я креативный директор медийной компании Цин’юй. Мне очень понравилось, как ты пел.
Она протянула Лу Чэню руку:
— Можешь звать меня сестрицей Мэй.
— Здравствуйте, директор Су…
Лу Чэнь пожал ей руку, ощутив тепло и мягкость. Сердце невольно резко заколотилось.
Су Цинмэй кокетливо засмеялась. Она не поправила Лу Чэня в обращении к ней и произнесла:
— Наша компания Цин’юй в основном занимается поддержкой артистов, производством кино и сериалов, мероприятиями крупного масштаба, информационными новостями и другой деятельностью. Сейчас мы набираем новых талантливых артистов. Если ты желаешь, то завтра мы можем подписать контракт.
Пережив сначала потрясение, Лу Чэнь постепенно успокаивался. Он спросил:
— Директор Су, если вам не составит трудности, могу ли я для начала ознакомиться с договором?
Если бы вчера Лу Чэнь получил возможность подписать договор, он бы это сделал без всяких колебаний. Однако сейчас Лу Чэнь располагал огромным богатством, в котором он недавно удостоверился.
Поэтому хоть и существовал большой соблазн подписать контракт с медийной компанией, он не потерял от этого рассудок.
Су Цинмэй слегка изумилась и улыбнулась:
— Никаких проблем, у меня в телефоне хранится договор для новых артистов. Сейчас открою, и ты почитаешь. Могу тебе передать через iFLY (*китайский аналог SHAREit*).
Лу Чэнь поспешно произнес:
— Тогда позвольте взять на время ваш телефон, директор Су. Так будет быстрее…
Он не хотел позориться и доставать из кармана свой разбитый телефон.
Су Цинмэй достала телефон из своей сумочки, на которой красовался логотип “CHANEL”, разблокировала его через отпечатки пальцев, кое-что нажала и затем передала его Лу Чэню.
На дисплее с ультравысоким разрешением диагональю 5.5 дюймов отчетливо высветился текст с пунктами.
Договор для новых артистов был очень длинным. Чтобы тщательно и полностью его просмотреть, потребовалось бы немало времени, но Лу Чэнь поверхностно просмотрел несколько пунктов. И с каждым пунктом ему становилось все тревожнее.
Этот договор был настолько суров, что он и представить себе такого не мог!
Прежде Лу Чэнь читал в интернете новости и блоги, часто натыкаясь на то, как некоторые актеры и певцы конфликтовали и громко судились с развлекательными компаниями. Причина, почему звезды обвиняли начальство, всегда заключалась в договоре, который подписали обе стороны.
Слишком жесткий, бесчеловечный, ограничивающий свободу, эксплуатируемый… Таковыми были основные недовольства договором.
В то время Лу Чэнь лишь являлся безучастным зрителем и не верил, что звезды действительно мучились. Он считал, что таким способом они лишь искали сочувствия. Но сейчас, соприкоснувшись с этим окружением, он узнал, что многие вещи не были ложными.
Первый договор подписывался на 10 лет. В течение 10 лет Лу Чэнь не будет иметь возможности уйти из компании Цин’юй.
К тому же штраф за нарушение договора составлял 10 миллионов юаней!
Если он подпишет контракт, то это означало, что все его лучшие молодые годы будут проданы компании! Уже только от этого одного пункта Лу Чэнь испытывал отвращение к договору.
В следующем положении договора говорилось, что новые артисты в тренингах и период стажировки получают самый низкий оклад, установленный законом. У них нет никакого социального обеспечения и премий. А также им запрещалось где-либо подрабатывать.
Лу Чэнь подумал, что уж лучше убиться об стену, чем терпеть такое.
После подписания договора, его права на портрет, творческие авторские права и остальные права будут принадлежать компании. Прибыль распределялась согласно послужного списка и пользы артиста, и изначально она составляла всего лишь 10%!
Лу Чэнь не стал дальше читать, несмотря на то что дальше шло еще много сложных пунктов.
Он вернул телефон Су Цинмэй и сказал:
— Директор Су, очень сожалею, но я не хочу подписывать этот договор.
— Почему?
Сун Цинмэй нахмурилась и спросила:
— Ты не все прочитал, и уже делаешь решения. Куда-то спешишь?
Лу Чэнь тактично ответил:
— Первые пункты договора не подходят для меня, поэтому мне искренне жаль.
У его семьи остался огромный долг, он работал в Пекине в поте лица. И пусть он уставал, он неплохо зарабатывал. Ему хватало на пропитание, и каждый месяц он отправлял домой немало денег.
Если бы он подписал контракт, то о будущем можно было бы забыть. Он бы долго не протянул.
Самым важным пунктом являлся пункт про права. Согласно требованию договора компания могла присвоить себе все авторские песни, которые он сочинил. Ему оставались бы только одни объедки!
Возможно, раньше Лу Чэнь не обратил бы на это внимание, но сейчас он владел огромной сокровищницей. Как можно было так легко ее отдать посторонним людям?
Не стоило и говорить, что этот пункт ограничивал свободу…
Но Су Цинмэй не понимала, о чем думал Лу Чэнь. Она полагала, что он пытался добиться послаблений, а это ее не очень радовало.
Она поразмыслила и сказала:
— Если тебя не устраивают условия договора, то все развлекательные, медийные и частные компании имеют практически такие же договоры. Как только ты подпишешь контракт, наша компания Цин’юй потратит огромное количество ресурсов на проведение твоей подготовки, рекламу. Не стоит гнаться только за своими мелкими выгодами! Подумай еще хорошенько, не стоит быть таким импульсивным. Ты упускаешь такую возможность!
Су Цинмэй хотела сообщить этому юнцу, как много людей хотело бы подписать этот контракт, но у них не было возможности!
Однако Лу Чэню не нравился ее властный тон. Он немедленно ответил:
— Действительно сожалею, директор Су. Возможно, сейчас у меня узкий кругозор. Если в будущем появится шанс, мы поработаем вместе.
Ты очень красива, ты богата, ты креативный директор медийной компании. Ну и что? Я ничего не прошу у тебя, почему я должен тебя слушать?
Лу Чэнь встал и своим взглядом сообщил о своем отказе и решительности!
Несмотря на то что он отказал этому красивому директору, сделать это было не так-то легко.
— Поработаем вместе?
Су Цинмэй так разозлилась, что могла лишь слабо улыбнуться — вот так наглое заявление!
Это пустяки, что он был красив и умел петь и играть на инструменте. Написал одну оригинальную песню и возомнил себя незаменимым?
Как наивно!
Если бы перед Су Цинмэй стоял стакан с водой, она бы вылила его на голову Лу Чэня,
