Читаем без скачивания Огонь в твоих глазах. Обещание - Любовь Черникова

Нааррон с удивлением на него посмотрел.

– Может, разъяснишь, раз ты такой умный?

– Хорошо. А к каким же выводам ты пришёл, теоретик?

– Не надо ёрничать! – Обиделся адепт, но любопытство взяло своё. – Ну и?

– Уверен, это была проверка.

– Проверка? Ради проверки, они пожертвовали учениками?!

– Они надеялись, выйти на исполнителей поручения. Это важнее.

– На нас?

Крэг кивнул.

– А зачем им мы?

– Поймать и пытать, чтобы вызнать подробности о нашем задании.

– Поймать и пытать? – Изумлённо прошептал Нааррон, дрожащими руками вынимая окуляры из внутреннего кармана хламиды. Затем, пришёл в себя, недоуменно уставившись на них, и сунул обратно.

– К слову сказать, у них почти получилось, – поддел Крэг, припоминая настойчивое рвение адепта помочь Настоятелям.

Тот испуганно заозирался по сторонам. Вечерний тракт, во время размеренной и неторопливой езды начал казаться уютным и спокойным, как будто разом пропитался враждебностью.

– Не суетись, – поморщился Защитник.

– Вдруг нас кто-нибудь увидит?

– А кто знает, что мы – это мы? Особенно если поменьше болтать? Теперь мы просто путники – Нари и Рэн. Я уволился из городской стражи в столице и возвращаюсь в родные места в поисках работы поспокойнее. Не моё это – улицы охранять. Я мечтаю сеять рожь и жениться, – Крэг осклабился. – За небольшую плату я согласился сопроводить тебя в Верхние Поля, тем более что нам по пути.

Нааррон скорчил гримасу: «Да неужели?»

Некоторое время они ехали молча. Затем адепт снова не выдержал:

– Но, тогда мне всё равно непонятно, что это было за представление?

– Так и быть, посвящу тебя в детали. Ночью в Северной башне перехватили шпиона, от которого удалось узнать, что на посланцев готовится нападение. Махаррон переиграл план и вместо настоящих Хранителя знаний и Защитника в ранге, отправил нас с тобой.

– Шпион в Ордене?! Но это же невозможно!

– Ему кто-то помог изнутри. Этот кто-то вполне мог разведать и о планах Махаррона. Настоятель, ни в чём более не уверенный, постарался опередить врагов на шаг, отправив нас в другую сторону. Верные люди тем временем распустят слухи, правдоподобно объясняющие наше отсутствие. Кроме нас, с мелкими поручениями уже отправили, и, думаю, ещё отправят, и других курсантов и адептов, чтобы ещё больше запутать возможных преследователей. Для тебя Агилон сочинил легенду, а я, вообще, уже неделю как нахожусь вне стен Ордена. Так что формально мы даже не вместе.

– Хорошо. Звучит убедительно. Но я так и не понял, – тихо повторил Нааррон, – кто же наши враги?

– Акианский союз. Может, и кто-то еще… К сожалению, пока доподлинно неизвестно, кто из наших играет на их стороне. Но этот кто-то наделен достаточной властью и богатством, чтобы послать на верную смерть двух сагалийских ассасинов и внедрить шпиона в самое сердце Ордена.

– Скоро стемнеет, – адепт подслеповато вгляделся в незаметно подкравшиеся сумерки, что затаились между стволов вековых деревьев, растущих вдоль дороги.

– Ну и что?

– Думаю, пора устроиться на ночлег, пока ещё хоть что-то видно. Сам знаешь, как здесь темнеет.

– Может, ты ещё и поужинать желаешь? – съязвил Крэг, но потянул повод, заставляя мерина свернуть с дороги.

– Давненько я не ночевал на свежем воздухе, – пробормотал себе под нос Нааррон без особой радости и поёжился.

Глава 5

1.

Солнце клонилось к горизонту, но до заката ещё было долго – хватит времени почистить и выгулять Полночь. Кира остановилась и взглянула на небо. После обильных дождей, пришедшихся на свежие посевы, стояла приятная прохлада. Березняки щедро украсились весёлыми шляпками подберёзовиков, от них не отставали и подосиновики, а в дубовых рощах не редкость в это время были и крепенькие белые – собирай не хочу! Плечи оттянул тяжёлый, полный грибами доверху короб. На поясе болталась пара куропаток и увязка целебных трав, завёрнутых в тряпицу. Их надо бы по пути занести знахарке Матрёне – обещалась, да в придачу грибов отсыпать. Самой-то знахарке недосуг по лесу шататься, особенно сейчас.

