что, несмотря на протесты мамы, решился протестировать свою работу и помыться в душе холодной водой, потому что нагревать её было некогда.
В связи с тем, что дяде Толе в дом вход был запрёщен, стол решили вынести во двор. Не смотря на приближение осени, на улице вечером было ещё тепло. Комаров Даша выгнала со двора одним незамысловатым заклинанием, которому научил Додо, и все сели за стол комфортно и надолго.
– А куда это подевался наш лепший друг Пашка? – спросил дядя Толя, наливая первую рюмку запотевшей, только что из холодильника, водочки.
– А Пашка у нас в кулинарию ударился, – усмехнулся Алесей.
– Чего? – поперхнулась Даша, потому что как раз в этот самый момент она жевала малосольный помидор маминого приготовления.
– Того, вернее, не в кулинарию, а как это, – Лёша протянул руку к девушке, как будто прося подсказать правильное слово.
– В кондитерство, что ли? – Даша выпучила на него глаза.
– Ага, к вечеру глобальный сюрприз обещал, да вот что-то нет его.
– Да етит твою, – возмутился дядя Толя, – тут работы непочатый край, рук рабочих не хватает, а он бабскими делами занялся. Я думал, у него любовь, а у него крышу сорвало на дрожжах, тьфу. Хорошо хоть Дарья помогла, а то так бы и не успели нихрена. Завтра прямо с утра займёмся курятником, раз хозяйка проволочек не терпит, будем работать от рассвета и до упора.
– Мне нужно знать конкретное время, – сразу сказала Даша, – у меня занятия с утра.
– Какие занятия? – опешил дядя Толя.
– В принципе, об этом я и хотела сегодня со всеми вами поговорить. Вижу я, коллектив у нас сложился дружный и надёжный. Надёжные же, а, дядя Толя? – тот кивнул головой в знак согласия. – Пашки нет, это его проблемы, два раза повторять не буду. Наверное, уже все поняли, что я далеко не простой человек, и дело вовсе не в моём характере, – дядя Толя опять кинул, а Алексей очень внимательно посмотрел на девушку, – у меня дар, очень многосторонний дар. Я даже сама ещё не знаю, что умею, а чего нет, потому что он у меня лезет со всех щелей и во всяких разных формах, поэтому я занимаюсь со всеми, кто мне может хоть чуточку помочь. Но, в принципе, это не самое главное сейчас, главное то, о чём я сейчас хочу вас попросить. Я, конечно, сначала погорячилась и начала бушевать, но и вы все, согласитесь, были неправы. Так вот, во избежание вот таких ситуаций впредь, очень вас прошу, пожалуйста, прежде чем что-то придумывать, прежде чем что-то начинать и затевать, спросите сначала у меня, нужно мне это или нет, удобно ли это и, вообще, есть ли у меня на это время. Это касается моего дома, двора и ближайшего моего окружения.
– Да ладно, Даш, ну ты чего? – начал миролюбиво дядя Толя.
– Нет, не подумайте, я не ругаюсь, просто я уже сама себе напоминаю постоянно дёргающуюся марионетку. Вы все меня задергали. А я хочу спокойно учиться, работать с нуждающимися, общаться с дорогими мне людьми, а вместо этого я всё время выкручиваюсь из ситуаций, подсунутых мне другими.
– Как, например, сегодня, – продолжил Алексей, – дядь, ты хоть в курсе, что эта звезда сегодня с утречка успела спасти жизнь двум людям, вставить нам всем пистон, найти мой телефон, плотно поучаствовать в ремонте собственного душа и к вечеру ещё нам и лекцию прочитать на тему: «Что такое хорошо и как с ним бороться». Согласись, это ненормальная нагрузка для молоденькой девчушки.
– Ого, – присвистнул дядя.
– Ну, это ещё не всё, – смущенно почесала кончик носа девушка, – ещё прибавьте к этому: выучила все травы Дальнего востока.
– Ох, нихрена себе, – охнул дядя Толя.
– Да, я такая, – улыбнулась Даша, – так что завтра с рассветом я встану и пойду изучать деревья того же региона. Примерно к десяти вернусь, а вы рассчитывайте силы, что можете сделать с утра без меня.
– Ну, так… – начал перечислять дядя Толя всё, что можно было сделать без волшебной силы.
За разговорами все не заметили, как пролетело время. Поздно вечером, когда поужинали, и гости собирались расходиться по домам, Даше позвонил Пашка:
– Даш, выручай, у нас ничего не получается.
– Что у вас не получается? – у Даши ёкнуло в груди.
– Да, понимаешь ли… Мы тут с Таней огромный торт соорудили, а поднять его и донести до вас не получается.
– Тьфу, охламон, – ругнулась в сердцах Даша, – сейчас приду.
На улице было уже совсем темно, поэтому Алексей, не смотря на сопротивление девушки, без сопровождения её не отпустил. Возможно, если бы она пошла одна, то такой реакции не было, но, когда они оба зашли на кухню к Тане и увидели огромный, килограмм на десять торт, украшенный всем подряд, переглянулись и расхохотались. Смеялись они очень долго, настолько долго, что мама уже заволновалась и позвонила дочери:
– Даша, ну, что там у вас?
– Мам, у нас тут розовый слон.
– Что значит розовый слон? – раздраженно спросила мама.
Даша для наглядности поставила Лёшу рядом с тортом, сфотографировала их и отправила маме фотографию.
– О господи, кто же это будет жрать? – только и смогла выговорить женщина, на заднем плане был слышен гогот дяди Толи.
– Паш, ты когда делал вот это феерическое великолепие, о чём думал, о нашем коте Ваське? Мама права, кто это будет жрать? Даже если мы по всей деревне разнесём по хорошему куску, у нас ещё половина останется.
– М-да, – задумчиво сказал Алексей, – и дизайн у тебя как-то не очень удался.
Дизайн у торта был действительно очень странный, основной цвет его был красно-сине-зелёный, причём цвета эти не распределялись по коржам, а шли сплошной массой по всему диаметру торта. В зависимости от цвета, и украшения были разными. Там, где был красный цвет, торт был украшен красивыми красными розами из масла, там, где был синий цвет, угадывались силуэты машинок, одна даже была похожа на Пашкин УАЗик, а там, где был зелёный цвет, всё сплошняком было заляпано зефирными погонами старшего лейтенанта.
– Ребята, при всём уважении к вам, даже я вам не смогу помочь. Это выше моих сил, – честно призналась девушка, – но я могу сгонять домой и спросить, как бабушка заколдовала свою кладовую, чтобы там всегда было холодно, и устроить вам такой холодильник.
– Неча бегать, – услышала девушка у себя за спиной, – мы и сам с усам. Чай, не тупее паровоза. Ты, Танюшка, иди в гости-то, мы и сами управимся.
– О господи, что это? – заорал Пашка и начал креститься.
