жмурясь от страха, попросила Майра.
Ранбир поднял переливающийся под солнечным светом камень на уровень глаз сестры, а потом, медленно убрал в карман форменных брюк.
Майра круглыми от удивления глазами следила, как исчезает ее амулет. Со стороны кухни послышался сокрушенный «ох» Сахеля, а девушка перевела взгляд на лицо брата.
— Ранбир, — голос звучал тихо, все усилия Майра направила на то, чтобы справиться со зверем, — мне завтра в колледж. Ты же знаешь, я не смогу выйти из дома без камня.
— Об этом надо было думать раньше, сестренка, — чуть ли не ласково сказал он. Ранбир видел просительный взгляд Майры и не хотел так с ней поступать, но девчонка должна понять, чем чревато ее безрассудство. Одним широким шагом оказавшись рядом, он схватил сестру за запястье и притянул к себе, так, чтобы ее глаза оказались напротив его. — Ты понимаешь в каком щекотливом положении мы находимся? Оказалось, что я работаю с одним из этих собак. Он тоже мог меня почувствовать, а что делает моя сестра? Разгуливает около дома в облике пантеры! Тебя могли увидеть и по городу поползут слухи, что в окрестностях появились хищники. Они смогут сложить два и два, и понять кто мы есть такие и зачем здесь появились. Если хотим отомстить и выжить, то необходимо соблюдать предельную осторожность. Запомни это. А пока, посиди дома и подумай, — не обращая внимания на округлившиеся от неверия глаза сестры, он похлопал себя по карману, где лежал ее амулет. — А сейчас, давай обедать. Силы тебе понадобятся.
***
Тем же вечером, в доме Прамара состоялся семейный совет. Сам Аниш Прамара сидел в глубоком молочно-белом замшевом кресле и, покусывая дужку очков, смотрел на собравшееся семейство.
Абхи — красавица-дочь, его гордость, в бледно-голубом домашнем шальвар-камизе и расшитых джути, стояла по другую сторону камина и раздраженно переставляла стоящие на нем безделушки.
Викрам — старший сын и надежда — сидел в центре комнаты рядом с матерью, дядей и тетей в окружении непоседливых, а сейчас притихших, рассевшихся на подлокотниках диванов, кресел или расположившихся прямо на полу кузенов, и внимательно смотрел на отца, приготовившись запомнить каждое его слово.
Маниш притаился в нише, наполовину скрытой тяжелыми портьерами, по своему обыкновению уткнувшись в книгу. То ли читал, то ли, оставаясь незаметным, наблюдал — Аниш так и не смог понять его.
— Значит, я не ошибся, — разнесся по комнате звучный голос, и все домочадцы повернулись к главе семьи. — Приезжий — тот самый Сисодия, что здесь жили, и поселился он в сгоревшем доме. Помнится, у них был сын. Я думал, что он сгорел в пожаре, по-видимому — выжил. А сейчас вернулся. Зачем? Знает ли он историю своей семьи? — медленно, как будто сам с собой, говорил Аниш.
— Отец, его надо уничтожить, как можно скорее, пока он ничего не понял. Атакуем внезапно. Живет он на отшибе. Нападение диких зверей — обычное дело, — подавшись к отцу, выпалил Викрам.
— Да! Да! Сегодня же ночью, все вместе пойдем! — перебивая друг друга, загалдели кузены.
— Тихо! — не повышая голоса, но так властно сказал Аниш, что все мигом замолкли. — Мы не знаем один он или нет.
— Девчонка еще есть, — фыркнула Абхи и раздраженно дернула головой.
— Еще и девушка, — посмотрев на дочь, подтвердил Аниш. — Зачем ты с ней поссорилась? Хоть я и очень сомневаюсь, что это простое совпадение, но необходимо убедиться, что они связаны и кем она ему приходится. Судя по всему, девушка очень молода. Она рождена такой или обращена. Если обращена, то можем избавиться от новичка и не прибегая к крайним мерам, просто испортив ему репутацию. Тебе придется с ней подружиться, чтобы все это выяснить. Узнаешь, где живет, побываешь дома, в общем, сама поймешь, что необходимо сделать.
— Попроси Маниша, он с ней подружился и не дал мне возможности опозорить ее перед всем колледжем, — хрипло и отрывисто бросила Абхи, а в ее глазах начал разгораться красноватый огонек.
— Маниш? — глава семьи удивленно повернулся к сыну.
— Отец, я всего лишь не позволил сестре скомпрометировать себя и всю семью, — аккуратно закрывая и откладывая книгу, пояснил парень. — Девушка ничего не сделала и, вообще, только появилась, а Абхи стала ее задирать. Я вступился, а потом подвез.
— Это хорошо, — Аниш одобрительно кивнул. — Хоть у кого-то здесь есть голова на плечах, — Викрам, кузены и Абхи ревниво посмотрели на брата. — Подружись, войди в доверие, побывай дома. Выясни все. Но будь осторожен, не входи с ней в контакт, это может быть опасно.
— Думаешь, она меня съест? — Маниш иронично поднял бровь. — Как же мне подружиться, если нельзя входить в контакт?
— А ты, сынок, не шути такими вещами. Если девушка имеет отношение к той семье, то она очень опасна. Ты должен подружиться с ней, а не стать возлюбленным. Никаких объятий, а тем более, поцелуев. Ты понял? Она, действительно, может быть опасна, не только когтями и зубами. Если не сможешь, то скажи сразу, придумаем что-нибудь другое.
— Мы можем, мы! — опять, перебивая друг друга, загалдели младшие братья.
— Тише! — прикрикнул на них Аниш. — Подождем, что скажет Маниш. Девушка уже с ним знакома, не стоит распылять ее внимание.
— Почему же, смогу, — пожал плечами Маниш под нацеленными на него взглядами родственников.
— Значит, решено, — подвел итог Аниш. — Викрам узнает все о господине Сисодия, можешь пригласить его к нам на обед, — посмотрел он на старшего сына, затем повернулся к младшему. — А ты находишь подходы к девушке.
— Да, веди с ней заумные беседы, — насмешливо продолжила Абхи, — у тебя это хорошо получается. Попробуй очаровать ее своим знанием истории, — слова сестры сочились ядом.
— Некоторых можно очаровать и этим, но тебе не понять, — равнодушно обронил Маниш.
— А ты, — осадил Аниш открывшую было рот дочь, — оставь в покое журналиста. Он тебе не пара, так что не трать время, а присмотрись к юношам своего круга.
Абхи презрительно скривилась и, тряхнув волосами, побежала к себе.
— Вбей ей это в голову, — Аниш повернулся к жене. Женщина молча покачала головой.
Глава 11. Закалка воли и ночные откровения
