Читаем без скачивания Земля ветеранов - Александр Шакилов

Но – по порядку.

Догнав слепого старика в тюбетейке, Заур за отдельную плату – за спасибо – узнал адрес подруги Краевого: «Африканский сектор, улица Второй Пятилетки, дом 2А, пусть Край выпустит тебе кишки, проклятый палач!» Правда, старик долго отказывался от сотрудничества, даже саблей своей размахивал и мальчонку-поводыря науськивал задать Зауру трепку – очевидно, так он набивал цену. Получив по загривку, малец вмиг растерял боевой запал и скрылся с глаз долой. А старик стал сговорчивее, лишь только гость Вавилона отобрал у него заточенную железяку. Потом отдал…

Сердце палача радостно трепетало: небывалая удача – только прилететь и сразу напасть на след преступника, которого не могут поймать уже много лет! Не иначе помощь ему оказана свыше!

Окончательно он уверился, что небеса ему благоволят, когда прибыл по адресу и увидел, как из подъезда вышел сам Край. Ну, не совсем вышел – скорее выпал, но какая разница?! Прямо на ловца зверь бежит! Непонятно, почему рецидивиста до сих пор не осудили и не привели приговор в исполнение? Поймать его – проще простого!..

Позже, вспоминая, как и что произошло, Заур понял, что там, у панельной высотки на улице Второй Пятилетки, его обуяла гордыня. Сам того не заметив, он запятнал свою бессмертную душу. Далеко не впервые запятнал, ведь убивать палачу приходилось много раз, и он знал, что обречен на адские муки. Впрочем, Заур готов нести свой крест до конца жизни и далее, в загробном мире.

Но тогда…

Лишь только Край показался в дверном проеме, из джипа, припаркованного у подъезда, открыли огонь из автоматического оружия.

«Гром Господень поразил преступника!» – преждевременно решил Заур. Но сам дьявол в женском обличье хранил Края. Блудница, обладающая поистине нечеловеческой привлекательностью, спасла его, толкнув – и тем самым, заставив пригнуться.

Все произошло очень быстро. Только прозвучали выстрелы – и вот уже грешники умчались на чужом джипе, лишь смрадный выхлоп клубится. За действом наблюдали чуть ли не все жители высотки, с нескрываемым интересом пялясь из открытых окон и чуть ли не выпадая наружу.

Заур со всех ног рванул к трупу «африканца», возле которого валялся «ингрэм» – компактная игрушка, столь обожаемая членами преступных сообществ. Палачу никак без оружия. И уж тем более никак в чужом – враждебном! – городе, святилище зла и порока.

Однако Заура опередили.

Из-за угла дома, рыча движками, выскочили пять тарантасов, собранных из металлолома и бытового мусора. Ржавые выхлопные трубы зачем-то – для устрашения? – обмотали колючей проволокой. Над головами водителей на приваренных к дугам стальных трезубцах из арматуры торчали человеческие черепа, выкрашенные черным и желтым. А бампер того багги, что едва не отдавил Зауру ноги, был измазан отнюдь не гуашью, но свежей кровью – неподалеку явно произошло ДТП с летальным исходом. Помимо трех таких багги в состав банды на колесах входили два мотоцикла, неимоверно трещавших и страдающих метеоризмом – из труб их то и дело с грохотом вылетали клубы черной вонючей копоти. Да и от их наездников воняло так, что куда там выхлопу, будто жили они на помойке, жрали гнилье и пили из луж. А вот одеты эти парни были совсем не оригинально. Ну, кого в Вавилоне удивишь клепаными кожаными куртками и армейскими штанами? Только безногий тут не ходит в ботинках с высокими берцами. И уж точно безрукий нанес на лица бандитов корявые татуировки. В носах, ушах и бровях у них ржавели килограммы пирсинга. И мало того, что выглядели они как закоренелые грешники, так еще у каждого на груди болталась цепь с пентаграммой.

«Ингрэм» лежал в каких-то метрах от Заура. Но сейчас вряд ли стоило проявлять интерес к оружию и делать резкие движения.

При появлении банды любопытство обитателей дома резко пошло на убыль – окна на всех этажах захлопнулись, и ни одно лицо не прильнуло к стеклу. Что бы это значило? Мало ли в Вавилоне вооруженных отморозков? Эти особые, что ли?

Точно.

Они – парии среди изгоев. У всех палач заметил признаки вырождения. Какой клан примет в свои ряды карлика с такой злобной рожей, что хочется отвести взгляд? У другого грешника посреди лба моргал единственный глаз. У третьего на руке, сжимающей здоровенный топор, было шесть пальцев… У его соседа слишком длинные уши, а у парня в коляске мотоцикла… И кожа у всех – родная, не та, из которой куртки – болезненно светлая, почти молочная, точно они выбрались из преисподней, куда не проникают лучи божьего света.

