Читаем без скачивания Земля ветеранов - Александр Шакилов

Впрочем, я тоже помню лишь пару мальчишек: одного, кажется, Михаилом или Мигелем звали, а второй, вроде бы, Ли. Или Ким?.. И номеров своих телефонов они мне не давали, к сожалению или к счастью. Я шагнул к столу сына. Ноутбук, постер полуобнаженной певички из новомодных однодневок, зарядка для мобильника… Из-под ноута что-то выглядывало. Я протянул руку, чуть приподнял девайс…

И обмер.

Там лежал пустой пакетик из прозрачного полиэтилена с изображением ангела. Такой же, только полный, я уже видел сегодня в «Янтаре» и даже конфисковал – ну, почти – у торговца наркотой.

Неужели мой сын подсел на дурь?!

Перед глазами все поплыло, во рту стало сухо. Едва сумев унять дрожь, я незаметно для Милены спрятал пакетик в карман. Не хватало еще воплей о том, какой я плохой отец и что все из-за меня. Вот найду Патрика, поговорю с ним, а уж потом… Нет, я отказываюсь верить, что мой сын – поганый джанки. Он ведь знает, как я ко всей этой дряни отношусь, он не мог…

А если все-таки?

Где обычно молодежь берет наркоту? В клубах.

А у налетчика в кармане лежала визитка клуба «Азия»…

Вряд ли это совпадение. «Косоглазые» боссы частенько привлекают для своих темных делишек бойцов из кланов попроще, чтобы не мараться и не портить репутацию очень уж крутых парней. Представители африканского братства лишь наемники в этом деле. По крайней мере, очень на то похоже. А значит, мне стоит прогуляться в «Азию» и немного там потусить.

Чего такого Патрик натворил, раз местная помесь триады и якудзы послала боевиков к нему домой? Задолжал денег за наркоту? Эх, сынок! Всыпать бы тебе ремнем по мягкому месту, да поздно уже, вырос…

– Любимая, ты как хочешь, конечно, но я бы рекомендовал тебе съехать отсюда. – Оставив ей один из трофейных дробовиков, я направился к двери. – И как можно скорее.

Как она сумела враз отыскать в завале вещей свою сумочку, ума не приложу.

– Спрячься где-нибудь, я позвоню. – Я двигался по коридору так быстро, что почти бежал.

– Спрятаться?! Зачем?! Я ведь с тобой, я… – Окончание фразы утонуло в скрипе створок лифта, они закрылись, и кабинка поползла вниз. Развлекать бывшую супругу в ночном клубе не входило в мои планы.

Зато выбраться из подъезда без проблем – очень даже входило.

Увы, эти планы нарушила автоматная очередь. Пули врезались в воздух там, где долю секунды назад в дверном проеме показался мой организм. А в том, что я еще жив, виновата моя супруга. Это она помогла мне уйти из-под огня. Успев обуться и сменить ночнушку на облегающее кремовое платье, она, не дожидаясь лифта, спустилась по лестнице – так хотела наподдать мне за то, что я кинул ее. И наподдала ведь, – меня буквально вышибло из подъезда, я на ногах едва устоял. Зато пули прошли мимо. А второго шанса убить себя Макс Край никому не дает, ибо это плохая примета.

Выпрямившись, я жахнул из дробовика по джипу с молнией, водила которого решил вдруг закосить под крутого киллера. Наполовину опущенное стекло забросило в салон осколками, перемешанными с дробью, попутно этой же смесью нашпиговав красавчика со шрамом на роже.

– Извини, дружище, но на твои похороны я не приду. – Я самонадеянно решил, что выписал ему путевку в мир иной. И ошибся.

Открылась дверца, из джипа выпало тело и, несмотря на раны, мало совместимые с жизнью, вскинуло «ингрэм». Похоже, киллер намерен продолжить начатое, а то и закончить.

Оглушив до звона, у меня возле уха добротно громыхнуло – Милена оказалась быстрее недобитого водилы. Автомат его стукнулся об асфальт, никому больше не угрожая.

Собрав волосы в пучок на затылке, моя бывшая фыркнула:

– Вечно, Край, мне приходится тебя спасать!

В ответ я решил гордо промолчать.

Мой Танк в ремонте, а раз водила джипа с молнией вел себя столь агрессивно, то я, пожалуй, конфискую его транспортное средство. В качестве моральной компенсации.

Стряхнув с сидения битое стекло, я забрался в машину. В бардачке обнаружилась бутылка вполне приличного вискаря. Радионуклиды из организма мне выводить не надо, но… Давненько я не развлекался так, что аж трясет от переизбытка адреналина в крови. Плюнуть, что ли, на зарок и отхлебнуть прямо из горлышка? От нервов самое то, а за рулем ведь нервничать нельзя…

Пересилив себя, швырнул бутылку в окно. Ее осколки органично вписались в натюрморт прочего мусора на асфальте.

