Читаем без скачивания Газета Завтра 921 (28 2011) - Газета Завтра Газета

Два века назад её народ сражался против испанского господства, сегодня Венесуэла и президент Уго Чавес бросили вызов господству США.

Чавес — не просто президент, не просто политический деятель мирового масштаба. Он символ новой Венесуэлы. Он пережил два ареста: в феврале 1992 года, когда возглавленная им попытка революционного переворота завершилась поражением, и в апреле 2002 года, когда проамериканские военные на несколько суток взяли власть в стране, и только мощная волна народных выступлений протеста по всей Венесуэле при поддержке большинства армии вернула Чавеса с острова Орчила в президентский дворец Мирафлорес.

Чавес национализировал природные богатства, прежде всего — нефтяные и газовые месторождения, после чего американские компании Exxon Mobi* и ConocoPhillips ушли из Венесуэлы, а дополнительные средства от экспорта углеводородов наполнили государственный бюджет, позволяя осуществлять широкие социальные программы не только внутри страны, но и оказывать гуманитарную помощь другим государствам мира, включая те же США, где сотни тысяч бедняков, в основном индейского и латиноамериканского происхождения, получают "Зимнее тепло" за счет одноименной программы венесуэльского правительства. И точно так же миллионы неимущих латиноамериканцев получили "Глаза для бедных" и другие виды квалифицированной медицинской помощи — Чавес оплачивает работу тысяч кубинских врачей и на Острове Свободы, и на континенте.

Чавес закупает десятки современных российских истребителей и комплексов ПВО, чтобы ни одна бомба или ракета даже случайно не упала на нефтяные вышки, нефтепроводы, другие промышленные объекты и города его страны.

Чавес забирает у иностранных монополий металлургию и цементную промышленность, чтобы не зависеть от их воли в осуществлении масштабных строительных проектов: от жилья для бедных до Трансамериканского газопровода. Чавес берет под государственный контроль электроэнергетику и средства массовой коммуникации, чтобы иметь ресурсы для противостояния тьме физической и духовной, в которую всегда готов опустить непокорных современный глобальный капитализм.

Под государственный контроль перешёл и Центральный банк Венесуэлы, который перестал быть филиалом Международного валютного фонда и Федеральной резервной системы США на территории страны, а стал инструментом национального развития.

Чавес организует "Боливарианскую инициативу" — объединение латиноамериканских государств на идеях и принципах, прямо противоположных пресловутому "вашингтонскому консенсусу". И это объединение растет с каждым годом, вовлекая в свою деятельность не только Эквадор и Боливию, но также Перу и Бразилию.

Чавес провозглашает Венесуэлу социалистической республикой — в пику всем тем, кто поспешил объявить социализм утопической доктриной, не имеющей будущего. Именно на основе принципов социализма Чавес выстраивает стратегические отношения с коммунистическим Китаем, который видит в нынешней Венесуэле надёжного союзника, противостоящего диктату Вашингтона в традиционной "зоне влияния" США, выбивающего из-под ног Вашингтона привычный латиноамериканский фундамент.

Чавес встречается и демонстрирует солидарность со всеми политическими лидерами, которых Соединенные Штаты считают своими врагами и "осью мирового зла": от Фиделя Кастро и Саддама Хусейна до Махмуда Ахмадинежада и Александра Лукашенко. Он с трибуны ООН называет "дьяволом", оставляющим после себя "запах серы", президента США Джорджа Буша-младшего — за его агрессивные претензии на мировое господство. И это вызывает настоящий восторг во всей Латинской Америке, которую все двести лет независимости "гринго" давили канонерками и долларами, превращая своего потенциального геостратегического конкурента в гроздь коррумпированных "банановых республик", где правят "гориллы", давшие присягу на верность в военных колледжах США, представители компрадорского капитала и "эскадроны смерти".

Но Чавес — не просто харизматический лидер левого толка. Вся его деятельность, все его успехи и неудачи — это попытка народа Венесуэлы вырваться из колониальной зависимости нового типа, самому строить свою жизнь, самому выбирать свою дальнейшую судьбу.

За годы правления Чавеса национальный доход Венесуэлы вырос почти вдвое, доход на душу населения — почти до 12 тысяч долларов (в России — чуть меньше 16 тысяч долларов), а в индексе человеческого потенциала ООН эта латиноамериканская республика поднялась из середины второй сотни на 75-е место, обогнав и Турцию, и Китай, почти приблизившись к уровню Украины и Бразилии.

