Аула Ора же росла в своей приёмной семье, окружённая всеобщей любовью и заботой, как экзотический цветок. Она была прелестной девочкой, и все говорили, что она вырастет настоящей красавицей, у которой не будет отбоя от женихов. Растущая красота Аулы вызывала порой зависть у её сестёр, особенно старшей, которая, повзрослев, не обрела особой красоты и не была избалована поклонниками.
— Не переживай, — успокаивала её Эйа. — Главное — быть порядочным человеком и хорошей хозяйкой, тогда муж обязательно найдётся.
Она ласково потрепала Меллу по плечу, и та теперь позавидовала ей — как та могла оставаться всё время такой доброй и спокойной при том, как складывалась её судьба. Ведь Эйа никогда не была и будет замужем, отдав свои лучшие годы воспитанию приёмной дочери Гио и Алерты!
Но у Аулы Ора, кроме красоты, было ещё что-то, чего она сама ещё не могла понять и описать. Этому старшие сёстры не могли завидовать, потому что сами не знали, что это было. С самых ранних лет своей жизни эта девочка поняла, вернее, почувствовала себя не совсем такой, как другие дети. Она не могла долго предаваться безделью или пустой болтовне, не разделяла глупые шутки, не обижалась на колкие высказывания сестёр или соседских ребят и при этом никого не давала в обиду сама. В своём поведении и манерах она брала положительный пример с великодушной Эйа, кроткой Алерты и деловитого Гио. Ещё она любила читать, можно сказать, что книги и свитки с текстами были её страстью. Все дети в Авингоре, да и вообще во всём Королевстве, посещали школы, в которых были обширные библиотеки, и одна из них стала любимым местом маленькой Аулы.
Ещё в натуре этой малютки было то, что ничто не ускользало от пристального изучающего взгляда её больших голубых глаз. Она подмечала всё на свете — и то, что старшая из сестёр неприкрыто ей завидовала, и то, что под внешним спокойствием и весёлостью её кормилицы скрывалась грусть, которую она читала по глазам. Также она иногда замечала некоторые странности и недомолвки между своими приёмными родителями и пыталась понять, чем они были вызваны.
Аула не ошибалась в своих наблюдениях: в действительности, Алерта, в отличие от дочерей, редко грустила, когда её муж надолго уезжал по важным делам в город или засиживался в гостях. Иногда по вечерам, уже после работ, она уходила в поля или в чащу и там предавалась уединению, общаясь с природой, и говорила, что такой отдых лучше всего восстанавливает её силы. Гио же считал, что его жена всё время очень занята домашней работой или детьми и поэтому не хочет, чтобы ей излишне мешали.
Но в одиннадцатилетнем возрасте её пониманию ещё не были доступны некоторые вещи и тонкости, уловить и понять которые мог лишь взрослый человек. И потому предпочитала допытываться тайн не с помощью догадок или прозрений, а путём наблюдения, которое у неё выражалось во всевозможных подглядываниях и подслушиваниях разговоров в свободное время. Однако чаще всего её попытки за кем-нибудь увязаться, к примеру, за отцом или матерью, мягко, но решительно и внезапно пресекались бдительной няней. Она появлялась совершенно неожиданно, будто прямо из воздуха, и тогда неугомонная Аула начала подозревать, что Эйа умеет исчезать в одном месте и мгновенно появляться в другом, когда ей вздумается.
— Почему она всё время меня пасёт? — жаловалась Аула сёстрам, когда они на другой день сидели на крытой полукруглой террасе дома и творили сложные плетения из гибких волокон струнника. — Я уже не маленькая, неужели она думает, что я могу потеряться в этом лесу или в поле?
— Эйа беспокоится о тебе, — мудро ответила Мелла. — Ведь ты целиком на её совести и она отвечает за тебя головой.
При этом она успевала отгонять от себя и сестры мелких тварей, похожих на чакаутов, но с прозрачными крылышками и длиннющими усами, которые нестерпимо щекотали, когда насекомые садились на не покрытую одеждой кожу.
— Но перед кем она отвечает? Не перед теми же, кого она покинула, когда я была младенцем?
