— Прекрасно, — я выдавила из себя улыбку, всем видом показывая, что это не так.
— К тебе приходил лекарь. Это хорошо.
— Ты поменял мою комнату, — перебила я его. — Думаешь, я в восторге?
— Нет. И это к лучшему. Ты же как бедная девушка будешь вызывать жалость. Сама подумай — злобный король посадил тебя в каморку.
— Погоди. То есть ты это сделал специально, чтобы меня пожалели? — удивилась я. — А то, что я после парочки таких ночей буду очень злая на весь мир тебя не смущает?
Итак, из меня делают некий вариант Золушки. Только вместо сестер и мачехи — огнедышащий дракон и трое котиков.
— Ты бы хоть иногда посвящал меня в свои планы.
Так и представляю, как это звучит для другого:
"Вчерадракон кормил меня рябчиками с ананасом и фуагра, а сегодня я на чечевице, и меня вообще выставили."
— А зачем? Я сначала планирую, проверяю и если работает, то сообщаю. Вот сегодня решил сообщить о своих планах. И вообще могла бы догадаться, что я делаю это не просто так.
— Мог бы просто сказать, Катя переедь в другую комнату, а то здесь принцессе надо покои получше. Есть же разница?
— Ну все только не начинай, — Верджил махнул рукой. — Я и так много делаю ради тебя. Мы же ведь друзья. Кто тебя бы так еще пустил в замок, а не отправил обратно в свою страну? Кстати, странно, что твои родители не ищут тебя.
— Меня изгнали, — ответила я грустно, но тут же переключилась. — То есть я бедная родственница. Мне по каким правилам вообще играть? — спросила я.
— Здесь нет никаких правил, — поморщился Верджил, и устремил свой взгляд в окно. — Будь собой, насколько это вообще возможно.
— Я и так всегда такая, — я поднялась.
— Ну да, ну да, — ответил едва слышно он. — Села на шею доброму дракону.
Последнее он сказал уже громко.
А я усмехнулась. Да неважно, где я сплю. Главное, что у нас все хорошо, и что моя сумка со мной.
Город был не особо готов к посещению таких знатных гостей. Мне же наш визит в центр больше напоминал школьников на экскурсии. Только вместо школьного автобуса — кареты, а вместо учителей — стражники. Я думала, мы обойдемся только Верджиловской стражей, но каждая принцесса взяла своих охранников. Вот с Элизабет Эверенджели поехал только сероглазка. Сопровождал он карету на лошади.
— Дорогие дамы! — сказал Верджил. — Справа от вас гордость города и страны — гостиница. В нее заезжают многие постояльцы, и даже сейчас она заполнена так, что нет мест. Вторая наша гордость — библиотека-музей. Если будет желание, то мы туда обязательно сходим.
А мне хотелось расспросить сероглазку, почему он не сдал меня принцессе. Хотя так и представляю себе — подхожу к ней и говорю:
«А можно вашего охранника расспросить? Устроить ему допрос с пристрастием».
Да, звучит как-то не очень. Или подловить его, когда он будет один. Что тоже очень сомнительно.
Побыв еще немного в центре, Верджил направился к главной гордости города — набережной. Погода стояла теплая, только солнце уже начало припекать.
Девушки разбрелись кто куда — одни пошли к гавани, другие пошли вдоль набережной, а третьи к лоткам, где продавались различные сувениры.
— Госпожа Катерина! — услышала знакомый голос из пекарни.
Знакомая пекарша махала мне рукой.
— У меня булочки сегодня новые и свежие! — крикнула она.
— Я на минуточку, — сказала я и подошла к пекарне.
— Доброе утро, а что, вы сегодня с новым мужчиной гуляете и с подругами? — дружелюбно спросила она.
— Это король, — прошептала я, делая страшные глаза.
Улыбка померкла на ее лице. Она достала монетку, посмотрела на портрет, посмотрела на Верджила. Вроде в ее голове выгравированный образ совпал с реальным.
Если так посудить, то король практически не бывал в городе. А когда бывал, то его больше помнили в драконе.
— Только не говорите ему, — затараторила она.
— Я не буду, — заверила ее. — Дайте мне…
И я подвисла. Вот нас двадцать девушек и стражники. На всех надо булочек купить. Но я уверена, что будет так: кто-то скажет, что на диете, кто-то скажет, что с радостью съест, а кто-то даже еще захочет.
