наблюдает за вами.
Насколько смелы ваши мечты? Вы готовы идти к цели до конца – или отступаете при первых же неприятностях? Все это важно – потому что на кону ваши успех и счастье. А еще – потому что это может всерьез сказаться на судьбах мира далеко за пределами сферы, где вы можете что-то менять напрямую.
Глава 3. Паши как проклятый
Держу пари, у нас с вами много общего. Мы не самые сильные, не самые умные и не самые богатые среди тех, о ком знаем. Не самые общительные и не самые влиятельные. Не самые красивые и не самые одаренные. Да и набор генов у нас не самый лучший. Но у нас есть то, чего никогда не будет у многих других: готовность трудиться.
Если есть в этом мире хоть одна безусловная истина – она в том, что труд незаменим. Не существует ни обходных путей, ни лайфхаков, ни волшебных таблеток, которые помогли бы без труда справиться со сложной работой, выиграть важный приз или воплотить мечту. С тех пор как труд стал по-настоящему трудным, многие люди пытаются разными ухищрениями облегчить его – а в результате плетутся в хвосте или оказываются на обочине. Пахать как проклятый – это единственный рецепт, который действует в 100 % случаев для 100 % по-настоящему важных целей.
Взглянем на то, о чем большинство из нас в состоянии судить, – благосостояние. Невероятно, но факт: самые несчастные из людей – выигравшие в лотерею и богатые наследники. По некоторым оценкам, 70 % купивших счастливый билетик разоряются в следующие пять лет. Среди представителей богатых родов процент страдающих депрессией, самоубийц, алкоголиков и наркоманов обычно выше, чем у среднего класса или у тех, кто заработал большое состояние упорным трудом.
Причин тому много, но одна из самых очевидных – то, что разбогатевшим волей случая или получившим все по наследству неведомы те блага, которые приносит работа на великую цель. Им не пришлось испытать, насколько приятно зарабатывать деньги; они знают только, каково их иметь. Им не пришлось выучить те важные уроки, которые преподают нам бедствия и неудачи. И уж точно они не вкусили сладких плодов от уроков, реализовав свою мечту.
Представьте себе, что весной 1953 г. Эдмунда Хиллари доставили на вершину Эвереста вертолетом и он не взбирался туда два долгих месяца. Думаете, вид с вершины оказался бы для него столь же захватывающим? Думаете, ему было бы не плевать на соседний пик пониже, который он увидел, стоя на Эвересте? Да сейчас! Если человеку не приходилось заставлять себя работать, прыгать выше головы, если он не понял, что, подвергая себя испытаниям, растет и благодарить за это должен только себя, – он никогда не оценит то, чем обладает, так, как умеют ценить те, кто это обладание заработал.
Труд окупается. Абсолютно точно. Чем бы вы ни занимались. Кем бы вы ни были. Всю мою жизнь сформировала эта единственная идея.
Решив стать величайшим культуристом в истории, я 15 лет тренировался по пять часов в день. Оказавшись в Америке, я перешел на следующий уровень и придумал разбить тренировки на две части: два с половиной часа утром и столько же вечером, по два полноценных цикла упражнений каждый день. Чтобы работать по этому плану, понадобилась целая команда напарников. Франко Коломбо помогал мне по утрам, Эд Корни или Дейв Дрейпер – по вечерам, поскольку ни один из них не хотел целый день торчать в зале. Они, в отличие от меня, не были бешеными. Я же на пике формы в самые нагруженные дни тягал больше 18 тонн за одну тренировку – это вес груженой фуры. Большинство людей не хочет так пахать. Очень уж оно тяжко. Но мне нравилось повторять упражнения – подход за подходом. Я любил боль, которую они приносили. Мой первый тренер в Австрии даже считал меня фанатиком. Пожалуй, и справедливо.
Оставив бодибилдинг и переключившись на кино, я тратил те же пять часов в день на то, чтобы стать профессионалом и здесь. Ходил на занятия по актерскому мастерству, по английскому, по ораторскому искусству, по исправлению акцента (за этот курс я до сих пор хочу затребовать деньги обратно). Посещал бесчисленные встречи и читал сотни сценариев – и те, что мне присылали как предложения, и любые другие, какие только мог найти, чтобы понимать разницу между плохим и хорошим сценарием, между хорошим и великим.
