Читаем без скачивания Остров снов - Александр Набат

– Джулаф, – он тоже старательно выговаривает свое имя, приложив ладонь к сердцу, повторяет: – Джулаф.

Ы-ы-ы, ну и голос у него, под стать внешности, раскатистый, мощный, Шаляпин, блин. Что ж, уже неплохо, теперь хоть можно к нему как-то обращаться. Киваю на гуманоида, жду.

– Аскайн, – тоже очень старательно выговаривает Джулаф, белоснежные крепкие зубы сверкают в широкой, искренней улыбке.

– Аскайн, Джулаф, – выговариваю чуть ли не по слогам, по очереди потыкав в каждого пальчиком. Маг кивает, его руки осторожно тянутся ко мне, он с извиняющейся улыбкой касается моих висков ладонями. Сильно кружится голова, в глазах двоится, потом вообще троиться начинает. Картинка плывет, текстуры бледнеют, звуки глохнут, искажаются. Но ненадолго, все быстро приходит в норму. Эх, бедная моя головушка! Досталось же ей за последнюю пару суток. Джулаф встряхивает, опускает руки, хитро щурится на оба глаза:

– Здравствуй, Виталик! Ну вот, теперь и ты знаешь всеобщий язык! Рад нашему наконец-то состоявшемуся знакомству. Для начала, я хотел бы поблагодарить тебя за помощь! Без сомнения, ты нас здорово выручил! А теперь позволь спросить, кто ты, откуда и почему помогаешь мне и моему компаньону.

Ух ты, вот это да! Сперва кажется, Джулаф говорит по-русски, но почти сразу, вслушавшись в говор, врубаюсь: это я стал понимать его речь. И говорить, наверное, тоже могу. Сейчас проверим:

– Я издалека. Из Москвы, если слышали. Случайно увидел, как эти нехорошие люди замышляют нечто зловещее и коварное. Сложная ситуация сложилась, пришлось экстренно решать, практически в слепую, интуитивно, на полном скаку. А помогать именно вам стал, так как считаю, что пятьдесят на двоих, да еще из засады – не честно. По-крайней мере, у НАС так не принято! Во, блин, на местном всеобщем чешу бойко, без запинки, как на родном, да еще врать успеваю. Эх, так бы английский выучить! А лучше какой-нибудь экзотический японский.

– Если честно, просто чувство какое-то было, потустороннее. Сам до сих пор понять не могу, зачем вмешался и вашу сторону выбрал… Вот!

– Да-а, дела. Ну что ж, спасибо за откровенность. Знаешь, я очень рад нашей неожиданной встрече и твоему спонтанному выбору! Эта ловушка, не вмешайся ты вовремя, вполне могла бы сработать. Но вот кто ты и откуда, для меня по-прежнему загадка. Положим, про Москву я ничего не слыхал, видимо, очень далеко она находится. Язык, на котором ты с нами пытался заговорить до «ментального наложения», считается мертвым уже много тысячелетий. Лишь в Большой Королевской Библиотеке в Миклене осталось несколько книг на таком языке. А уж одежда твоя, оружие и то, что ты им так ловко владеешь, – тоже очень необычно, скажем так. Ну что ж, поговорим об этом позже. Еще раз благодарю тебя, Виталик, от всей души! Я и почтенный Аскайн весьма обязаны тебе! Мы помним добро! От себя добавлю, вы, мой юный друг, поступили, вне всяких сомнений, нелогично по меркам НАШЕГО времени, но ваша нелогичность согревает мою усталую душу, подобно бокалу подогретого вина в сырую непогоду. В этом равнодушном, жестоком мире разумные существа слишком часто остаются глухи к чужим бедам. Это рано или поздно, но непременно приведет если не к гибели, то к неприятным, тяжким последствиям. Аскайн, оказывается, уже стоит рядом и в курсе, так сказать, последних событий. – Смею надеяться, мне когда-нибудь удастся побывать на вашей славной родине, достойный представитель которой в вашем лице оказал мне и моему собрату по службе столь неоценимую услугу!

– Не обращай внимания на столь высокопарный слог, мой друг! Почтенный Аскайн, должно быть, все еще под влиянием столицы южной империи. Две недели, как мы покинули стены стольного Харадмиса, но тамошний замысловатый пиетет и манеры изъясняться слишком навязчивы, чтоб не сказать въедливы.

– Ну, спасибо на добром слове! Простите мне мою дремучесть, господин Аскайн, но я до сегодняшнего дня не встречал никого из вашей расы. Вы бы не могли просветить меня по этому поводу? Стыдно признаться, я несколько смущен таким пробелом в своем образовании, – изо всех сил стараюсь не обидеть «зеленого человечка», мало ли, может, он вовсе и не эльф никакой.

– Думаю, сие грустное повествование у почтенного Джулафа получится намного лучше, да и человеческая точка зрения на события старины глубокой для вас будет интереснее, нежели обрывочные хроники моего народа. Аскайн – просто душка, но если он и дальше будет общаться в таком стиле, я просто язык себе вывихну! Все-таки местное наречие не самое простое, к нему еще привыкнуть надо. Одних впечатанных в подкорку «теоретических» знаний мало. Нужна обширная практика!

