слишком многих мальчишек, юных, храбрых, горящих, потом хоронил, стоя на кладбище вместе с их семьями. Потому что в этих идиотах было много огня, но очень мало мозгов. И сейчас Феб до жути напоминал Джону такого юнца, зеленого, только пришедшего в участок. Когда ему просто хотелось взять и выбить всю эту дурь, чтобы не закончил, как они!
– Сам? Экспертизу на основе магии смерти?! Ты знаешь, что неопытный новичок в таком ритуале зачастую погибает? Причем, в муках! – прорычал Джон с тяжелым сбитым дыханием.
Он одним шагом оказался рядом, и пальцы стальными тисками впились в плечо Феба. Джон чуть наклонился навстречу, заглядывая цепко в лицо, понизив голос, но от этого он стал еще более опасным, рокочущим:
– Что с тобой творит это дело? Ты всегда был увлечен, азартен, одержим справедливостью, не спорю! Но сейчас ты похож на слепого фанатика! Когда готов разбрасываться своей жизнью направо и налево без весомой на то причины. Что с тобой происходит? Чем тебя так зацепил этот убийца? Или… кое-кто другой?
Феб вздрогнул, когда Джон набросился, как дикий зверь. Того гляди, замахнется своим любимым хлыстом, который всегда таскал с собой. Джон всегда слишком опекал Феба. С первого дня, как тот появился в отделе, и его приставили помогать с расследованием по краже артефакта. Феб, как сейчас, помнил себя, зеленого мальчишку, который возился с бумагами. А потом не выдержал и сбежал. Вместе с Джоном, тайно преследуя его, на место преступления. Где он устроил ловушку для преступника.
Феб помнил, как Джон испугался за него. Хотя кем был ему тогда этот новичок? Простой помощник, даже не дознаватель еще. Но Джон не прогнал, нет. Он прикрыл перед другим дознавателем, с кем работал тогда в паре. Сказал, что вызвал Феба, чтобы тот помог. И всю ночь они поджидали преступника в засаде. Но тот не явился в ловушку.
А утром Джон проводил Феба до участка, приказал идти домой отсыпаться. И на следующий день вызвал на ковер. Ох, сколько «теплых» слов Фебу пришлось услышать! Джон ругал за беспечность и наивность. За то, что Феб, не предупредив, пошел следом и мог угодить в руки преступника. Который убил бы беззащитного мальчишку. Но… после выволочки Джон улыбнулся и сказал, что берет Феба к себе в команду. Так и началась их совместная работа.
– Да кто меня мог зацепить? – густо покраснел Феб и отвел взгляд, резко дергаясь, стремясь вырваться из цепких пальцев, но не получилось. – Я просто делаю свою работу! Хорошо делаю, на совесть! И не хочу, чтобы в тюрьму села невиновная… невиновный! Вот. А Альдор Соул опасен. Пускай у него безупречное алиби, но мне кажется, он что-то скрывает. Может, именно он подбросил Мэри это письмо? Мэри не виновата, Джон, поверь мне!
Феб подался ближе. И медленно достал из кармана конверт с письмом, протягивая Джону.
«Да, да, ты победил! – мысленно сдался на милость победителя Феб. – Пойдем мы вместе на Улицу Слез. Как всегда. Мы команда!»
Джон перехватил конверт из рук Феба, выдергивая почти силой. И отошел к столу, чтобы вытряхнуть на край небольшой обрывок. Темные глаза сощурились напряженно, сосредоточенно, пока Джон смотрел на дрожащие росчерки чернил, на засохшую бурую кровь.
– Мэри. Уже Мэри, – колюче усмехнулся он, убирая улику в конверт бережно, чтобы не повредить. – Уж извини, Феб, но я давно не мальчишка, чтобы принимать что-то на веру! И отпускать подозреваемую только потому, что у нее красивые глаза! Что она успела тебе наплести? Поплакаться на жестокого мужа, порыдать на плече? Или уже полезла к тебе, чтобы соблазнить? Возьми себя в руки! А если неймется уложить кого-то в койку, сходи в дом разврата! Но не смешивай это с расследованием!
Его пальцы судорожно сжали рукоять хлыста. И не сдержавшись, Джон выхватил его. Черная заплетенная кожа свистнула в воздухе, чтобы потом со всей силы садануть по краю стола. Джон замер, как зверь перед атакой, когда даже ноздри трепещут от злости. Но потом прикрыл глаза, успокаиваясь немного. Он привык присматривать за Фебом, если не как за сыном, то как за младшим братом. А он тут такое выкидывал!
– Феб, я не хочу, чтобы следующим с перерезанным горлом нашли тебя. После ночи страсти с леди Соул, которая захочет избавиться от опасного врага. Поэтому прекращай ее выгораживать или, клянусь, я не знаю, что с тобой сделаю, – сдержанно процедил Джон, медленно качая головой и глядя в глаза.
Феб отшатнулся, когда тот резко выдернул хлыст. И опустил его на крышку стола. Щеки Феба побледнели, давно не видел начальника в таком состоянии гнева. Дыхание сбилось, голубой взгляд загорелся упрямым огнем. Незаметно стиснулись кулаки. Да кто Джон такой, чтобы лезть в жизнь Феба?!
Глава 6
– Мэри не такая, – гордо вскинул он подбородок, чтобы посмотреть прямо в глаза. – Она добрая и честная. Я ей доверяю. А ее мужу – нет.
Феб тихо зарычал, отвернувшись, думая: «Ее муж… о, с каким бы удовольствием я свернул ему шею за жестокое обращение с женой! Ты, Джон, просто не видел синяки на нежной коже Мэри. Иначе бы ты понял, почему я беснуюсь и хочу спрятать Мэри от опасности. Не как подозреваемую. А как…»
Феб покосился на хлыст, лежащий так многообещающе на краю стола. Не хотелось спровоцировать очередной дерзостью и ощутить его на себе. Ведь Джон не на шутку разошелся! Феб же не сын ему, в самом деле! У них и разница в возрасте меньше десяти лет. Но Джон вел себя так, будто перед ним школяр неумелый, который взялся за первое расследование. Словно… видел, что Феб впервые поддался эмоциям. И хотел уберечь от ошибки, которая может стать фатальной.
– Если хочешь, можешь отправиться со мной на Улицу Слез. Вот контакты и адрес доносчика, – Феб склонился над столом и взял бумагу, записав разборчивым подчерком информацию. – Завтра в переулке Нант у нас встреча. Можем пойти вместе. А оттуда уже отправимся на Улицу Слез, чтобы узнать про флер магии смерти на этом письме подробнее.
***
Мы остались наедине с Шэрон, и я сразу почувствовала себя неловко. Молодая, уверенная в себе женщина, красиво одетая, стояла напротив меня, скрестив руки на груди. И изучала меня своим пытливым взглядом. Я поежилась. Айрин вдруг расплакалась на моих руках.
– Пойдемте в дом. Малышка устала
