую мозаику, наконец, сказал:
— Маловато на шапку… Понимаешь: животы отрежутся, бока отрежутся. Еще надо бы три шкурки…
При этом глаза у него забегали, как у жулика. Я молча показал ему шиш, забрал шкурки и ушел. Теперь вот ищу книжку «Кустарь-надомник», изданную в двадцатые годы…
ПОСЛЕ ЦЕХКОМА
Мастер бондарного цеха Андрей Ильич выступает на цехкоме, который собрался, чтобы обсудить поведение ученика Федьки Петрова.
Федька обвиняется в том, что пьяным явился на завод, шатался по территории, горланя частушки, и нагрубил инженеру, обозвав его сопливым интеллигентом.
Сейчас Федька понуро сидит на табуретке, свесив между колен сцепленные кисти рук и уставясь на грязные носки своих громадных сапог. Вся его долговязая фигура выражает страдание и раскаяние.
— Вот он перед нами: согнулся, хлюпает! — восклицает Андрей Ильич, направляя негодующую руку в рыжий вихрастый затылок преступника. — А какой он был вчера? Это ж, товарищи, уму непостижимо, до чего же отрицательный вид он имел! Нализался, извиняюсь, как кошкин сын, несмотря на свой цветущий возраст! Инженера нецензурно оскорбил! Пел песни в общественном месте! Скажите, какой артист выискался! Олег Попов! И это — передовая молодежь, наша смена?! Вот сейчас он оправдывается: дескать, гулял у сестры на свадьбе, утром опохмелился. А вот мы его спросим: чем ты похмелялся? Ну, чего молчишь?
— Че-кушкой… — чуть слышно бормочет Федька, не поднимая головы.
— Вот! Видали?! — разводит руками Андрей Ильич. — Молокосос, а уже опохмеляется, как большой! Уволить тебя надо! Мы не потерпим таких типов в своих рядах!..
Андрей Ильич замолкает на минуту, сурово оглядывая Федьку, который съежился еще больше.
— Но, товарищи, — продолжал мастер, — работник он неплохой, я его уже полгода знаю… Парень в общем непьющий, честный, в хищении досок не замечен. И молодость лет надо принять во внимание… Я предлагаю объявить ему устный выговор и перевоспитать! И чтобы извинился перед отсутствующим здесь инженером!
Предложение Андрея Ильича принимается. Цехком выносит устное порицание Федьке…
Встрепанный, красный, но повеселевший Федька догоняет мастера в проходной:
— Спасибо вам, Андрей Ильич, заступились за меня. Уж я не подведу… Ох и пережил я!
— То-то! — треплет его Андрей Ильич по плечу. — У нас, брат, строго! Производство — это тебе, брат, не деревня — жарь в гармошку, пляши, никто тебе слова не скажет! Тут тебя живо обтешут!.. Но, брат, живот я вчера надорвал… Какие ты штучки выкидывал! У тебя ж форменный талант комика-исполнителя! Подтверди талант: изобрази выпивоху потрезву!.. А?.. Читал я: в Спарте нарочно рабов напаивали, чтоб воины видели, как те делались скотами… То-то, брат… Бывай!
НЕДЕЛЯ РЫБОЛОВА
Понедельник
Сегодня весь день анализировали с Валерьянычем причины неудачи вчерашней рыбалки. Самая главная — избалованность рыбы, закормленной всевозможными приманками.
Анастасия, которую шеф, несмотря на протесты, воткнул в наш кабинет вместе со столом, шипела, что мы, якобы, мешаем ей своими разговорами скрипеть на арифмометре. Прав был любимый писатель: среди извечных и бесчисленных врагов рыболова вздорные, глупые бабы наиболее невыносимы!
Составили с Валерьянычем заговор, имеющий целью выселить ее в машбюро, чтобы не мешала работать над проектом, который вторую неделю висит на нашей шее, и уже заявился по этому поводу «толкач» — серая личность, погруженная в мелочные служебные интересы, равнодушная к спорту и рыболовству.
В связи с тем, что понедельник — день тяжелый, за проект не принимались, несмотря на понукания шефа. Между прочим, вчера он своей кривой несбалансированной удочкой выудил трех громадных лещей! Наше предложение выправить удилище он отверг: мол, привык к такому, чем проявил присущую ему косность, ненависть ко всему живому и прогрессивному! Что касается людей, то по таинственным законам рыболовства временное случайное везение типично для новичков и дилетантов. На везенье нельзя полагаться, необходимо искать оптимальные методы!
Вторник
Только хотели приниматься за проект, как позвонила знакомая девушка из «Спорттоваров» и сообщила, что поступили наконец-то пружинные весы для взвешивания пойманной рыбы. Я был откомандирован в очередь, где собрал множество полезной рыболовной информации.
Весы великолепны и вызвали большой интерес всех сотрудников, даже не связанных с рыбалкой! Ходили по всем кабинетам и делали пробу, взвешивая всякие мелкие предметы: расчески, авторучки, пудреницы и прочее. Плохо одно: самый большой вес, который они берут, — полпуда, так что более крупную рыбу придется взвешивать каким-либо другим способом.
Шеф тоже присутствовал при демонстрации, но интереса к весам не проявил и весьма кислым тоном приказал идти работать.
Да, в наш век перегрузок рыбалка — единственный способ спасения от психологического стресса!
До конца дня потели над проектом. Напряженный мозг родил побочную идею: все дело в горохе! Горох, сваренный обычным способом, по консистенции не удовлетворяет вкусам рыбы, необходимо варить его под давлением в автоклаве, который можно заказать знакомому слесарю.
Идея автоклава встретила горячую поддержку Валерьяныча. Он в свою очередь предложил идею: присвоить шефу кличку «дикарь» за склонность к первобытным орудиям лова, свирепый нрав, общую дикость и некоммуникабельность. Утверждено, завтра пустим в народ!
Среда
Гнули горб над проектом, одновременно стараясь дозвониться в мастерскую слесарю, который где-то гулял. Дозвонились только во второй половине дня: цена — червонец, деньги — немедленно. Ходили с сумой по всем кабинетам, пока не набрали нужной суммы. Затем Валерьяныч под предлогом острой зубной боли был откомандирован к слесарю.
Приходил знакомый мальчик, принес дождевых червей. Надо же было ему столкнуться в коридоре с шефом! Его святейшество лично соизволил указать на нежелательность здесь посторонних.
Столкновение с Анастасией по поводу червей. Для нормальной жизнедеятельности их необходимо содержать в грунте. Когда я взял немного грунта из горшка с геранью, бесполезно торчавшего на подоконнике, она подняла крик: оказывается, комнатные цветы — ее хобби. Заметили ей, что герань — символ мещанства, у мещанок и хобби мещанские! Между прочим, ей и слова не сказали, когда она несколько дней содержала в пустом аквариуме хомяка, который является распространителем туляремии и укусил меня за палец. Чем заниматься ненужными цветками, лучше бы следила за ошибками в своих расчетах.
Неизвестно, чем кончился бы наш разговор, но тут
