затмило всё. А потом посчитала, что не следует о таком распространяться.
Мысли о короле настолько захватили Катерину, что он ей даже приснился. В весьма непристойном сне. Якобы он и был тем самым незнакомцем, спасшим её от насильников. Потом события резко переносились в спальню, и вот уже его величество целует и раздевает её на роскошном ложе маркизы Помпадур. Даже внизу живота горячо и щекотно сделалось от таких сновидений. Атмосфера пансиона, что ли так действует? Кажется, экскурсовод упоминала, что перед тем, как в особняке разместилось учебное заведение, он использовался дворянами для свиданий с любовницами. Тут, должно быть, всё буквально пропитано похотью. А с другой стороны – это было лучше, чем мрачные размышления о её дальнейшей судьбе.
Днём, протирая пыль в учебном классе, Катерина долго рассматривала портрет его величества, на который раньше не обращала особого внимания. Что ж, следовало признать, что Людовик весьма недурён собой. Если, конечно, художник не льстил своему монарху. У короля было приятное лицо – снисходительное, довольное. По взгляду читалось, что этот человек очень любит женщин.
[1] Бриар – французская пастушья овчарка с длинной шерстью по всему корпусу и стильной лохматой челкой на лбу, скрывающей глаза. Считается одной из самых старых существующих пород собак. Известна еще с VIII века.
Глава V Исчезновение ученицы
Что касается покоя и скуки Аннет, похоже, накликала. Следующим утром пансион гудел, как растревоженный улей. Пропала одна из воспитанниц.
Днём явилась маркиза де Помпадур. В платье из золотой переливающейся парчи, с богатой вышивкой и бантами на лифе. На шее – изящный шёлковый платок. Светлые волосы были приподняты ото лба, заколоты сзади и украшены нитью жемчуга. Дополнял образ королевской фаворитки неотъемлемый аксессуар дам Галантного века – пикантная мушка на щёчке. Жанна-Антуанетта была неотразима! Сверкающая, нарядная и прекрасная! Кто же она на самом деле? Опытная соблазнительница и придворная интриганка? Или любящая женщина, сумевшая, несмотря ни на что, сохранить настоящее глубокое чувство к одному единственному мужчине?
Катя подумала, что маркиза с Людовиком, наверное, были красивой парой. Жаль, она не могла видеть их вместе. Но его портрет впечатлил девушку. Она представляла себе их так: вся мерцающая золотом Помпадур, и король в белоснежной рубашке с пышными кружевными манжетами и жабо, тёмном элегантном костюме, с собранными в хвост волосами…
Катерина не уставала восхищаться костюмами и причёсками того времени. Когда была возможность, тщательно разглядывала картины, имевшиеся в пансионе, наряды преподавательниц и учениц. Платья их отличались изящной декоративностью, а сами дамы поражали своей хрупкостью, утончённостью, чувственностью и некоторой манерностью. Это всё было результатом упорных занятий с учителями хороших манер. Женщина эпохи рококо напоминала изящную фарфоровую статуэтку. Силуэты платьев подчёркивали нежность плеч, тонкость талии и округлость бёдер. Даже мужчины выглядели немного женственно. Наверное, из-за париков с буклями. Этакие придворные франты.
Тайной мечтой Кати с тех пор, как она оказалась в прошлом, являлось хотя бы раз побывать на балу в Версале. Но она считала эту мечту несбыточной. Не зная манер, не умея исполнять придворные танцы и держаться в аристократическом обществе, она попросту опозорится там. Да и если быть реалисткой, никто никогда её туда не пригласит.
А вот маркиза, должно быть, примчалась прямо с бала, даже не переодевшись. Бессонная ночь наложила отпечаток на её лицо. Усталость всё-таки была заметна. И ещё то, что госпожа Помпадур нервничала. Заламывала кисти рук, переплетала пальцы.
Очевидно, она велела прекратить суматоху и не афишировать пропажу курсистки. С ней приехал какой-то пожилой господин в парике. Расположившись в апартаментах маркизы, он принялся опрашивать девушек, а также слуг пансиона. Сидел за письменным столом в кабинете Помпадур и вызывал к себе по одному человеку. Беседа велась наедине, поэтому Катя не знала, о чём спрашивали других и что те отвечали. Саму её спросили, не слышала ли она ночью чего-нибудь подозрительного, не видела ли пропавшую или кого-то постороннего. Перед допросом Катя как раз размышляла о том, говорить следователю, что она видела мужчину, или нет. В конце концов, решила умолчать об этом. Пусть сами разбираются в своих подковёрных играх.
В итоге всем было объявлено, что Габриэль де Марон, по всей видимости, сбежала. Как маркиза объяснит причину пропажи девушки её родителям, Катя понятия не имела. Возможно, поиски всё же будут вестись. Или семье выплатят внушительную компенсацию, и те будут молчать. По мнению Катерины, раз уж люди не пожалели своего ребёнка и отправили сюда, то и с пропажей смирятся.
Пока ни в одной из девушек она не узнала ту, что напугала её на лестнице. Кто была та незнакомка, что пряталась там? И была ли она вообще человеком, а не призраком? Вот ещё одна загадка, которую Кате хотелось разгадать. И которой она страшилась.
Утром следующего дня с Катериной случилось вполне ожидаемое событие. У неё началась менструация. Девушка узнала об этом, только встав с постели. Простынь и рубашка были в пятнах крови. Увидев это, она так и плюхнулась назад. В череде недавних происшествий эта проблема совсем вылетела из головы.
- У тебя регулы? – буднично спросила Зои, заправляя свою постель.
- Да, - Катя смутилась, словно с ней случилось нечто постыдное. – Что делать? У меня ничего нет. Платье испачкается.
Она так расстроилась, что честно призналась в своей проблеме. Даже о паре прокладок в сумочке забыла. Хотя и достать их сейчас не было возможности, ведь сумочку она спрятала среди своих вещей в шкафу.
- Не забудь мадемуазель Дюминиль сказать. Она сообщит доктору.
- Зачем? – изумилась Катерина. – Я себя нормально чувствую.
- Доктор должен записывать, когда начинаются регулы у всех женщин здесь. И у воспитанниц, и у служанок. Это показатель здоровья и знак, что нет беременности.
Катя закусила губу. Что за чудные здесь порядки?
- Нам выдавали старые простыни. Я сейчас тебе одну дам. Её можно порезать на тряпочки и подкладывать.
Зои порылась в комоде и достала свёрток застиранной ткани.
- Вот, держи.
- Спасибо.
Катя сделала всё, как посоветовали подруги. Рассказала о месячных Элисон Дюминиль. Та разрешила ей выполнять более лёгкую работу и пораньше отпустила отдыхать.
К ночи разразилась непогода. Поднялся ветер, нагнал чёрные тучи. За окном всё загудело, застонало, зашлёпало крупными каплями по окнам и стенам особняка. Девушка лежала в постели и неотрывно глядела на трепещущий огонёк свечи. Он, будто живой, то вытягивался и становился узким, как змеиный язык, то резко менял форму,