— Она отвечает за тебя перед Богиней Небесного Ока. Ну и, конечно, перед своим народом. Теперь ты понимаешь, почему она беспокоится?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Понимаю… но мне интересно, куда и зачем уходит мама, когда наступает вечер и отца нет дома?
Мелла усмехнулась.
— Откуда же мне знать? Мама говорит, что любит уединение и общение с природой после целого дня хлопот. Она просто так отдыхает.
— А я заметила, — глаза Аулы как-то по-особенному заблестели. — Когда мама приходит со своего отдыха, она бывает очень добрая и весёлая, но папа на неё обижается, говорит, это не то внимание, которое он бы хотел получить. Что это значит, Мелла?
У старшей сестры от удивления раскрылся рот.
— Откуда ты всего этого набралась, маленькая нахалка? — рассердилась она. — Папа не обижается на маму! А то, что они иногда вздорят, нас с тобой нисколько не касается. И перестань об этом думать. Хочешь, я расскажу тебе сказку?
Трисия, которая до этого сидела совершенно молча на ступеньке и доканчивала панно, внезапно оживилась и придвинулась ближе к сёстрам.
— Расскажи мне тоже! Я люблю сказки!
— Ну хорошо. Я расскажу вам одну очень старую сказку, вернее, легенду, о трёх сёстрах-путешественницах, которые отправились на край света.
Младшие сёстры придвинулись ближе, не отрываясь от увлекательной работы. Мелла смахнула с левого плеча назойливое насекомое, набрала в лёгкие побольше воздуха и начала своё повествование.
— Так вот, слушайте.
У Великого Владыки Мира и Его Божественной Супруги было три дочери. Они были хороши, но особенно прекрасна была младшая дочка, так как была совсем молода и краше всех. Сёстрам жилось очень хорошо и ладно в прекрасном мире Света и Родительской Любви. Так было до тех пор, пока младшая сестра не узнала по слухам, что живёт где-то на краю света прекрасный светлый Король. И то, что носит тот Король золотую накидку и такую же золотую корону. Это было удивительно, потому что в роду трёх сестёр никогда не носили ничего золотого. У них были бриллиантовые диадемы, а одеяния были белыми, нежно-голубыми или алыми, а корона Владыки мира сияла всеми возможными и невозможными цветами.
Тогда показали бывалые юной принцессе портрет чужестранного Короля, и влюбилась в него принцесса без памяти. Сильно затосковала она и стала просить отца и мать отпустить её в дальнее путешествие на край света, к своему возлюбленному.
Омрачился тогда Владыка мира, и даже разгневался, но не считал достойным для Светлого Властелина запереть непослушное дитя. Загрустила и Его жена, а старшие сёстры не хотели отпустить младшую в опасный путь. Но она не унималась и едва не поссорилась с ними за то, что те не могли не знать о Короле и скрыли от неё правду. И то, что, наверное, король был в беде или в изгнании и потому не мог быть рядом с нею.
Задумались тогда отец и мать и, посоветовавшись, решили отпустить неразумную дочку, снарядив всем необходимым, в долгий и трудный путь до самого края света. Быть может, она дойдёт, встретит своего Короля, будет счастлива и и успокоится. Но отправили не одну, а отправили с ней вместе и её старших мудрых сестёр — вдруг она одна потеряется?
И обратно ждать её не собирались — путь до края света был очень и очень неблизкий.
Путь тот действительно был очень непростым и не близким. Старшая сестра была уже совсем немолода и поэтому, не пройдя и первой половины пути, состарилась и умерла. Её сестры погоревали, поплакали и отправились в путь дальше, но не бросили свою мёртвую старшую сестру, а взяли её с собой.
Вторая сестра была тоже женщиной в летах, и она тоже не дошла до конца — постепенно состарилась и умерла, пройдя вместе с младшей три четверти пути. Тогда младшая сестра осталась одна. Но она не бросила и вторую мёртвую сестру, и вместе с обеими продолжила путь дальше. Она ещё молода и очень красива, но уже почти в конце пути. Она встретится с прекрасным Королём в золоте и покажет ему также тела своих сестёр, чтобы тот знал, что они отправились к нему все вместе.