– Ну что ж, любознательность следует всемерно поощрять, особенно в подрастающем поколении. Хотя, думаю, в НАШЕМ мире осталось очень малое количество людей, не знающих печальную, но поучительную историю исхода ватанов, – лукавый, пытливый взгляд черных глаз буквально пронизывает насквозь, на манер рентгена.

– Значит, теперь одним таким недостойным неучем станет меньше. Просто в нашей глуши и слыхом не слыхивали ни о каких ватанах, не в обиду будет сказано, уважаемый Аскайн, – невинно смотрю по очереди на обоих собеседников, в моих васильковых глазках буквально плещется незамутненная жажда познаний пополам с искренней радостью общения с такими просвещенными собеседниками. Вот только их, похоже, так просто не проведешь. Озадаченно переглядываются, Аскайн чуть заметно пожимает плечами, кивает.

– Виталик… Можно просто Вит, этого вполне достаточно.

– Отлично. Вит, давай отложим все разговоры на какое-то время. Думаю, нам следует покинуть это мрачное место. Во-первых, нам предстоит долгий путь, а мы и так с досадной потерей лошадей сильно выбиваемся из графика. Не стоит задерживаться сверх необходимого. Во-вторых, отряд, который мы уничтожили не без твоей помощи, – один из нескольких, посланных за нашими головами. По крайней мере, если верить ныне покойному предводителю этой шайки. И, в-третьих, если ты не против нашей компании, а мы направляемся в Миклен, у нас будет достаточно времени на сотню таких историй…Так, они явно что-то подозревают… А, плевать, все равно рано или поздно придется рассказать все подробности и с самого начала. Вот только бы в психушку не законопатили, по результатам собеседования. Да-а, ну и утречко выдалось – полный атас!

Дорога вновь послушно стелется под ноги, практически идеально прямая, только перепады по высоте и густой лесной сумрак снижают видимость. Брусчатка надежно скрадывает звуки шагов, двигаемся практически бесшумно. Аскайн и Джулаф либо ходоки так себе, либо на самом деле не особо и торопятся: идем себе беспечно, размеренным прогулочным шагом.

Не выдерживаю, от любопытства готов аж винтом завиться. Нападаю на обоих с расспросами. Против всяких ожиданий, отвечают охотно. Постепенно из разрозненных кусочков и тому подобных нюансов складывается следующая картина местного мироздания. Этот мирок сами жители называют «Эон». Материк, который топчем, Эонсай, – самый большой кусок суши на планете. Есть еще пара материков, но они значительно меньше, а один так вообще непригоден для нормальной жизни и используется для ссылки особо опасных преступников и маньяков. Ну и еще немаленькая куча разнокалиберных островов имеется.

Итак, Эонсай банально поделен между двумя крупными империями, Северной и Южной, плюс есть еще с дюжину средних и мелких княжеств, баронств, королевств и прочих разновидностей правящих монархий. Мои спутники – подданные северной империи, или Великой Озерной Империи. Возвращаются из Южной Империи Белого Лотоса, завершив сложный комплекс дипломатических мероприятий, связанных с – в порядке уменьшения значимости – завершением Трехлетней Войны (Великая Южная, как это ни странно, выступала союзником Северной), раскрытием сильно запутанного заговора, направленного против обоих правящих имперских Домов, и, наконец, с назначением нового посла: старый вышел в отставку по причине пенсионного возраста. Дипмиссия длилась аж целых полгода. И вот, когда настало время возвращаться домой, оба, Аскайн и Джулаф, полагают, что некие злопыхатели при дворе Великой Северной не горят особым желанием снова видеть знаменитых на две империи героев Трехлетней Войны. Классический пример гомеровского конфликта, описанного в «Одиссее». Как сейчас помню, на уроках литературы разбирали! Герои-ветераны возвращаются домой, но там их не только не рады видеть, но и, как любил повторять один малоизвестный доктор, каждый готов «нагреть» и «обобрать».

Лес, по которому бредем (я – первые сутки, они – без малого девятые), называется Уснувший Лес. Естественная и труднопреодолимая, дремучая граница между двумя могучими имперскими державами. По сути, огромное незаселенное пространство, на девяносто девять процентов поросшее древним лесом. Лес полон тайн и загадок (кто бы сомневался!). Например, та же дорога – никто не в курсе, откуда она взялась, кто и когда ее построил. Дорога была всегда и зовется не иначе как Великий Лесной Тракт! Местное человечество насчитывает полных девять тысячелетий худо-бедно, но летописно задокументированной истории. Никаких сведений о строителях дороги нет. Еще одна особенность этого сверхтаинственного леса: где бы ты ни вошел в него и в какую бы ты ни направился сторону, максимум через двое суток (в зависимости от удаленности точки входа и скорости передвижения) ты выйдешь на эту самую, мощенную желтоватым камнем, дорогу. Даже если попытаться сойти с самой дороги, даже в самом сердце леса, все равно через несколько часов вернешься обратно. Вот такой вот зачарованный, спящий лес с подвыподвертами. И самое главное – ни один, даже самый опытный и могущественный маг, до сих пор не смог почувствовать даже следа магии и тем более не смог изменить существующее положение вещей в этом странном лесу. Наверное, это какой-то особый, сильно засекреченный анклав каких-нибудь инопланетян залетных. Но это уже исключительно мои собственные домыслы.