национального духа: всё то, что позволяет государству стать Державой в геополитике с большой буквы.
Типичным примером сугубо торговых отношений в стремлении к геополитическому доминированию является торговая война между США и Китаем. Китайские компании постепенно захватили многие сферы торговли по экспортным статьям. Отчасти этому процессу содействовали сами американцы, когда в 20 веке после крупного кризиса начали вывозить заводы в Китай, поскольку это приносило большие прибыли – наёмный труд там был в десятки раз дешевле из-за перенаселения, поэтому и производство новых товаров обходилось куда выгоднее. Это помогло Китаю подняться и с течением времени уже самому диктовать правила такой игры.
Пример с Китаем интересен по тому, как проходил процесс экономической экспансии от его лица. Сначала рынок насыщался дешёвыми и некачественными китайскими товарами, не требующими сложных технологий производства. После «захвата» рынка экстенсивный путь заменялся интенсивным: Китай начинает бурно вкладывать свои финансы в науку. Поэтому следующей стадией стала замена дешёвого экспорта в больших количествах на более продвинутый и дорогой. Во многом это отличает коммунистическое развитие Китая от СССР. Союз не был так направлен именно на экономическую экспансию своими товарами, Китай же, как государство, которому необходимо закупать много продуктов питания для такого количества людей, стремился через интенсивный экспорт покрыть эти расходы и добиться наибольшего профицита.
СССР в последние годы тоже зависел от импорта той же пшеницы, но он при этом нашёл выход в «нефтяной игле», эта ошибка руководства сыграла в итоге злую шутку, помогая дестабилизаторам во власти при низких ценах за нефть успешнее расшатать всю систему. Не случайно Генри Киссинджер сказал: «Контролируя нефть, вы контролируете целые государства; контролируя продовольствие, вы контролируете народ». Эта формула будет работать всегда: если народ не испытывает финансовых проблем с пропитанием, то больших революций можно будет избежать, но если государство терпит проблемы с импортом/экспортом нефти, то начинает последовательно рушиться вся цепочка, в том числе и с обеспечением продовольствия.
Кроме того, технологии торговой экспансии эффективны и входе длительных войн. Государство может использовать сложную обстановку для выгодной продажи собственных систем вооружения, стать центром протяжения капиталов, гарантируя им безопасность, обеспечивать товарами ту одну, ту другую сторону, что и делали по началу США во Второй Мировой войне, выжидая, когда одна из сторон – Германия или СССР начнут одерживать победу.
9)
Сепаратистская
Сепаратизм – это стремление к отделению, обособлению от государства и формирование собственного государственного образования. Наиболее верный способ ослабить противника – это расчленить его на части. Крупные державы как правило низвергались не вследствие войн, а восстаний и бунтов, которые ослабляли центр и делали его уязвимым от других угроз. Все империи так или иначе распадаются, а их место занимают либо несколько национальных государств, либо территории отходят другим. Причём одно не всегда исключает другое. Развитие сепаратизма может проходить по нескольким причинам. Это может быть неграмотное руководство с центра, ущемляющее права этнических меньшинств и не ассимилирующее их культурно. А может и целенаправленная политика соседнего государства, которое финансирует наиболее активные сепаратистские ячейки в стране.
Конечно, такое финансирование не проходит напрямую, вовлекаются подставные лица. Когда ситуация накаляется до предела в ход, может быть, даже задействован экспорт оружия. Далеко искать примеры не нужно, так в чеченскую войну известно, что американцы постоянно высылали оружие боевикам для построения по классическим схемам свободной «демократии». В войне в Сирии также были замечены поставки вооружений, но на этот раз уже боевикам ИГИЛ против Асада. Стоит отметить, что существенную часть позиционных воск составляют курды, 40 млн которых разбросаны между Ираном, Турцией, Сирией. Стремясь построить своё государство Курдистан, они являются связующим дестабилизирующим звеном в регионе.
Кроме изнурения государства внутренним конфликтом, финансирование сепаратизма может быть удачно использовано и для решения более крупных проблем. Нередко, чтобы лишить себя сразу нескольких потенциальных противников достаточно просто их рассорить на какой-либо почве неприязни друг к другу. Между государствами эта неприязнь может проявляться в возникновении конфликтов по поводу спорных территорий. И здесь главная роль отводится потенциальным сепаратистам, которые национальному признаку принадлежат соседней стране, а живут в другой.
Так удачно получилось рассорить Армению с Азербайджанам, которые могли бы вместе войти в новый союзный блок. Но давняя вражда была окрашена кровью в ходе Карабахского конфликта, в котором были вырезаны как православные армяне, так и азербайджанцы. Азербайджан вообще представлял для России ценную стратегическую территорию, он богат энергетическими ресурсами – нефтью, и контролируя его можно поддерживать сухопутную связь с другими государствами Средней Азии.
С Азербайджана можно было бы закрепить своё влияние в той же Армении, но благодаря этой резни она оказалась отрезанной и окруженной сразу с двух сторон агрессивными соседями, с запада Турцией, которая однажды владела этой землёй, с востока Азербайджаном, который продолжает наращивать военное присутствие на линии разграничения с Карабахом. Так война, спровоцированная сепаратизмом и территориальными амбициями позволила американцам выбить из вероятной интеграцией с России целый геополитический регион. Финансирование сепаратизма всегда будет актуально там, где национальный состав населения не однороден, доминирует другой этнос.
Для начала государство налаживает связи с местными политиками не у власти, помогает побеждать в выборах целым партиям. Потом же провоцируется политический катаклизм. Задействовать его можно по тем же сетевым технологиям, что и «оранжевые революции». Эпопея его заканчивается вооружённым переворотом и гражданской войной. Сепаратизм по-прежнему служит важным геополитическим инструментом влияния США на своих врагов. Существует даже деление на «хороший» сепаратизм (косовский, чеченский) и «плохой» (пророссийский, просербский).
Все войны, порождаемые сепаратизмом, носят преимущественно острый националистический характер, который был выведен через радикализацию национального самосознания восстающих этносов. Такие конфликты являются местом боев двух геополитических держав.
В Великую Отечественную войну коллаборационизм на окраинах СССР тоже являлся своего рода сепаратизмом малых народов, повторяющих подрывную деятельность РОА из-за чего погибло порядка миллиона советских людей. И только наивный человек до сих пор верит, что развал Советского Союза произошёл благодаря активной позиции национальных элит в республиках, их протестующее ядро поддерживал Запад и экономически, и политически, и информационно. Когда же красная империя была растерзана внутренними противоречиями, взялись за раздел самой РФ. Чеченский сепаратизм поддерживала Саудовская Аравия, Турция, США. Раздел Кавказа одна из важных геополитических задач для этих стран.
После проведения «оранжевых революций» на территории бывшего СССР в какой-то момент Россия попыталась спасти своё и без того плачевное положение, используя подобные технологии. Так в результате грузинской агрессии РФ признала независимость Абхазии, Россия поддержала Приднестровье в конфликте с Молдавией, Донбасс в войне с Украиной, Армению в Нагорном Карабахе. Но это помогло лишь воспрепятствовать окончательной интеграции государств в НАТО. Проблема «оранжевых революций» останется открытой до тех пор, пока с нашей стороны не будут