Безработица упала почти в три раза, с 14% до 4%, число бедных — с 15% до 3,5%, а уровень социального неравенства, согласно коэффициенту Джини, снизился с 0,62 до 0,41. Кроме того, реформы Чавеса обеспечили широкий доступ к среднему и высшему образованию массам венесуэльской молодежи, прежде всего — из "низов" общества.

Да, в сегодняшней Венесуэле достаточно высокая инфляция (21% по итогам 2010 года и 23% по прогнозу на 2011 год), но это — реальные цифры, а реальные цифры примерно таковы во всём мире, не исключая и Россию. Да, в сегодняшней Венесуэле налицо дефицит определенных товарных групп, прежде всего продовольственных (яйца куриные, молоко и молочные продукты). Да, венесуэльские "нефтедоллары" не слишком активно инвестируются в реальный сектор экономики, а расходуются в основном на непроизводительные цели (социальные и оборонные программы). Но главной цели: достижения национального единства и национального консенсуса, — венесуэльское общество под руководством Уго Чавеса, несомненно, добилось и готово идти дальше.

Празднование 200-летия независимости лишний раз подтвердило этот тезис. Президент Чавес, оправившись от двух операций на кишечнике, выступил с программной речью, где сказал: "Спустя 200 лет после рождения нашей великой родины здесь собрались 12 тысяч социалистов, антиимпериалистов и революционеров, чтобы воздать должное этой знаменательной дате... Как никогда наш народ и армия едины, и мы готовы до конца защитить нашу независимость и свободу". Праздничная демонстрация под лозунгами "Социалистическая родина или смерть!", "Мы победим!" и военный парад, в котором, помимо подразделений венесуэльской армии, приняли участие военные делегации России, КНР, Белоруссии, Ливии, Алжира, Аргентины, Боливии, Эквадора, Уругвая, Кубы, Никарагуа, Гватемалы и Виргинских островов, стал наглядной иллюстрацией возможного объединения антиглобалистских сил всего современного мира. И "точкой сборки" для него стала именно эта латиноамериканская республика. Viva, Venezuela!

Владимир Карпец -- Битва за историю

В этом году исполняется 900 лет со дня рождения святого благоверного князя Андрея Боголюбского (1111-1174). Церковная память его совершается 17 (4 ст.ст.) июля, совпадая с памятью святых царственных мучеников.

Многие считают именно этого великого князя основателем русского самодержавия. Так думал Лев Тихомиров. Так полагал, опираясь на историко-правовой материал, В.О.Ключевский: "Андрей впервые отделил старшинство от места: заставив признать себя великим князем всей Русской земли, он не покинул своей Суздальской волости и не поехал в Киев сесть на стол отца и деда. Таким образом, княжеское старшинство, оторвавшись от места, получило личное значение, и как будто мелькнула мысль придать ему авторитет верховной власти" .

В этом есть доля правды. Но на самом деле св. Андрей всё же не основал самодержавие — он его возвращал. Такой порядок: не привязанный к конкретному городу, плюс наследование от отца к старшему сыну, — существовал у первых Рюриковичей (до введения "лествичного права" был у многочисленного потомства святого Владимира), как, впрочем, и у всех древних династий — вплоть до Трои и Шумера. Не случайно в Степенной книге царского родословия св. митрополита Макария и блгв. царя Иоанна Грозного царское самодержавие вменено самому Рюрику, обоим Владимирам, Ярославу Мудрому, и, конечно, Андрею Боголюбскому.

Сам он соединил в себе священную кровь Рюриковичей и кровь половецких ханов — по материнской линии. Тем самым соединил Северную Европу и Евразию, Запад и Восток, "лес" и "степь". Он был фактически "первым евразийцем", причём, до и помимо Золотой Орды. Это крайне важно: наша тяга к простору не есть что-то навязанное, как утверждают сегодняшние "новейшие националисты", а присуща Руси от начала.

Взятие Киева (1169), поход на Новгород (1170), осада Вышгорода (1173) — лишь этапы борьбы князя Андрея, не все из которых были успешны. Да, эти походы были жестки, порой жестоки, они были направлены против своей "вольной" родни, но так делали все монархи-объединители — от Хлодвига до Иоанна Грозного. Согласно свидетельствам, св.Андрей не любил воевать, но воспринимал ратное дело как тяжкую необходимость, послушание.