— И мы возвращаемся к тому, что за дорогу платить мне нечем… А за простое золото ничего не дадут? У меня же ещё цепочка есть…
— Пару элимов, может, и дадут. Мягкий метал, бесполезный практически. Кому он нужен? А может, у тебя ещё что-то есть?
Я достала из кармана десять рублей и протянула их лесовине. Про колечки пока даже говорить не стала. Что с них взять? Одно с фианитами, а второе вообще без камней.
— Вот. Деньги моего мира…
— Ого! — воодушевилась Лорика. — А вот это можно попытаться продать гномам. Идём тогда к ним в квартал на рынок.
Ну хоть что-то.
Я накинула волосы на лицо, и мы покинули уборную. До выхода из парка шли молча — бездушной болтать не положено, да и под ноги лучше смотреть, когда волосы и без того обзору мешают. А вот когда покинули развлекательный городок и вышли на красную улицу, я, наконец, сколола пряди крабом, расправила плечи и всю дорогу до рынка пытала Лори, уже никого не опасаясь.
В моем воображаемом списке вопросов было великое множество: и про бездушных — кому пришло в голову так использовать мёртвых людей и по какому праву? И про половинчатых — почему они такие? Про общее мироустройство и законы, про других попаданцев — откуда они попали на Элмез и как приспособились? Но начала я с малого, зато самого необходимого:
— Ло, а расскажи мне немного о ваших деньгах. Триста элимов — это много?
Помимо долга капитану, я должна представить собранию дело со стабильным доходом. Вот только сколько он в элимах, никто сказать не удосужился. Либо цифра эта общеизвестная, либо альфы даже на миг не поверили, что я справлюсь.
— Это очень приличная сумма. На такие деньги можно купить беспородного ездового ящера с маленькой повозкой.
Ага, ясно, как машина, значит, я стою.
— А за один элим я что могу купить?
— Ну-у-у, к примеру скромное платье или продуктов на неделю, или ещё пару осветительных артефактов.
Вот, кстати, да. Помещения тут освещались чем-то похожим на наши электрические лампочки, но работали от магии. Всё-таки хорошо, что я любила почитывать фентези. Хотя бы слово «артефакт» не вгоняло меня в ступор.
— Ага, то есть если мне нужен всего один такой артефакт, я могу заплатить пол элима?
— Или пятьсот эликов.
— Ясненько. Тогда после того, как получим деньги, я бы хотела нанять тебя на работу. Сколько мне это будет стоить?
Лорика — хорошая помощница. Мне её терять никак нельзя, поэтому я взяла быка за рога.
— Дарина, давай сначала посмотрим, сколько дадут за монету, а там и определимся с оплатой моих услуг.
— Ну хоть примерно, сколько это может стоить?
Ло, конечно, совсем не похожа на хитрую аферистку, но лучше определиться на берегу, а то вдруг, увидев, что у меня много денег — мечтать-то не вредно — в ней проснутся скрытые резервы…
— За такую простую помощь я бы вообще не взяла денег, но из-за ограничений назначила бы сумму в один элик в день, но за один элик в день я не могу себе позволить работать. Меня из дома выгонят, не дожидаясь, пока пройдёт неделя.
В переводе на русский её терзания означали: время — деньги.
— А за сколько не выгонят?
— За пол элима, — потупив взгляд, робко и стыдливо промямлила лесовина.
Ну, если я правильно прикинула соотношение элимов к рублю, это выйдет пятьсот рублей в день. Очень адекватная зарплата.
— Мне подходит. Главное теперь — продать всё повыгоднее.
Лори вскинула на меня не верящий взгляд и улыбнулась:
— Тогда идём скорее. Я знаю одного очень зажиточного гнома. Он у бабушки травы покупает.
Глава 9
По дороге будущая помощница немного рассказала мне о столице. Оказывается, разноцветные куски города, которые я видела с палубы, сделали такими не просто для красоты, а чтобы обозначить цветом районы. Например: лесовины, феи, нимфы и прочие представители природных магов жили в коричневом секторе, а вот гномы — в жёлтом. И в каждом районе, а их насчитывалось шесть штук, располагался свой специализированный рынок. В коричневом торговали травами, корешками, украшениями из растительных материалов, амулетами и другими природными богатствами. На рынке же гномов можно приобрести всевозможные металлические штуковины разных размеров. Этот народ специализировался на работе с металлами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Расспрашивать, где именно обитают оборотни и прочие, я сочла пока лишним. Ни к чему грузить мозг обилием информации, а то заклинит ещё.
