Читаем без скачивания Русская Прага - Наталья Командорова

Эта группа учащихся насчитывала несколько десятков человек и была сформирована в основном из проверенных бомбардиров Преображенского полка. В ее состав входил и знаменитый впоследствии фаворит государя Александр Меншиков.

— Забудьте обо всем, кроме знаний, — наставлял Петр своих подданных. — Не выпячивайтесь ни платьем, ни словом — будьте вровень, а то и пониже головы склоняйте, находясь с учителями. Присмотреться и обучиться, а потом — сделать так же в матушке-Руси!.. И, не приведи Господь, ослушаться — мою тяжелую руку вы знаете!..

При Петре I русские стажеры, зачастую не дворянского происхождения, изучали в странах Европы военное дело и кораблестроение, металлургию и медицину, иностранные языки, искусство, живопись, архитектуру. И самое главное — возвращались в Россию и применяли там полученные знания. По оценкам специалистов, примерно с 1697 по 1725 год за рубеж было отправлено более тысячи учащихся.

Петр Алексеевич сам, по выражению Александра Сергеевича Пушкина, прошел путь «от плотника до академика». Заслуги Петра I в просвещении России были отмечены Парижской академией наук: в 1717 году его избрали академиком.

Полезные для страны

Принято считать, что после заграничного путешествия Петра 1697–1698 годов началась стремительная европеизация России. Великое посольство возвратилось домой, привезя с собой несколько сотен иностранных офицеров, матросов, учителей, медиков, ученых разных отраслей знаний, актеров, переводчиков. Были среди них и те, которых Петр Алексеевич, находясь в Праге и проезжая другие чешские селения, убедил поступить на службу русскому престолу.

Несмотря на то что это стало своеобразным толчком для присноязычного «иностранного засилья» на русской службе, многие из зарубежных специалистов оказались полезными своему новому отечеству.

В опубликованных документах, письмах, других различных записках, относящихся к петровской эпохе, неоднократно упоминаются факты, подтверждающие востребованность знаний иностранцев, в частности чехов. Приехавшие из Праги иезуиты перевели с немецкого языка ряд документов по юридическим вопросам, которые потом дорабатывались «добрыми латиниками из черниев или из светских» и «переписывались русскими литерами».

Заинтересован был Петр Алексеевич также в вербовке в русскую армию квалифицированных военных кадров, особенно тех, кто владел родственными славянскими языками. В начале XVIII века царь неоднократно отдавал приказания своим резидентам в Вене и Праге принимать на службу Его Величества таких офицеров, «…которых б уже добро служили и тамо добрую славу имеют, также и Чешского, Польского, Словенского или иного пакто, с Московским согласного языку хотя отчасти разумеют…».

Вызывает вопросы

Петр I проложил дорогу для широкой европеизации России. Старорежимным знатным служивым и купцам насильственно сбривали бороды англичане-брадобреи. Все дворяне в приказном порядке переодевались в кафтаны и надевали парики по германскому подобию. Иностранные ученые-эмигранты помогали развивать русскую научную мысль.

Обязательным атрибутом празднования Нового года, по приказу государя, стала ель. В народные привычки внедрялись чай и кофе. При Петре I стало престижным быть образованным человеком.

Принято считать, что на мысль учредить Адмиралтейство и Кунсткамеру Петра натолкнула Голландия, а о перечеканке русской монеты он задумался после посещения Англии. Наверное, это справедливо. Но утверждение некоторых исследователей о том, что идеи учреждения публичного театра русскому правителю навеяла все та же Голландия, вызывает вопросы.

Возможно, вначале, после создания в 1702 году первого общедоступного театра «Комедийной хоромины» в Москве и последовавшего затем в 1708 году переезда труппы в Петербург, представления и совершались по образцу немецкого театра под руководством приглашенного из Германии актера Иоганна Кунста.

Как утверждает русский ученый, исследователь истории русского театра Людмила Николаевна Титова, Петр был недоволен театром Кунста и требовал от театральных действ большей патриотичности, прославления подвигов царя и разоблачения старорежимного образа жизни некоторых представителей русского общества, тормозящих прогрессивные государевы преобразования.

Петровские наказы русскому послу Павлу Ягужинскому

И Петр решается на реформирование своего театрального детища. Но на этот раз он обращается к опыту и профессионализму представителей не из Германии или Голландии, а из славянских государств. Предполагалось, что чехам, говорящим на родственном языке, будет легче и быстрее освоить русский.

Некоторые исследователи считают, что русский царь выбрал Чехию потому, что бывал там несколько раз и хорошо ее знал. Но почему тогда в своем распоряжении послу России в Австрии Павлу Ивановичу Ягужинскому (1683–1736) Петр говорит не о стране или чешской нации в целом, где бродячие театральные труппы были необычайно распространены в то время, а выделяет конкретно Прагу?.. Не служит ли это дополнительным основанием для предположения о так называемом «пражском периоде» великого Петра?..

Русский государь в 1720 году через Посольский приказ направил графу Ягужинскому в Вену поручение: «…нанять из Праги компанию комедиантов таких, которые умеют говорить по-славянски или по-чешски…»

Известный русский государственный деятель и опытный дипломат Павел Иванович Ягужинский, сам в молодости будучи музыкантом в лютеранской кирхе, прекрасно знал, чего от него хочет царь. К тому же, родившийся в сопредельной Польше, он хорошо ориентировался в жизни Чехии, а Прагу знал как свои пять пальцев. Однако даже он не смог полностью выполнить задачу. Из восьми подобранных им комедиантов «немецкой и богемской компании» только четверо разговаривали на чешском языке.

Когда кабинет-секретарь получил рапорт Ягужинского в ответ на царское поручение и доложил о нем государю, Петр не сдержался.

— Безобразие!.. — возмущенно воскликнул он. — Как можно не знать язык страны, в которой живешь?! Даже я выучил немало чешских слов, хоть и редко там бываю… — Царь помолчал и уже задумчиво продолжил: — Знал бы король их батюшка, Карлуша, во что превратили иноверцы его златую Прагу… Не дай бог такого для моего Петербурга!..

Петр Алексеевич печально взглянул на придворного и добавил: