меня. Я отодвинулась, освобождая ему место, и села.
– Я не чувствую рук, – негодовал Итан.
Ной встал на колени и потянулся к нему.
– Сейчас будет лучше, – сказал он, растирая ладонь Итана между своими и безуспешно пытаясь применить исцеляющую магию. – Извини, это не моя специальность.
– Ничего страшного. Мне все равно полегче.
Я потянулась и направилась к столу, где меня ждала чашка свежезаваренного чая.
* * *
Мой костюм для церемонии совершеннолетия Клавдии был южным парадным одеянием, которое носили только по особым случаям. При дворе часто устраивались балы и торжественные приемы, но они воспринимались нами как нечто чуждое, и южане редко посещали подобные мероприятия, отдавая предпочтение более неформальным встречам. А если они и присутствовали, то почти всегда выбирали менее официальный стиль, оставляя парадные наряды для традиционных южных церемоний. Это не было пренебрежением к Северу и не воспринималось так, хотя Сара предпочла бы, чтобы все приходили на организуемые ею балы в северных одеяниях.
Ной, Итан и Сара, разумеется, оделись иначе. На мальчиках были их обычные бальные костюмы, но более скромных оттенков, а Сара выбрала простое платье без кринолина. Мой парадный костюм в свою очередь состоял из длинных обтягивающих брюк, высоких кожаных сапог, блузки, корсета и жакета: все в зеленых и темно-коричневых тонах. Элементы одежды были из натуральной шерсти и украшены замысловатой вышивкой, но цвета были одинаковыми для всех, дабы создать образ единства среди присутствующих.
Волосы я хоть и распустила, но зачесала назад при помощи воска, а на лицо от висков до переносицы обильно нанесла коль. Под конец Сара помогла мне присыпать руки пеплом.
– Идем? – спросила она, когда мы были готовы.
– Идем.
Мы пошли забрать ребят – их комнаты находились ближе всего к залу, где должна была состояться церемония. Увидев мальчиков, мы с Сарой невольно улыбнулись друг другу.
– У меня самые красивые друзья во всей Оветте, – сказала она, держа за руку смущенно улыбающегося Итана.
В темной одежде, а не в светлых тонах, которые он обычно носил, чтобы подчеркнуть цвет кожи, Итан не привлекал к себе столько внимания, как обычно, а Лиам, хоть и причесался лучше, чем всегда, все еще казался неуклюжим подростком. В отличие от них Ной, такой же высокий, как и мой двоюродный брат, выглядел невероятно привлекательно. Он заплел свои волосы в несколько косичек, откинув их с лица, но не собрав полностью.
– Вы просто сногсшибательны, – сказал нам Ной, предлагая мне руку.
Я приняла его приглашение, и мы последовали за Лиамом, который уже направлялся в зал, теребя покрытые пеплом руки.
– Восхитительно, – я услышала, как Сара шепчет Итану. – Я никогда не видела ничего подобного.
Хотя Клавдия недавно появилась во дворце, многие южане решили присутствовать на церемонии, желая отпраздновать с ней ее совершеннолетие. Я быстро поздоровалась с Ане, управляющим теплицами, который пришел вместе с женой Итсой и двумя их маленькими детьми, и подошла к своим друзьям, стоящим у трибуны.
Едва мы успели расположиться, как в зал вошел президент Лоуден, и все южане опустились на одно колено, кроме Ноя, Итана и Сары, которые просто склонили головы. Преклонение колена было знаком уважения по отношению не только к председателю Совета, но и к наиболее высокопоставленным лидерам Юга. Лоуден был единственным человеком, перед кем мы тогда преклоняли колено.
Через несколько мгновений мы встали, и Лоуден подошел к трибуне. Я старалась не поддаваться страху, однако его суровое лицо, обрамленное седыми волосами, с повязкой на левом глазу, потерянном во время войны, выглядело устрашающе.
– Сегодня, – начал Лоуден, и его низкий голос эхом прокатился вдоль каменных стен, – молодая южанка становится взрослым человеком со всеми сопутствующими обязанностями. Клавдия Мэн, подойди ближе.
Клавдия вошла в зал. Она была одета как и все южане, но ее глаза были подведены скромнее, чем у меня, а в волосах красовалась повязка с цветами. Руки ее, конечно же, были чистыми.
Пока она шла к Лоудену, он продолжал говорить. О том, что магия не бесконечна, о том, как использовать ее ответственно и никогда не причинять вреда, о нашем долге возвращать природе часть того, что она дарует, помогать расти посевам и защищать урожай. Лоуден взял миску и зачерпнул из нее горсть пепла – символ конца жизни. Клавдия протянула ему свои чистые руки.
– Всегда помни, что природа дает нам все, – продолжал Лоуден, осторожно покрывая руки Клавдии пеплом. – Она дает нам жизнь, она дает нам магию, а когда ты умрешь, она дарует тебе место для вечного отдыха. – Лоуден взял маленькое семечко и положил в ладони Клавдии. – А до тех пор никогда не бойся запачкать руки. Добро пожаловать.
Клавдия повернулась к присутствующим и показала нам свои ладони, вымазанные пеплом, как и наши. Взволнованные, мы громко захлопали.
Поговорив немного с собравшимися, мы решили поехать на ужин в деревню, поэтому, попрощавшись со всеми, направились к конюшням, чтобы взять пару экипажей. Однако перед тем как покинуть замок, мы столкнулись с Лютером Муром. Он, удивленно посмотрев на нас, поприветствовал меня наклоном головы.
– Я вас догоню, – крикнула я остальным.
Слегка нервничая, я подошла к Лютеру, который окинул меня взглядом с головы до ног, приподняв брови.
– Особый случай? – спросил он.
Я сунула руки в карманы и кивнула.
– День совершеннолетия подруги. На самом деле… мы сейчас собираемся поехать праздновать, и я не знаю, во сколько мы вернемся… Ты не возражаешь, если мы перенесем следующее занятие на послезавтра?
По его лицу было заметно, что ему не хотелось менять свои планы, но он все равно улыбнулся:
– Нет, конечно нет. Тогда увидимся послезавтра.
– Спасибо. До скорого.
Я поспешила догнать друзей, которые уже подготовили экипажи, и мы направились в Агуадеро, наш любимый уголок в Роуэне. Там всегда были одни и те же развлечения: разговоры, напитки и танцы, но для нас это место оставалось особенным.
– Лиам говорил мне, что вы часто бываете в Агуадеро, – сказала Клавдия.
– Там собирается много народу со всех уголков страны, даже иностранцы. Особая атмосфера, – объяснила я.
– А это южное или северное заведение?
Сара, сидевшая рядом, хотела обменяться со мной взглядом, но я устояла перед соблазном повернуться к ней.
– Ни то ни другое. Ну или оба сразу. Там все смешано, и, кроме того… это нечто совсем особенное. Там играют музыку Севера и Юга, а также что-то новое или вообще из других стран.
Клавдия нахмурилась, и я поняла, что ей трудно понять мои объяснения. Я вспомнила, как сама была новенькой при дворе и думала, что мир делится на Север, Юг и все остальное. Для меня было облегчением найти нечто среднее, в прямом и в переносном смысле, ведь Роуэн был построен на старой границе, когда Север и Юг наконец решили объединиться. Несмотря на разногласия между двумя общинами, после столетий торговли и дипломатии весь мир знал нас уже как Оветту – по названию реки, разделяющей нас. И как только построили мосты, стало легче защищать изначальные границы и возвести у воды Роуэн, а на другом берегу – замок.
Мало жителей Роуэна были настоящими полукровками, однако большинство из них имели гораздо более нейтральные образ мыслей и стиль, чем в других местах, что помогло мне отказаться от бинарного деления общества на Север и Юг. Я почувствовала, что могу найти свое место.
Мы вошли в помещение, темное и шумное, и принялись искать свободный стол, где могли бы разместиться все. Сразу же нашли круглый столик с мягкой скамьей и заказали несколько кружек пива и немного поесть. Мы пили под аккомпанемент игравшей на заднем плане группы, и вскоре нам пришлось снова наполнять кружки. Мы с Сарой некоторое время развлекались, пытаясь угадать страну происхождения певцов по их акценту, который нам удавалось распознать, а когда закончили ужинать, она первой встала, чтобы пойти танцевать, прихватив с собой Итана, Лиама и Клавдию. Я же решила остаться с Ноем.
– Ты неразговорчив, – сказала я ему.
Он повернулся ко мне, подперев голову рукой:
– Так заметно?
Я пожала