— Дайте штук сто, — обреченно выдохнула я.
Если съедят не все, то я доем. А потом буду худеть. Честно-честно.
Достала монетки из небольшого кошелька, прицепленного к поясу. Забрала два пакета с булочками и развернулась.
На меня смотрели так, будто я на город ядерную бомбу сбросила.
Верджил подошел ко мне.
— Ты зачем заплатила? — прошипел он сквозь зубы. Еще и нахмурился.
Ну прям большой и страшный дракон.
— Я заплатила за труд человека, — прошептала я.
— Королю положено все бесплатно.
— Королю положена совесть, — сказала я и подняла пакет перед ним. — Возьмите булочку с вишней. Они самые вкусные.
Верджил фыркнул. А я пошла угощать остальных. Что самое удивительное, все девочки взяли булочки. Некоторые и по две.
Элизабет Эверенджели взяла одну, а вот сероглазка только глянул в мешок. И посмотрел на меня.
— А есть с вишней? Они должны быть самыми вкусными, — сказал он.
— Подслушивать некрасиво, — ответила я и протянула ему булочку с вишней.
— Кого подслушивать? — недоуменно спросил он. — Многие вещи некрасиво делать.
А ведь он со своего места никак не мог слышать мой разговор с Верджилом.
Он принял от меня сдобу, а я почувствовала укол. Даже глянула на пальцы — нет ничего такого. Наверное, пора ткань платья менять. Все дело в статическом электричестве.
И в том, что сероглазке тоже нравится вишня.
Остальные девушки, подошедшие к нам, тоже съели не так много булочек. В итоге я их все сунула своему стражнику. Только чувствую, к концу экскурсии ничего не останется.
Следующим пунктом нашей экскурсии стала прогулка на огромном пароме вдоль набережной из одной части города в другую. Паром представлял собой огромную округлую посудину с небольшой каморкой у одного края.
Паромщик любезно принял нашу толпу, поглядывая, с кого стрясти золота. У меня еще немного осталось монет. Но тут уже Верджил вступил в свои обязанности.
— Я король Верджил, обязуюсь оплатить поездку на пароме, — подошел он к мужчине, который тут же встал по стойке смирно.
— Очень рад таким гостям! — ответил паромщик — полный мужчина в рубашке и легких штанах. — Прошу, прошу.
Он отцепил веревку, закрывающую трап.
А я ощутила легкую панику. Плавать-то я не умела. И вообще, одно дело сидеть на пирсе и болтать ногами в спокойной воде, а другое — выходить в ту самую воду. Я даже глянула, нет ли тут поблизости парней с оголенными торсами и в красных плавках с надписью «Спасатель». Но нет. Тут только стража. И у некоторых части металлических доспехов надеты. Если мы начнем тонуть, то сразу ясно, кто первым пойдет на дно.
— Идем? — спросил мой стражник, доедая очередную булочку.
А я сделала шаг на трап, пропустив до этого почти всех девушек. На удивление — Элизабет Эверенджели забралась самой первой. За ней тут же пошел Верджил. А вот мне интересно, а если ей не разрешат выйти замуж за Верджила, то на ком он женится?
Хотя он вряд ли женится.
В общем, переборов свой страх, я зашла на паром. Благо, хоть не укачивает. Сделаю себе пометку на будущее — научиться плавать.
Паром тронулся, а я вцепилась в поручни. Рядом послышалось чавканье.
— Оставь булочки. Может, еще кто-то будет, — сказала я стражнику, который потянул в рот очередную сдобу.
— Кто хотел, тот съел, тем более тут еще столько осталось, что вы всю нашу армию прокормите.
Я закатила глаза.
Город опоясал небольшую бухту. И там, куда мы плыли, находился красивый квартал, где жили самые зажиточные граждане. Очень красивое место, где на домах росли декоративные растения. И сами построения были аккуратными, красочными.
Паром двигался медленно, едва покачиваясь. Теплый ветерок лишь слегка подгонял его.
Девушки ходили, общались друг с другом и с королем, который уселся на скамью, расположенную посреди парома в небольшом проеме. Насколько я знаю, сверху еще можно натянуть специальную ткань, которая будет закрывать от солнца, но мы решили без нее. Если что, можно спрятаться в небольшой каморке на носу. Туда уже ушли несколько принцесс.