Кроме того, каждый из фильмов тоже требовал работы – и не просто чтения сценария и заучивания текста. Для «Близнецов» потребовались хореография и импровизация. Для «Терминатора» пришлось стать машиной: я завязывал глаза и отрабатывал все трюки с оружием, пока не удавалось проделать каждый из них вслепую, а на стрельбище выпустил столько патронов, что перестал моргать от звука выстрела. Для «Терминатора-2» я столько отрабатывал прокручивание дробовика на пальце, что в кровь сбил фаланги – и это ради двух секунд на экране! Я не жаловался. Все это было частью работы, необходимой, чтобы сломать стереотипы и стать драматическим актером нового амплуа – героем экшна.
Эту же философию я принес в политику. В дни выборной кампании 2003 г. я один за другим глотал составленные экспертами информационные бюллетени по всем запутанным вопросам, важным для штата Калифорния. Я и представить не мог, что буду обдумывать микроклеймение боеприпасов или число медсестер на одного пациента, тем более – что буду болеть всем этим и предлагать какие-то решения. Но после ежеутренней часовой тренировки на Венис-бич я распахивал двери своего дома для всех, кто был готов рассказать мне о государственном управлении, о политике и о том, что важно для калифорнийцев. Я твердо намеревался быть политиком нового типа, сдержать обещания, воплотить в жизнь все планы, о которых говорил избирателям. И тогда я начал выделять те же пять часов, что когда-то тратил на бодибилдинг, а потом – на овладение актерской профессией, на то, чтобы погрузиться в язык политики и управления. День за днем я учился и упражнялся, будто иностранный студент, осваивающий местный язык. Я снова и снова пересматривал свои заметки – а затем говорил по памяти, пока фразы не стали складываться сами собой.
Смысл этого напряженного труда – всех этих многочисленных упражнений, всей нагрузки, всего усердия, всех долгих часов – один и тот же. Такой подход годится для любого замысла, который вы хотите воплотить в жизнь. Свое дело? Брак? Фермерское хозяйство? Профессия часовщика, разъезды по миру, повышение зарплаты и карьерный рост, участие в Олимпийских играх, управление сборочной линией, создание некоммерческой организации… Смысл чего бы то ни было – в подготовке. В том, чтобы не облажаться, когда вспыхнут софиты или откроется возможность, когда зажужжат камеры или разразится кризис. Безусловно, труд ценен и сам по себе, но суть в том, чтобы не спасовать и не растеряться, когда мечте придет момент сбыться, а видению – воплотиться в жизнь.
Еще, еще и еще…
С самых первых моих шагов в бодибилдинге работа неизменно означала многократное повторение. И не только выполнение повторов, но и их подсчет. Еще в Граце я писал на грифельной доске план тренировки, вплоть до списка подходов и числа повторений, – и не позволял себе уйти из тренажерки, пока не вычеркну все строчки. Спустя годы, готовясь к съемкам в кино, – подсчитывал, сколько раз прочел сценарий от начала до конца, рисуя палочки на первой странице, и перечитывал его, пока не заучивал наизусть всю роль. (Один раз я текст все-таки забыл – на съемках «Близнецов», когда Дэнни Де Вито подшутил надо мной, начинив мою послеобеденную сигару марихуаной.) На посту губернатора (да и сейчас, когда мне надо выступить с речью) я точно так же ставил пометки на первой странице. Я знал, что после десяти прочтений смогу произнести текст прилично, но уж после двадцати будет просто блеск! Фразы зазвучат естественно, будто я говорю без бумажки и от души. Чем дольше я учу речь, тем больше будет в ней моей личности – и с тем большей вероятностью слушатели почувствуют общность со мной и моими идеями.
Смысл в том, чтобы повторения были добросовестными. Не ленивыми, равнодушными, холодными и вялыми – то есть никому не нужными. Нет, все надо делать точно и четко. Доводить упражнение до конца. Выкладываться по полной. Помните: «Wenn schon, denn schon»! И не важно, чтó это – мертвая тяга, пресс-конференция или подготовка речи, – нужно погружаться в каждую задачу целиком, с головой. Поверьте: я сужу по собственному опыту. Хватает одного промаха, одного неверного движения, одного неудачного слова, чтобы пустить всю работу под откос.
Весь смысл многократных повторений – дать вам базу, которая сделает вас сильным и защитит от обидных глупых ошибок, какими бы они ни были в вашем
