Она не взглянула Эллии в глаза, когда поспешила догнать своих друзей. Джейдис в последний раз одарила внучку суровым взглядом, прежде чем хлопнуть в ладоши, подавая сигнал музыкальной группе начинать снова.
Люк поцеловал Эллию в щеку и простонал в ухо:
– Обожаю, когда ты становишься чертовски плохой ведьмочкой.
Эллия вздрогнула и улыбнулась. Сможет ли она когда-нибудь избавиться от тревоги и вины после использования магии? Девушка оглянулась в ту сторону, куда ушли три ведьмы, и поймала взгляд отца Исаака, лицо которого раскраснелось от негодования. Затем она взглянула на Сибил, и выражение глаз старой ведьмы отражало то, что чувствовала сама Эллия. Ее улыбка быстро превратилась в гримасу, когда она вспомнила, что провидица сказала ей ранее.
Страхи меняются и крепнут, приветствуя того, чья сила в разрушении будет равна твоей собственной.
– Давай уйдем отсюда, пока я не трахнул тебя на глазах у всех, – сказал Люк.
Едва Эллия ступила на тротуар возле своего дома, как Исаак подхватил девушку и перекинул через плечо. Мысли, преследовавшие ее во время короткой поездки домой, быстро испарились, когда Исаак шлепнул Эллию по заднице, а затем скользнул рукой под ткань боди и коснулся пальцами скопившейся за вечер влаги. Подперев голову одной рукой, девушка подняла взгляд и заметила идущих позади Люка и Эйдена. Эллия почувствовала, что расслабляется в общей энергетике, и хихикнула, когда ребята споткнулись.
Услышав смех девушки, Люк вырвался и бросился к ней. Он обхватил ее лицо ладонями и впился в губы. Эллия лежала на плече Исаака и целовалась с Люком, это было волшебно. Исаак еще раз шлепнул ее по заднице, и она вскрикнула. Крик превратился в стон, когда Исаак поочередно ввел в ее горячее лоно два пальца. Эллия была близка к тому, чтобы заняться сексом на своей лужайке под луной.
Дом приветственно распахнул дверь. Все четверо вошли внутрь, и она сама по себе закрылась. Исаак направился в спальню, которую они делили в такие ночи. Он скинул Эллию на огромную кровать, и она рассмеялась, подпрыгнув на матрасе. Исаак сел на стул в углу и начал развязывать шнурки на ботинках. Взглянув на парней, он кивнул.
– Позвольте мне понаблюдать, как вы боготворите ее, – произнес он грубым голосом, стягивая туфли и откидываясь на спинку стула. Он закинул ногу на колено, и его взгляд впился в девушку, заставив извиваться на постели.
– Разве мы можем отказать в такой просьбе? – спросил Люк, опускаясь на колени и обхватывая лодыжку Эллии. Он начал покусывать и целовать ее икры, развязывая длинные шнурки. Эйден забрался на кровать и лег рядом с девушкой. Он провел рукой по ее телу, дразня соски через тонкую ткань боди. Из Эллии вырвался стон, и его рот поглотил этот звук. Рука парня коснулась ее груди и поласкала шею. Эллии показалось, что Эйден собирается обхватить рукой ее горло, но вместо этого он расстегнул верхнюю часть боди. Парень стянул ткань и обнажил грудь. Его рука скользнула вниз по ее животу и нависла над поясом юбки.
Два пальца скользнули к ее киске. Парень медленно ввел их внутрь, и из горла Эллии вырвался долгий стон. Они дразнили друг друга в течение нескольких часов, девушка была влажной с самого начала и ждала этого.
– Ты такая мокрая, – простонал Эйден ей в рот между поцелуями.
Люк куда-то швырнул сапоги, и его большие руки быстро вернулись на прежнее место. Он провел ладонями по бедрам девушки. Люк поцеловал ее под коленом и начал двигаться вверх по внутренней стороне бедра. Его руки потянулись к скомканной вокруг талии одежде и стянули ее вниз. Эллия лежала совершенно голая, а Эйден продолжал трахать пальцами мокрую киску.
Рот Люка добрался до того места, где двигались пальцы Эйдена. Он укусил его, и Эллия запротестовала, когда рука парня отдернулась. Ее быстро заменил рот Люка, и протест Эллии испарился. Он поглощал девушку так, словно голодал несколько недель. Поскольку рука Эйдена теперь была свободна, он начал дразнить и щипать ее соски. Ощущения переполняли Эллию. Эйден перешел к ее шее, кусал и лизал, заставляя девушку тяжело дышать и извиваться. Она повернула голову, чтобы дать ему лучший доступ, и ее глаза встретились с глазами Исаака. Они были темными, и он явно наслаждался шоу, его член натянул ткань брюк. В самом начале он всегда любил наблюдать. Это его раззадоривало и давало остальным шанс немного насладиться, прежде чем он приступит к действиям.
Внимательные глаза парня подталкивали Эллию к краю. Его взгляд говорил о том, что он тоже это понимал. Люк вставил в девушку два пальца, и она чуть не рассыпалась на миллион маленьких осколков.
– Еще рано, – прорычал Исаак. – Посмотри на меня и не кончай, пока я не разрешу.
Эллия захныкала. Люк не дал ей шанса прийти в себя. Исаак неторопливо подошел к ней, не прерывая зрительного контакта. Если ничего не изменится, то она вот-вот кончит. Эйден все еще играл с ее сосками, но теперь вдобавок покусывал плечи. Это было слишком. Эллия снова захныкала. Исаак нагнулся и немного грубо обхватил ее лицо ладонью.
– Ты сильная и чертовски красивая. – Он впился в нее долгим и жестким поцелуем. Девушка забыла, как дышать. Исаак отстранился и снова взглянул на нее. – Кончи для нас, красавица.
Слова толкнули ее через край. Люк держал ее и не отпускал, пока Эллия скользила по волнам оргазма. Он упивался ее разрядкой, словно это было его сокровенным желанием. Тело девушки было скользким от пота, но Эйден продолжал лизать и покусывать ее шею.
– Я ждал этого звука весь вечер, – прошептал Эйден ей на ухо.
Глаза Исаака все еще наблюдали за Эллией, и, когда она наконец перестала трястись, он встал, медленно расстегивая брюки.
– А теперь приступим, – сказал он.
Яркая луна висела высоко в небе, всеобщее празднование подошло к концу. Семьи прощались с близкими в последний раз. Юные ведьмы входили в свои комнаты с широкими улыбками, зная, что получили благословение, когда вступили в новый этап своей жизни. Но все счастье в мире не могло усмирить беспокойства Эллии.
Когда их собственное празднование Лугнасада подошло к концу, невозможно было не почувствовать силу, пульсирующую между ними четырьмя. Эллия чувствовала под своей кожей жар и потрескивание электричества. Люк и Эйден прижались друг к другу, а Эллия повернулась к Исааку. Она посмотрела на него снизу вверх и с уверенностью могла сказать – парень знал, что