Охотница днями пропадала в лесу, возвращаясь лишь под вечер. Славно подогнанная по фигуре мужская одежда, кою она носила почти постоянно запылилась и требовала чистки. Носила Кира ещё привезённую отцом куртку и штаны, почти не снимая с тех самых пор, как в деревне объявился новый Защитник. Отчасти потому что каждый миг ожидала – придётся защищаться. Уж больно засели в памяти, надвигающиеся на неё бугаи. Мать же, вопреки обыкновению, не ворчала и не обижалась, что с любовью расшитые сарафаны пылятся без дела, а дочь так никто и не сосватал. Наоборот, одобрительно кивала, провожая её взглядом до самых овинов, где тропка сворачивала в лес.

Русые волосы, ещё влажные, двумя тугими косами привычно ложились на, к счастью, не слишком пышную грудь – перед тем как идти домой Кира предпочитала освежиться в купальнях. Это были чисто женское место. Скала, выходящая из холма наружу и две каменные чаши, величиной с небольшие озерца. На дне большей бил холодный родник, оттого вода тут даже в жару была на глубине прохладной. Обычно там бабы плескались без опаски, но в этом году все могло измениться. Хотя, было похоже, что прихвостни Защитника пока о том не проведали. Да и холодно ещё, никто туда не ходит. Это только ей все нипочём.

Рядом, не отставая и не обгоняя, бежал Туман – верный заступник от всякого зверья. Розовый язык мотался из стороны в сторону, а умные карие глаза то и дело поглядывали на хозяйку. Его ещё щенком-несмышлёнышем подарил ей Каррон и с тех пор они почти не расставались.

Кира, погрузившись в размышления, внезапно осознала, что идёт прямиком к площади, как делала сотни раз раньше. Избушка Матрёны расположилась на противоположной стороне деревни в тупичке, окружённом огородами, и самый короткий путь туда пролегал как раз через площадь, где высился дом Защитника. Раньше деревенские, не задумываясь, ходили мимо, но теперь все изменилось. Никому не хотелось лишний раз попасть под горячую руку. Казалось, даже старый дедушка-дуб – молчаливый свидетель творившихся бесчинств, сиротливо понурил ветви, неспособный уйти. Стоило пойти в обход, сделав крюк.

Женский вопль раздался в тот момент, когда охотница, развернувшись, направилась обратно, поправляя лямки короба. Горько вздохнув она остановилась.

«Пасита тин Хорвейг! Когда же уймётся, гад, наконец? Что ни день, то девку мучат, то парня секут ни за что, ни про что. Как будто другого дела нет!»

Предчувствие говорило, этой ночью у них с Микором будет работа.

Сам Защитник довольствовался Глафирой, но его приспешники хватали всех, кого ни поподя, хорошо хоть по избам не ходили. Находчивые не стали ждать, сразу отправили дочерей к родне по соседним деревням. Других даже замуж выдали, не дожидаясь осени, да потихому. Беременные, да старухи на их счастье, для тин Шнобберов интереса не представляли. Анасташа Киру тоже отослать пыталась к тётке в Вороньи Гнёзда. Там хоть Защитник и вредный, зато уже старый. Давно девками не интересуется. У него другая игра – приладился парней муштровать навроде княжеской дружины. А то что дел невпроворот, ему не указ.

Ни уговоры, ни угрозы матери на Киру не подействовали. Охотница наотрез отказалась уезжать, не желая оставлять Анасташу одну.

Кира вздохнула и остановилась, стянув с плеч лямки короба. Опустила его на землю подле изгороди. Туман настороженно принюхался, заглядывая хозяйке в лицо.

– Стереги. Тебе там всё равно делать нечего, – наказала охотница, и пёс тихо заскулил, наклонил набок голову. – Не спорь! – погрозила Кира пальцем, памятуя незавидную судьбу Волчка, и с тяжким сердцем зашагала обратно.

Крики на площади сменились протяжным плачем. Собралась немногочисленная толпа хмурых мужиков и несколько перепуганных женщин. У крыльца стоял Защитник Пасита в одной рубахе, несмотря на прохладу. Рядом в руках у одного из прихвостней заливалась слезами красавица Ламита.

От греха Кира не стала подходить слишком близко. Народу там собралось немного, потому не стоило привлекать к себе внимание – она одна из всех девок в портах ходит. Остановившись у палисадника, почти незаметная в тени развесистой яблони, принялась наблюдать.

– Пасита, отпустил бы девку. Негоже Защитнику насильничать! – Робко увещевал староста Опорафий.

– Я – Пасита Защитник! Когда же вы, черви, научитесь обращаться ко мне, как подобает? – Он горделиво вздёрнул голову, обжигая народ презрительным взглядом.

Мордан в это время грубо дёрнул Ламиту, заставляя упасть на колени. От Киры не укрылось, как походя он её облапал. На искажённом от страха и покрасневшем от слёз лице застыла молчаливая мольба о пощаде.

– Так вот и вспомни, что ты Защитник, а не лиходей! – Гневно выпалил Лютобор, жених Ламиты.

Статный белокурый молодец, которого сейчас едва удерживали несколько деревенских. Первый парень на деревне Лютобор всем был хорошо. И в работе мастак, и побалагурить не прочь. Да и в драке разве что уступал Микору.