Сейчас, когда в Конституции Российской Федерации никак не отражена роль русского народа, получилось так, что русский народ фактически не является субьёктом, он лишён своего представительства. Нет человека, который мог бы сказать: я отвечаю за всех русских, где бы они ни находились. В этом плане я завидую чеченцам, потому что у них такой человек есть. Фамилия этого человека — Кадыров. Нравится это кому, или нет, но он является действительным национальным лидером Чечни. И фактически, общаясь с ним, мы разговаривали как националист с националистом: ему были понятны наши тревоги и заботы, нам — его мотивы.
Честно говоря, я не ожидал, что субъектность русского национализма будет подтверждена ещё раз — властями именно Чеченской республики.
"Завтра". Вы поехали в Чечню и фактически вели там переговоры как представители русского народа. Кто вас уполномочил?
А.Б. Меня уполномочил Господь Бог, мама, — и безответственность всех остальных. По праву того, что мы испытываем особое чувство ответственности за свой народ, мы имеем право говорить от его имени.
Д.Д. Аналогично. Подобные права не даёт какой-то дядя — подобное право возникает само собой, если ты готов нести этот крест и не боишься. К тому же мы — лидеры пусть и запрещённых, но крупнейших организаций русских националистов.
И это не значит, что мы узурпировали это право и отказываем кому-то говорить от имени русских: кто готов, тоже может выступать.
А.Б. И это не противоречит законодательству РФ, это я вам говорю как юрист. Это право предусмотрено законом — в принципе, любой человек может выступать в интересах любой неопределённой группы лиц. Любой человек — а не только прокурор.
Поэтому, если я лично чувствую в себе силы вести переговоры с другими народами для того, чтобы права русских не ущемлялись, если Дмитрий Дёмушкин чувствует в себе силы говорить от имени русских — то почему бы и нет?
В большинстве конфликтных ситуаций сегодня русские, как правило, оказываются в положении невыгодном, поскольку им противостоят не отдельные люди, а национально спаянные общины. Если в результате конфликта победили русские, то на них заводится уголовное дело, если в результате конфликта русские проиграли, то виновных не найдёшь.
Соответственно, я считаю, лучше, чтобы такие конфликты решались на стадии возникновения путём переговоров. Почему? Потому что трупы, заключённые, сломанные молодые судьбы всем уже надоели. Только "правых" в России сидят уже порядка 1200 человек. Это много.
И когда пятнадцатилетние ребята сначала "разбираются с чеченцами", а потом получают пожизненные сроки — это очень плохо и неправильно. Эти ребята могли бы сделать для русской нации больше. И надо понимать, что в Грозном, в отличие от многих других республик Кавказа, точно такое же видение — хватит резни, пора договариваться.
Вся история русско-чеченских отношений на протяжении нескольких сот лет, к сожалению, — это история резни. Поэтому, когда мы получили это приглашение, — не знаю, было ли связано оно с поездкой Медведева на Кавказ или нет, но когда мы получили это приглашение, я лично не колебался ни минуты. Если есть шанс поговорить — то зачем его упускать?
"Завтра". Список взаимных русско-чеченских претензий велик. Русские претензии — это и "неизвестный" геноцид начала 90-х годов, и ставшее проблемой в последнее время безобразное поведение чеченской молодёжи на улицах русских городов. Чеченская сторона, разумеется, не может забыть, например, дважды снесённый с лица земли Грозный...
Д.Д. Давайте я помогу вам озвучить чеченские претензии, у них они очень чётко сформулированны.
Первое — это то, что Дудаева посадил к ним Ельцин, практически навязал сверху. Чеченцы все в один голос говорят, что с этого-то всё и началось.
Второе, о чём они говорят, — это вопрос про пять с половиной тысяч чеченцев, увезённых федеральными войсками в неизвестном направлении, фактически — пропавших без вести. Например, приехал БТР, номер такой-то, и увёз сельского учителя. Где он, что с ним? Расстрелян, в тюрьме или где?
Также они озвучивают данные о том, что за время двух войн погибло 200 тысяч чеченцев.
"Завтра". После всего, что было, после этих претензий, как по-вашему, мы готовы жить с ними рядом? Интересуют субъективные ощущения после поздки.
