и они уже очень долгое время пытаются похитить у нас геном Хьюго… Впрочем, не будем пока торопиться с выводами. Теперь ты, Иноичи. Очень, ОЧЕНЬ надеюсь, что твои новости меня порадуют.
Теперь уже вперед вышел немного бледный блондин, изо всех сил пытающийся сохранять невозмутимое лицо, однако хокаге, с некоторым удовлетворением, отметил, насколько сильно нервничает глава контрразведки. Что было неудивительно, все-таки именно он должен был следить за благонадежностью шиноби Конохи, и наличие не выявленного вовремя предателя была по большей части вина его службы.
— Нам удалось вычислить предателя, хокаге-сама. Это чунин Мизуки Рисо, на данный момент являющийся преподавателем во второй академии шиноби. Я пока не отдавал приказа о его поимке, но за ним теперь ведется плотное наблюдение. Возможно, удастся выйти на какие-то его контакты или сообщников.
— Ну, хоть что-то. Не подведи меня снова Иноичи.
— Можете быть спокойны хокаге-сама, я больше не совершу ошибки. Клянусь жизнью.
— Громкое заявление, твой предшественник то же такие любил. Надеюсь, ты все же окажешься поумнее его. И наконец, Ода Иоши. Почему у сотрудника АНБУ не был вовремя выявлен улучшенный геном?
Хмурый старик в круглых очках, глава медицинского корпуса АНБУ, немного недовольно поднял взгляд от бумаг в своих руках, которые изучал, пока остальные отчитывались перед начальством. — Такое иногда бывает, если появляется новая мутация или попадается дальний родственник какого-нибудь древнего клана. Их ген может спать поколениями, прежде чем неожиданно проявиться и, к сожалению, заранее найти его практически не возможно.
— Хм, и каково состояние твоей пациентки на данный момент?
— Узу Асэми так до сих пор и не пришла в сознание и находится в своего рода коме. И причины этого я не знаю. Ее физическому состоянию, на данный момент, ничего не угрожает, все полученные в бою раны постепенно заживают, но мозговая активность и уровень большинства процессов в организме по-прежнему продолжают оставаться минимальными.
— Но хоть какие-то данные тебе удалось получить?
— Это невероятно, но ее геном все еще перестраивается. Возможно, это и есть причина комы, хотя я еще никогда не видел ничего подобного. Такое впечатление, что у нее появилась вторая цепочка ДНК и сейчас она каким-то образом совмещается и постепенно сливается с первой. Меняется даже структура чакроканалов.
— Так ты уже можешь сказать что-то более конкретное?
— Ну… мы конечно сделали все необходимые анализы и, в принципе, уже сейчас можно назвать некоторые параметры ее улучшенного генома. Хотя сами понимаете, гарантий и абсолютно точных данных в таком деле быть не может, особенно на стадии перестройки организма.
— И так?
— Асэми способна управлять совмещенными стихиями ветра и огня, также у нее наблюдается повышенная регенерация клеток. Конечно, скорость восстановления медленная и не дотягивает даже до джинчурике, но все равно впечатляет. Кроме всего этого у нее значительно вырос уровень чакры. Само собой, постепенно адаптируясь под двойную стихию, расширяются и укрепляются чакроканалы, меняется состав чакры, и фактически изменяется вся система циркуляции чакры. Я пытался найти в архиве хоть какие-то упоминания о людях с подобным кодом генома, но ничего похожего не обнаружил. Скорее всего, это какая-то новая мутация. Но сказать что-то более точно, я смогу только после полной стабилизации ДНК Асэми. Сейчас невозможно даже определить какую новую стихию образуют совмещенный ветер и огонь, и как эта стихия может повлиять на организм девушки.
— Бывшие с ней на задании анбу рассказывают что-то про белый огонь и огненную ауру.
— Хм… Это пока мало о чем говорит. Видимо, при пробуждении генома, Асэми могла на время получить новую совмещенную стихию, но сейчас ее чакра представляет собой настоящий стихийный хаос. Без стабильного генома… сказать что-то, кроме того, что я уже сказал, невозможно. Остается только ждать окончания перестройки организма.
— Понятно… И какой же у нее геном? Доминантный, как у всех кланов или изолированный, как у первого хокаге? Или это тоже нельзя определить?
— У нее адаптивный геном хокаге-сама, как у Ино-химэ[1].
— Кхе-кхе… — Подавился дымом Сарутоби, остальные тоже встревожились, особенно удивленным выглядел Иноичи, чью дочь медик и привел в пример. — Ты уверен?!
— Абсолютно.
— Мда… Это все усложняет. — Хокаге задумчиво прикрыл глаза. — Надеюсь, мне никому из вас не нужно объяснять, почему ЭТУ информацию нужно держать в строжайшей тайне. Если какие-то кланы об этом узнают… особенно Хьюги…
— Мы все прекрасно понимаем, хокаге-сама. Но может все же стоит бросить кость Хьюгам…
— Не будь глупцом Иноичи. Абураме этого не потерпят, а Инузука наверняка их поддержат. Мне хватило того кошмара, который начался, когда узнали о твоей дочери. Фактически только ваш старый договор с Акимичи и Нара о тройственном союзе кланов и позволил тогда урегулировать обстановку. Да и допускать еще большее усиление Хьюг… было бы не желательно. Ладно, этот вопрос мы обсудим позже, когда к нам присоединится Шикаку, а пока можете быть свободны.
Глава 5. Невыносимая горечь жизни и последнее решение. Память прошлого и настоящего
Третье пробуждение Светланы было лучше, чем первое, но гораздо хуже, чем второе. Ужасно болела голова, ломало все мышцы и даже кости умудрялись нестерпимо ныть. Но самым неприятным было то, что девушку выкинуло из транса, и восстановить его почему-то никак не получалось.
Прекратив бесполезные попытки, Волкова прислушалась к своим ощущениям. Судя по всему, лежала она на обычной кровати и даже не была привязана. А если добавить к этому еще специфичный запах лекарств, витавший в воздухе, то можно предположить, что находится она сейчас не в плену, а скорее в больнице.
К тому же, очевидно какая-то аппаратура уже сообщила о ее пробуждении, так как рядом почти сразу послышалось множество шагов, а значит притворяться дальше уже не имело смысла. Приготовившись на всякий случай к бою, Волкова открыла глаза.
Над ней склонился седой старик, лет семидесяти на вид, в белом халате и странных очках, по стеклам которых постоянно будто пробегали легкие разряды. Рядом с ним стояло еще несколько человек в таких же халатах, переговаривающихся на неизвестном языке… Легкий укол боли в голове и Светлана поняла, что знает этот язык.
Тем временем, руки склонившегося над девушкой врача засветились светло-зеленым светом, и он несколько секунд водил ими над Волковой.
— Как ваше самочувствие Асэми-сан? Если боль очень сильная, я могу дать вам обезболивающее, хотя в вашем состоянии это и было бы нежелательно. — Закончив водить руками, врач устало распрямился.
— В этом нет необходимости, Иоши-сан. Я чувствую себя достаточно хорошо. — Память настоящей Асэми вовремя проснулась и подсказала имя старого врача. А так же то, что он является главой