Интуиция подсказывала мне, что надо убираться, и что мой любимый пистолет уже не вернуть – он останется у мальчишек с блокпоста как добрая память обо мне, ибо этот сектор Вавилона теперь закрыт для Макса Края надолго.

Отворив пассажирскую дверь, Милена плюхнулась рядом. Если бывшая супруга спасает тебе жизнь, как-то не годится уезжать без нее.

– Чего ждешь? – Она поставила дробовик на предохранитель. – Двигай уже! Кстати, а куда мы?

– В клуб. – И мы поехали.

Я ткнул пальцем во встроенную аудиосистему, салон заполнило тягучее регги. Когда-то я любил такую музыку, но те славные времена уже не вернуть. Лучше уж радио, есть одна станция… Ага, оно самое. В динамиках заиграло, запело: «А сын грустит о матери, а сын грустит о матери. Ждет сына мать, а сыновей Земля…»[3]

– В какой еще клуб?! Край, в своем уме?! Сын пропал, жену едва не похитили, а тебе все гулять?!

Сворачивая за угол дома, я увидел в зеркало, как к подъезду, у которого остался лежать киллер, подрулили сразу пять тачек. Вооруженного люду из них высыпалось немерено. Что-то не похожи на «африканцев». Но все равно мы отвалили вовремя. Еще чуть-чуть и…

– Край, ну кто так ездит?! Тебя что, черепаха родила?! Ну обгоняй уже!

Я знал, что так будет, потому и не хотел брать Милену с собой.

Чтобы отвлечься от ее выкриков, я сосредоточился на дороге и том, что происходило за бортом джипа. Ночью движение в Вавилоне весьма насыщенно: не только солидные тачки сигналят, но обгоняют друг друга жуткие доисторические рыдваны и еле ползут телеги, запряженные буйволами, – обычное зрелище, никого им не удивишь. Рикши победнее бегом тащат за собой повозки с пассажирами. А те, кто побогаче, крутят педали…

На границе кланов нас не остановили, обошлось без досмотра. Видать, примечательную тачку я взял напрокат, раз бойцы не решились потребовать с ее пассажиров мзду.

– Край, ты права купил, да?!

В нашем славном городе много разнообразнейших закусочных. На каждом углу продают шаурму, ароматно дымят мангалы, на которых жарят шашлык из любого – хоть из верблюжатины или канарейки – мяса. Вот китайский ресторанчик. А справа – блинная. Хотите пиво из кегов? Не проблема, хоть чай из самоваров! Жирный плов и самса из тандыра. Суши и кузнечики. Экзотика приелась – деталь повседневного быта. Вот настоящий борщ попробуй найди. И каждый повар в белом халате и в грязном, заляпанном кровью переднике, кричит, зазывает отведать его фирменное блюдо, самое вкусное, вкуснее нет ни у кого. На ломаном русском кричит, иначе будет «твая мая не понимай»…

Подъехав к клубу «Азия» и заглушив движок, я злорадно покосился на Милену – у нее ведь пропал повод критиковать мое водительское мастерство. Ну да она быстро найдет, чем это компенсировать.

Пафосное местечко. Когда-то тут был супермаркет, от которого осталась лишь большая парковка с разметкой. Самое же здание снесли и построили нечто вроде пагоды в семь этажей, украшенных искусственными драконами. А вот тигры в клетках у входа были самыми настоящими. Панды, жрущие побеги бамбука за стеклянной стенкой вольера, выглядели здоровыми и довольными жизнью. В прудике кишели карпы. Все на уровне, декор мне понравился. Патрик связался с прощелыгами, которые умеют отдыхать. Вот только хорошо это или плохо? В любом случае мой клуб все равно лучше… да просто потому, что он мой.

– Край, я, конечно, доверяю твоему чутью, но на кой мы сюда приперлись?

Плохая примета, когда Милена начинает меня хвалить.

– Ты ж сама сказала, любимая. Петь, гулять и танцевать. Веселиться, одним словом.

Только мы собрались выйти из джипа, как на стоянку буквально влетели тачки, битком набитые разъяренными «африканцами». Черт, не надо было оставлять визитку на трупе!

На угнанный мной джип нацелились десятки стволов.

– Выйти из машины! – взревел здоровенный негр, потрясая волосами, заплетенными, наверное, в миллион мелких косичек. Это он мне и Милене. По тому, как себя держит, как грозно руками машет, негр у каннибалов за главного: все ложками лопают, а он – черпачком. Интересно, сколько шампуня за месяц этот этнический пожиратель человечины выливает на прическу?

– Люди! Сограждане! Друзья! Только не стреляйте! – пригнувшись за дверью пониже, крикнул я. – Тут же панды! – И в знак своих добрых намерений выбросил оба дробовика на асфальт. Все равно толку от них нынче – ноль с дыркой от бублика. Слишком много народу явилось по наши души.

Меня и Милену споро выволокли из джипа, уложили лицами в разметку.