Д.Д. Вопрос так не стоит. Как решит большинство русского народа — так и будет. Если наш народ захочет и дальше жить бок о бок — так и будет. Если нет — то я подчинюсь мнению народа.
То же самое и Рамзан говорит: если чеченский народ решил связать свою судьбу с Россией, так тому и быть — я буду работать на укрепление. Если же завтра народ решит по-другому — я против народа не пойду.
Другое дело то, что чеченцы — небольшой народ. И все, с кем мы общались, хотят быть с Россией. И как можно отказать, допустим, в этом желании человеку, чеченцу, у которого все родственники погибли, воюя за Россию, против Дудаева и Масхадова? И таких множество.
Тут важно понять, что те чеченцы, которые живут не в Чечне, в большинстве своём настроены против Кадырова. И понятно почему — Кадыров построил в Чечне очень жёсткое общество, можно сказать — шариатское. В Грозном алкоголь продаётся с 8.00 до 10.00. Пьяных, обкуренных беспредельщиков, одетых в обтягивающие джинсы "Dolce & Gabbana", и с длинными чёлками, как это модно у "золотой" кавказской молодёжи в Москве, вы там не увидите.
Мы говорили о чеченской молодёжи за пределами республики — и Кадыров признал, что такие типы позорят чеченский народ. Тем более недопустимо, когда такие люди провоцируют представителей других народов, используя то обстоятельство, что Кадыров старается защитить каждого чеченца.
Нам было сказано, что на тех чеченцев, кто позорит чеченский народ за пределами Чечни, впредь будет обращаться особое внимание. И вообще — в случае возникновения этноконфликтной ситуации с участием чеченцев мы всегда сможем рассчитывать на диалог с руководством Чечни.
А.Б. Тем, кто устойчиво хочет размежеваться, наобум, не смотря ни на что, стоит съездить в Чечню. Например, в Наурский район, поговорить с местными русскими, с казаками. Объяснить им, почему Россия должна второй раз их предать, как их однажды уже предали в Хасавюрте.
"Завтра". А что, в Чечне есть мало того, что русские, так ещё и казаки?
А.Б. Да, конечно. Русских ещё достаточно много осталось на Кавказе, и Чечня — не исключение. По данным 2002 года русских в Чечне было около 40 тысяч.
Я думаю, что их сейчас меньше, конечно не 40 тысяч. Но живёт в Чечне не менее 5 тысяч русских, в основном — в Наурском и Шелковском районах. Руководитель района — русский.
Д.Д. Мы под самый конец поездки побывали в Надтеречном районе — и это тоже была ломка стереотипа. Я раньше думал, что если кто из русских и остался в Чечне — то бабка какая-нибудь старая, до которой руки не дошли.
Оказалось, что русские в Чечне есть, казаки есть, служат многие в МВД Чечни. Угнетёнными не выглядят — не может вооружённый человек выглядеть угнетённо.
"Завтра". Но вернёмся к русским претензиям: что вам удалось сделать, раз уж вы взяли на себя ношу говорить от имени русских?
А.Б. Ну, во-первых, мы на высшем уровне обсудили вопрос о выплатах компенсаций русским беженцам. Не секрет, что компенсации положены всем жертвам войны, но получают их пока преимущественно чеченцы. Поскольку русским беженцам зачастую просто страшно поднимать сам вопрос о компенсациях. Так, — пишут письма, получают отписки.
Мы намерены переломить эту ситуацию, и теперь имеем об этом определённые договорённости с чеченским руководством.
Речь идёт о судьбах сотен тысяч людей, многие из которых на протяжении 15-20 лет испытывают серъёзные лишения, поскольку ельцинская власть от них просто отмахнулась, а нынешняя вообще не обращает внимания.
Д.Д. В вопросе компенсаций есть очень много подводных камней и сложностей. Например, вы продали квартиру в Грозном — ещё тогда, в самом начале 90-х. Продали за копейки, под давлением — но по договору. Ясно, что в этом случае, по справедливости, всё равно положена компенсация.
Но федеральный закон не даёт возможности выплатить вам деньги. Поскольку порядок установлен: если вы продали квартиру, то это акт сделки, всё, вы отказались от жилплощади добровольно. Ну и так далее — много нюансов возникает.