Засунув руки в карманы плаща, Заур замер, давая банде возможность проявить себя, обозначить намерения. Было бы ошибкой самому заговорить с грешниками или, повернувшись к ним спиной, попытаться уйти. Он чувствовал, как взгляды уродцев сверлят в его лбу дыры. Не хватало еще, чтоб в затылке…

Жужжа моторчиком, к компании тарантасов присоединился новенький скутер цвета лайма – посланник из иного мира, где все хорошо, все счастливы. Появление его вызвало бурю эмоций: грешники дружно зарычали, заулюлюкали, кто-то захохотал, а карлик – так вообще пару раз жахнул в воздух из «калашникова», казавшегося в его коротких ручонках несуразно большим. А все потому, что на скутере прикатила мускулистая девица в кожаных штанах и черной майке. Популярная грешница, раз ее столь радостно привечали. Заур принял бы девицу за парня – из-за отсутствия даже намека на молочные железы и хоть какую-то привлекательность лица, если бы не бедра – вдвое шире плеч.

Она ловко спрыгнула с только что, похоже, угнанного скутера – слишком уж он отличался от остального транспорта банды. Виски блудница тщательно выбривала. Скуластое лицо ее с заметными надбровными дугами «украшал» макияж – нарисованные черной краской слезы.

– Здорово, лысик! – Приветствие она сопроводила гримасой, означавшей очевидно задорную улыбку.

Банда разразилась дружным хохотом. Карлик смеялся с протяжным повизгиванием, а шестипалый – со странным скрежетом, точно у него в горле проворачивались несмазанные шестерни.

– Лысик, давай-ка мне свои вторые глаза. – Девица протянула руку с намеком, что желает очки Заура. – И выворачивай карманы. Да и вообще раздевайся. Давай нам все, лысик.

Палач вытащил руку из кармана и провел ладонью, затянутой в перчатку, по своему изрытому шрамами черепу.

– Мне всего лишь нужен этот пистолет-пулемет, этот «ингрэм», и я уйду с миром. – Он смотрел поверх бандитов, точно не к ним обращался, а к закрытым окнам. – Иначе случится непоправимое.

Ответом ему был новый взрыв веселья. Заура удивил смех девицы, похожий на перезвон колокольчиков и никак не вязавшийся с ее внешностью и повадками.

Смутить палача насмешками не так-то просто, поэтому он продолжил:

– Покайтесь, пока не поздно. Оставьте гнусный промысел. Идите в монастырь и до конца дней замаливайте грехи.

На сей раз никто не засмеялся.

Девица шагнула обратно к скутеру и выкрикнула:

– Убейте его!

Если ночью тебя ведут по коридору, где на половине дверей висят таблички «Не беспокоить», но, судя по специфическим звукам, в номерах делают что угодно, но только не спят, поневоле решишь, что угодил в бордель. Пардон, в развлекательный комплекс повышенного комфорта и образцового обслуживания.

У одной из таких дверей нас остановили и еще раз обыскали – исключительно из-за Милены. Вроде не девочка уже, но надо отдать ей должное – все еще привлекательна, чертовка, вскружившая мне голову много лет назад… Я заставил себя отвести взгляд от ее стройных ножек и круглой попки, которую откровенно лапал толстенный боец-«азиат». Судя по багровым пятнам на щеках и яростному блеску глаз, Милена не в восторге от массажа ягодиц, однако ей хватило ума смолчать.

Раздался щелчок. Я уже заметил, что на двери нет отверстия ни для обычного ключа, ни для магнитного. Ручка есть – чтобы табличку повесить… Неужели замок открывается лишь изнутри?

Дверь отворилась сама собой.

Нас втолкнули в просторное помещение.

Едва ощутимо пахло хвоей. Жалюзи на всю стену, – такое громадное окно? Большой шкаф. Дубовый стол – хороший, основательный. На столе матово-черный ноутбук, закрыт, и потому сперва я принял его за толстый кусок резины. Есть еще стулья и чудный барчик с бутылками разной формы и прелестного содержания. Мы попали в рабочий кабинет шефа мелкой фирмы? И это ее босс – на черепе у него приметная широкополая шляпка – сидит за столом в шикарном кожаном кресле, которому далеко, конечно, до моего любимого диванчика?

Головной убор начальничка «азиатов» – до оябуна[4] ему так же далеко, как отсюда до Альфы Центавра – начал меня раздражать. Начальничек очутился тут раньше нас, а значит, есть какой-то другой вход-выход?..

Притаившийся в дальнем верхнем углу кондиционер бесшумно разгонял потоки холодного воздуха по всему помещению. Не кабинет, а морозильная камера. Милена в свое летнем платьице, не прикрывающем даже колени, зябко поежилась и одарила меня презрительным взглядом. Мол, Край, куда ты меня привез?! Впрочем, ожидать от тебя иного, Край, все равно что себя обманывать…