—.. Ну и вот, Скрул ещё тот жадина, но честный и справедливый, потому моя ба с ним и работает, — мы подошли к грязно-жёлтым воротам рынка, — сначала он обязательно занизит цену раза в три — смело умножай её на четыре и приступай к торгам.
— А он не будет шокирован моим видом?
— Нет, а с чего?
Ну, как бы живой человек, а не бездушная, к тому же попаданка.
— Ну, допустим, он убедится, что я не бездушная — ладно. Но я вот чего не понимаю: у вас так много попаданцев, что на этот статус все реагируют достаточно спокойно?
— Ну-у, живых мало. Я лично ни одного не знаю. А бездушные — те все попаданцы. Так что сам факт путешествий между мирами давно известен. Народ скорее шокирует то, что ты живая, но мы быстро это примем. Каких только чудес ни творят создатели.
— Это многое упростит, — действительно хорошие известия.
— Осторожно, головой не ударься.
Миновав ворота, мы прошли вдоль шумных рядов и оказались у павильона, витрину которого украшали ювелирные изделия, заколки и прочая металлическая бижутерия. Оживший колокольчик издал заливистую трель, приветствуя посетителей в царстве низких потолков и стендов с побрякушками — лавка напоминала мне магазинчик с иллюстрации к сказочным историям. Но не успела я толком оглядеться, как в торговый зал вышел колоритный гном.
— Ого, Ло! — забасил он, нас увидев. — Твой тощий жених разбогател и купил тебе бездушную?
Гном оглядел меня с ног до головы и только собрался прокомментировать своеобразный внешний вид, как я решила его сразу на свой счёт просветить:
— Нет-нет, я живой человек, попаданка, и зовут меня Дарина, — шагнула навстречу мужичку ростом мне по грудь и протянула руку для пожатия.
Он посмотрел на неё как на пупырчатую лягушку, а потом перевёл изумлённый взгляд на Лорику.
— Да-да, достопочтенный Скрул. Посмотри на её ауру магическим зрением. Заодно и убедись, что все печати в порядке.
Какие ещё печати? Какое ещё магическое зрение? Что ни миг, то новость.
— Действительно в порядке, да ещё и защита на три месяца до определения. Диво дивное!..
— Чего только не бывает в жизни, — покивала головой Лорика.
— А я Скрул, — хозяин магазина пожал, наконец, мою руку, — с чем пожаловали?
— Так известное дело, хотим разжиться элимами, — вновь ответила за меня Лори.
— Ну-ну, выкладывай свои иномирные вещички, Дарина.
Само собой, все сразу доставать я не стала. Ограничилась десятирублёвой монетой и пятаком. Положила на прилавок, и гном, надев рабочие гоглы, принялся их изучать.
Я затаила дыхание, пытаясь понять, да хоть бы по вздымающейся туда-сюда бороде, какую реакцию вызвали у ценителя металла мои богатства. Но он наверняка был тёртым калачом по части торговли, поэтому бурных восторгов не выражал. Покапал на монетки чем-то розовым, потёр тряпочкой, которую потом внимательно разглядывал с минуту, кинул пятак в какую-то банку, в которой от него забурлила жидкость, а потом предельно незаинтересованно выдал:
— Вот за эту жёлтую штуку дам пять элимов.
Я немедленно принялась проводить подсчёты в уме. Пять на три это пятнадцать элимов, а десятирублевых монет у меня две — выходит тридцать элимов. Ло говорила, что цену он уменьшает в три раза. Если прикинуть курс, то наш рубль здесь — ого-го! Дестончик потянул аж на пять тысяч! Ну а если положить руку на сердце, я надеялась продать их дороже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
—.. А вот за эту серую оторву от сердца двадцать элимов. И то только потому, что никогда такого сплава не встречал. Хочу исследовать.
