знать, что вы потребовали у моего отца?
— Разочарую, но женщинам не стоит лезть в такие дела.
— Почему я не могу узнать, чего стоит моя жизнь?!
— Лишать вас жизни в мои намерения не входит.
Повисла неловкая тишина, будто намеренно подчеркивающая тот момент, когда Дагон, скинув мои вцепившиеся пальцы со своего запястья, и переплел их со своими. Я была так напряжена, что даже не сразу сообразила, что он делает — до меня дошло лишь когда похабно-веселый взгляд Гро-домина скользнул по нашим рукам.
Я запаниковала и начала вырывать свою ладонь, что выглядело еще глупее.
— Раз уж у тебя нет других дел, Дагон, я бы хотел обсудить некоторые вопросы. Атсу, — на крик правителя появилась та самая женщина, которая привела нас к нему, — проведи принцессу в отведенные покои.
Я уныло поплелась следом за орчихой.
— Твоя принцесса в безопасности, — донеслась едва слышно, когда дверь закрылась.
Я даже немного разозлилась — с чего это я принцесса Дагона? Не стоило хвататься за орка, теперь в любовники записывают. Тоже мне, прекрасный принц!
Мы очень долго плутали по холодным коридорам, когда наконец орчиха распахнула дверь моей "темницы".
Впрочем, назвать это темницей было сложно. Сквозь разноцветные стекла сюда проникали солнечные лучи, окрашивая небольшую комнату во все цвета радуги, создавая впечатление чего-то сказочного. Это восхитило меня настолько, что я ненадолго забыла про свое бедственное положение. Очень жаль, что в моем дворце нет такой простой и одновременно необычайной красоты!
В остальном же, мои покои не представляли из себя ничего интересного. Каменный пол прикрыт ярким ковром. За столь короткое время, что я здесь пробыла, уже успела заметить любовь орков к сочетанию грубых линий и буйных красок. В середине комнаты средних размеров кровать на низких, позолоченных ножках, а в углу камин да крошечный диванчик.
Еще несколько дней назад я бы оскорбилась таким покоям для королевской особы. Однако последнее время я провела в повозке да шатре, который (позор!) пришлось делить с Дагоном. Наконец-то я могла отдохнуть.
Как только зашло солнце ко мне пришла все та же Атсу, чтобы разбудить и подготовить к ужину. Пока я спала, те жалкие крохи моего багажа уже доставили в отведенную мне комнату.
Порывшись в сундуке, я не без труда нашла наиболее парадное платье цвета алого заката, которое даже не собиралась брать в монастырь изначально — такие цвета в столь священном месте могли послужить оскорблением.
Увы, но орчиха не смогла закрепить как следует кринолин, да и с корсетом мы совладали вместе, не с первого раза. Из-за этого я немного нервничала — первое торжественное появление в орочьем высшем обществе, а я выгляжу как деревенская девица.
Атсу провела меня в тот же зал, где несколькими часами ранее нас с Дагоном принимал Гро-домин.
На этот раз помещение было заполнено орками — одну сторону занимали женщины, одетые столь откровенно, что я выглядела на их фоне монахиней. Другую часть зала занимали мужчины, чья одежда была чуть более скромной — рубахи да брюки, сюртуки и жакеты орки, видимо, не признавали. В едином дуэте уж точно.
На мои плечи легли широкие ладони так неожиданно, что я подпрыгнула на месте словно испуганный заяц.
— Не пугайтесь, принцесса, — Гро-домин, облаченный в темно-синюю мантию, стоял позади и криво ухмылялся. — Уважаемые домины, хочу представить вам принцессу Каталину, Луноликую Прекрасную Деву. Дочь нашего будущего союзника короля Харальда. Надеюсь, что каждый из вас проявит должное уважение и доброжелательность.
Проявят, как же. Косые взгляды, которые я ловила на себе, были полны презрения и брезгливости. Будто я что-то отвратительное.
Тем временем Гро-домин подхватил меня под локоть и направился к ближайшей от его "трона" нише, где за невысоким столиком восседали три орчихи.
— Принцесса, — он указал на женщину, которая вальяжно восседала в середине, — это Лирса, хозяйка моего дома. Со всеми вопросами можете обращаться к ней напрямую.
Я не успела никак отреагировать — одним мощным толчком Гро-домин подтолкнул меня на мягкий пуф, и я свалилась на него подобно мешку с картофелем. В лицо сразу же бросилась краска стыда и гнева. Эти орки ничего не знают о приличиях! Даже их правитель, несмотря на пристойную манеру речи, ведет себя как абсолютный болван!
— Луноликая дева, — медленно протянула Лирса, — как красиво вас воспевают. Однажды у нас был бродячий бард и он пел славные песни о вашей красоте. Сейчас я вижу, что он не соврал.
Я немного смутилась.
Лирса явно не была молодой — может лишь чуть моложе самого Гро-домина. Фигура у нее была плотная, коренастая. Пухлые пальцы сплошь унизаны золотыми перстнями. Лицо — грубоватое, резкое. Зато глаза у нее были восхитительные — огромные, миндалевидные, глубокого синего оттенка. Волосы темные, с бордовым оттенком, заплетены в замысловатую прическу из кос и тонких бронзовых цепочек.
— Благодарю, — наконец подала я голос, — Гро-домин назвал вас хозяйкой дома. Это значит, что вы его супруга?
— Ох, если судить по правилам людей, то не в некотором роде. У нас хозяйкой дома становится та женщина из гарема, которая родит первенца.
— Гарема? — с ужасом прошептала я.
— Да, — непринужденно отозвалась Лирса, — домин имеет право владеть неограниченным количеством наложниц.
Так и знала, что эти варвары те еще развратники и безбожники! Гарем! Как отвратительно. И ведь Дагон тоже домин. Сколько же наложниц в его гареме? И где его вообще сейчас черти носят?
Весь оставшийся вечер я провела за беседой с Лирсой и попытками поужинать — по сей день пища орков была для меня недостаточно изысканной и излишне тяжелой. Однако, я в полной мере оценила изобилие фруктов и орехов. Напитки, выдержанные из сока ягод, тоже пришлись мне по вкусу.
Весь вечер я была немного напряжена, оттого искала взглядом Дагона. Казалось, стоит увидеть его дурную морду и станет легче.
Он не пришел.
Потянулась бесконечная череда дней, которые, казалось, не закончатся никогда. Словно я упала в яму, и земля надо мною захлопнулась. Я чувствовала себя загнанным зверьком. Но, стоит отдать должное моему самоконтролю, никак этого не показывала. Внешне я была мила и спокойно. Дни проводила с Лирсой. Я развлекала ее рассказами о своем королевстве, о наших балах и праздниках, традициях и бытовом укладе. Вспомнила все сказки, легенды своего народа, а иногда даже рассказывала о том, как проходило мое обучение.
Лирса была любознательна, что очень отличало ее от остальных. Она могла часами слушать меня, иногда уточняя некоторые моменты
Несмотря на это, я бы не сказала, что у нас сложились теплые отношения. Орчиха
