— А какая связь между этими камнями и Хамом? — поинтересовался Гео. — Хам что, бог Эптора, и под его знаменами собираются зловещие силы?.. А камни — они их святыни?
— И то, и другое верно, но не совсем, — ответила жрица.
— И еще. Вы говорите, последняя попытка вторжения Эптора в Лептар была предпринята пятьсот лет назад. Именно пятьсот лет назад религия Эптора претерпела существенные изменения. Есть ли какая-нибудь связь между вторжением и великой чисткой?
— Я уверена в этом, — ответила жрица. — Связь есть, но не знаю какая... Я хочу рассказать тебе историю камней. Их всего три. Тот, который я ношу на шее, был захвачен у воинов Эптора во время битвы... Возможно, в том, что он у нас, и есть причина многолетнего мира... Хранился он всегда в храме богини Арго. Его тщательно оберегали, и никто не знал о его свойствах... Мы же скрывали записи о вторжении, которое, кстати, закончилось провалом буквально за месяц до первых чисток... И вот, примерно год назад, немногочисленные силы врагов достигли берегов Лептара. Сама я тех событий не видела и не могу описать. Знаю только, что они пробрались в глубь острова и ухитрились похитить саму Арго.
— Вы имеете в виду Воплощение Арго? Верховную жрицу? Но вы же сами сказали, что вы...
— Да... Как известно, этот божественный сан передается по материнской линии. Дочь верховной жрицы объявляется живым Воплощением Белой богини Арго. Ее воспитывают и обучают мудрейшие жрицы. Ее окружают роскошью... Поклоняются ей... Она олицетворяет собой Арго до тех пор, пока не выйдет замуж и не родит дочь, которая станет новым Воплощением Арго... И так продолжается бесконечно. Так вот, дочь верховной жрицы похитили. Одного из похитителей убили в стенах монастыря, и он тут же, прямо на глазах, начал разлагаться. Когда от него почти ничего не осталось, мы увидели второй камень. По-видимому, он был спрятан где-то внутри тела твари. Именно он помог врагам пробраться так далеко вглубь нашего острова. Но это не все. С последним вздохом это гнусное существо прочитало строки стиха, которые ты недавно услышал от меня. Теперь мне необходимо побывать на острове Эптор. Если мы не сможем остановить наших врагов, то хотя бы узнаем о судьбе юной Арго.
— Я сделаю все, что в моих силах! — воскликнул Гео. — Все, что поможет спасти Лептар и найти вашу сестру-жрицу.
— Она мне не сестра, — мягко сказала женщина. — Она моя дочь, так же как и я — дочь предыдущей Арго. Вот почему выбор пал на меня... А до тех пор, пока она не найдена, живой или мертвой, — тут она поднялась со скамьи, — я снова стала живым Воплощением Белой богини Арго.
Гео опустил глаза, когда Воплощение Арго приподняла вуаль. Ее рука бережно дотронулась до украшения на шее.
— Камня должно быть три, — пояснила жрица. — Знак Хама — черный диск с тремя белыми глазами. Каждый глаз сделан из драгоценного камня. Во время первого вторжения наши враги, вероятно, несли с собой все три камня, так как в них заключена их главная сила. Без камней они беззащитны и слабы. Только с ними они чувствуют себя непобедимыми. Не так давно мы разгадали секреты нашего трофея. Ты видишь, со мной нет охраны. Пока этот камень у меня, я неуязвима. Должна сказать тебе, этот камень способен не только защищать, но и разрушать! Я могу уничтожить любое препятствие на своем пути! Второй камень мы получили год назад, как я уже говорила, когда слуги Хама явились похитить мою дочь. Наверняка они прихватили с собой оба оставшихся у них камня в надежде вернуть третий. Во всяком случае, у них было два против нашего одного. Но теперь у нас два камня, а у врагов остался один... Мальчик воришка сумел украсть у меня один камень два месяца назад, когда я собиралась отправиться в первое плавание. Сегодня он, видимо, узнал меня и решил получить за камень выкуп... Наивный юнец... Но теперь перед ним стоит задача, достойная хорошего вора. Он должен украсть для меня третий, последний священный камень Хама... Тогда Эптор окажется в нашей власти и его правители больше не смогут причинить нам зло.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А где этот третий камень? — спросил Гео.
— Наверное, сияет во лбу статуи Темного бога Хама, которая находится в храме в сердце Эптора... Как ты думаешь, мальчишка примет мои условия?
— Думаю, да, — чуть помедлив, ответил Гео.
— Где-то в том же самом дворце находится моя дочь или ее останки. Вы — ты и твой приятель — должны разыскать ее следы и, если повезет, привезти ее живой на борт нашего судна.
— Но... вы научите нас пользоваться камнями? Иначе нам не под силу будет пробраться в храм Хама.
— Да, конечно. Я покажу вам их возможности, — сказала Воплощение Арго, широко улыбаясь.
Одной рукой она подняла карту, которая лежала перед ней. Другую поднесла к камню и постучала по нему бледным ногтем. Карта вдруг начала чернеть с одного конца, а потом вспыхнула. Арго подошла к жертвеннику и бросила туда горящую бумагу. Жрица повернулась к Гео.
— Я могу влиять на разум людей — помнишь, как я поймала Змея?.. Я могу подчинить своей воле сотню воинов. И так же легко, как подожгла старую потертую карту, я могу стереть с лица земли город.
— С такими штучками у нас неплохие шансы добраться до статуи Хама и вернуться обратно, — улыбнулся Гео.
Но ответная улыбка оказалась печальной. А затем лицо жрицы стало суровым.
— Не думаешь ли ты, что я вложу в ваши руки такое искушение? — высокомерно заговорила она. — Вас могут схватить, и тогда камни снова вернутся в лапы Эптора.
— Но с камнями мы были бы неуязвимы...
— Однажды камни уже сменили владельцев, попав в наши руки. Мы не можем рисковать потерять их. Вы сами доберетесь до храма, украдете третий камень и спасете мою дочь, если она жива... — Тут верховная жрица замялась, но, быстро подобрав нужные слова, продолжала: — Моя дочь сможет воспользоваться силой третьего камня. Она поможет вам вернуться на корабль. Но если хотя бы одно из условий не будет выполнено, все предприятие окажется бессмысленным. Тогда вам лучше умереть. Ведь, если враги захватят наш корабль, погибну не я одна. Вы тоже умрете в мучениях более страшных, чем может подарить самая жестокая пытка.
Гео не проронил ни слова.
— Почему ты так изменился в лице? — спросила Арго. — У тебя ведь есть оружие — твоя поэзия, твои заклинания, твоя мудрость.... Черпай силу оттуда. Я сообщила все, что считала нужным. Можешь идти... И пришли ко мне вора.
Тон верховной жрицы не допускал возражений.
Гео молча вышел из каюты во мрак ночи. Свежий ветерок пахнул в лицо. На мгновение поэт остановился, оглянулся на дверь, перевел взгляд на море и поспешил в кубрик.
Глава третья
Гео спустился в кубрик, где, кроме Михайло и Змея, все еще никого не было.
— Ну? — спросил Михайло, поудобнее устраиваясь на краю койки. — Что она тебе сказала?
— Почему ты не спишь? — угрюмо поинтересовался Гео, словно не слышал вопроса приятеля. Потом тронул Змея за плечо:
— Теперь она хочет видеть тебя.
Змей встал и уже направился было к двери, но потом вернулся.
— Что-то забыл? — поинтересовался Гео.
Маленький воришка порылся в лохмотьях и вытащил
ремешок с драгоценным камнем. В нерешительности он подошел к Гео и повесил ремешок поэту на шею.
— Хочешь, чтобы я сохранил его для тебя? — удивился Гео.
Но Змея в каюте уже не было.
— Ну, вот, — вздохнул Михайло. — Теперь и у тебя есть такой камешек. Интересно, зачем они нужны?.. Или ты уже это выяснил?.. Давай, Гео, выкладывай, что тебе рассказала жрица.
— Змей ничего тебе не говорил, пока меня не было?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ни словечка, — вздохнул Михайло. — Да я же предупреждал, что не хочу спать. Ну, рассказывай, о чем ты говорил со жрицей?
Гео все рассказал Михайло. А когда закончил, гигант тяжело вздохнул:
— Ты, наверное, сошел с ума. И ты, да и Воплощение Арго тоже.... Вы оба сошли с ума.
— Не думаю, — возразил Гео и в завершение поведал, как жрица Арго продемонстрировала ему силу камня.
