— Тиана? Ты в порядке? — встревоженно позвал кромешник, разжимая хватку, разворачивая меня к себе и быстро ощупывая. Начал с шеи, явно проверяя пульс.
Я судорожно вдохнула, только теперь сообразив, что в какой-то момент задержала дыхание, и крепко вцепилась в чёрный китель. А потом всё-таки ответила севшим от испуга голосом:
— Да. То есть нет. То есть не в том смысле… Шмырь! — я снова глубоко, со всхлипом, вздохнула. — Я думала, такое только в приключенческих книжках бывает! Ловушка с копьями, с ума сойти... Что это за испытания такие для влюблённых?!
Кажется, истерические ноты в голосе звенели слишком отчётливо, чтобы их можно было не заметить. Тео крепко обнял меня, положил ладонь на затылок, прижимая голову к своему плечу. Выждал с минуту молча, пока я судорожно дышала, пытаясь успокоиться и взять себя в руки.
— Всё будет хорошо. Мы выберемся. Просто нужно быть внимательнее.
Он не ругался на меня за рассеянность, не предъявлял претензий, хотя об опасности предупреждал, и от этого стало ещё более стыдно.
— Прости, я задумалась и совершенно перестала смотреть под ноги, — повинилась тихо. — Постараюсь быть внимательнее. Пойдём.
Я отстранилась нехотя, но — решительно. Не хватало ещё из-за моих страхов и нервов тратить время. Стоило бы взять себя в руки и для начала рассмотреть тот камень, на который я наступила.
Оказалось, отличие его от соседних заметить можно было, но сложно и уж точно не на ходу: он имел немного другой цвет. Специально или нет, но это явно лучше, чем полное отсутствие каких-либо отличий. Правда, как этим воспользоваться — непонятно…
— На четвереньках ползти, что ли? — пробормотала я, рассеянно разглядывая плавающих вокруг стрекоз. — Жаль, нет магии, которая… Стоп! А ведь есть! Подожди минуточку, сейчас попробую сообразить!..
В КУМе я хорошо училась не только ради стипендии, которая давала приятное ощущение финансовой самостоятельности. Мне просто нравилось учиться. Без фанатизма, и прогуливать с друзьями занятия доводилось, но это чаще всего случалось с какими-то «побочными» предметами, вроде истории. Мы называли это «разумной ленью»: если исправно посещать важные занятия и выполнять задания, преподаватели относились гораздо лучше, материал усваивался сам собой и сессия не доставляла особых неудобств. А отличный уровень владения бытовыми чарами позволял здорово экономить время на уборке и прочих домашних делах, которые я тихо ненавидела. И как после этого можно не любить магию?!
Но даже я не могла бы предположить, в каких обстоятельствах мне пригодится заклинание для выведения пятен. Точнее, его распознающая часть.
Управилась я не то чтобы быстро, но могла провозиться дольше. А самое главное — результат! Заклинание тусклой искристой волной прокатилось по коридору, оседая бледной светящейся пылью на некоторых камнях на полу и на стенах, а ещё — окрашивая пятна разного размера и формы. Наверное, те самые ловушки. Особенно меня впечатлило место, где засиял участок потолка протяжённостью в пару метров. Не знаю, что оттуда должно было упасть, но проверять не захотелось.
— Ну что, кажется, сработало? — спросила задумчиво. — Теперь давай попробуем пройти.
Даже с учётом магического подспорья, это оказалось непросто. Заклинание сработало правильно, ни в какие ловушки мы больше не вляпались, но провести через этот лабиринт слепого кромешника — то ещё приключение.
Тео всё это время молчал. Хмурился, скрипел зубами, сжимал свободную руку в кулак и явно едва сдерживался от того, чтобы садануть по стене. Но терпел и слушался, перешагивая и обходя опасные камни. Я тоже не спешила заговаривать о постороннем: во-первых, чтобы и самой не отвлекаться, а во-вторых… Не нужно было иметь дар менталиста, чтобы понимать, насколько зол Хольт и на что именно он злился. Мне-то на его месте было бы тяжело, а что говорить про мужчину и воина? Не очень-то приятно оказаться беспомощным и зависимым от подозрительной девицы, будь она хоть трижды какой-то там свет.
Но шли, куда деваться. Я командовала и колдовала, Теодор — молчал и шагал, куда велели, но через некоторое время мне уже стало не до сочувствия. Состряпанное на скорую руку заклинание оказалось очень неаккуратным и затратным, а применить его пришлось несколько раз, пока этот коридор наконец кончился. Я уже начала бояться, что не хватит сил, когда очередная волна магии окрасила только пару камней поблизости.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Уф! Выбрались! — облегчённо выдохнула я, когда мы преодолели последнюю ловушку, вцепилась в китель кромешника и ткнулась лбом в грудь. — Во всяком случае, из первой неприятности...
— Как ты? — он одной рукой обнял меня, второй — нащупал мою ладонь, бережно сжал.
— То есть? Я рада, что мы выбрались, а что именно тебя волнует?
— Я не могу пользоваться магией, но чувствую. Ты потратила очень много сил.
— А, ты об этом… Да, ёмкое получилось заклинание. Но это ерунда, у меня ещё есть. Я вообще-то сильный маг, меня очень зазывали на боевой факультет, — вяло похвасталась я, не шевелясь и без зазрения совести наслаждаясь прикосновениями и близостью мужчины.
Чувствовала макушкой его дыхание, ощущала прикосновение ладоней — на спине, сквозь рубашку, и на моей руке. Большим пальцем Тео медленно и, кажется, машинально поглаживал мои пальцы, и это простое прикосновение напрочь лишало воли и желания шевелиться.
Шмырь! Ну почему у меня получается думать головой с трудом и не всегда, а вот терять её в самый неподходящий момент — легко?
Или уж стоит махнуть рукой на все эти подозрения, расслабиться и получить удовольствие? Всё равно изменить моё отношение к этому мужчине не получится. Если бы он ещё вёл себя как подлец и сволочь, тогда да, а он….
— А ты? Не любишь драться? — спросил он.
— Не люблю принудиловку, — я недовольно наморщила нос. — Вообще-то я довольно обязательный человек, но когда нужно выполнять приказы, не разобравшись досконально во всём происходящем, это не ко мне. А ты не жалеешь, что тебя заставили пойти в орден?
— Меня не заставляли, — возразил он. — Это доверие и большая честь. Кромешная не отмечает тех, кто не готов ей служить.
— Что, и никаких проблем не бывает? Все такие благородные и честные, соблюдают устав и вот это всё?
— Нет. Некоторые не справляются — с собой, с искушением. Испытание властью — тяжёлое испытание, — голос кромешника зазвучал глуше, словно вспомнилось что-то неприятное, и он поспешил свернуть разговор: — Пойдём?
— Угу. Хотела бы я знать, что в нас сейчас испытывают, кроме терпения, — я с тяжёлым вздохом отстранилась, взяла Теодора за руку и потянула за собой.
Далеко мы не ушли, одолели буквально десяток метров. Там, вскоре за резким поворотом коридора, обнаружилась лужа от стены до стены. Маслянисто-блестящая, чёрная, неподвижная, она отражала моих стрекоз, словно старое тёмное зеркало. Я ничего особенного в этой луже не видела и магии не чувствовала, но мысль о том, что очень хочется пить, поспешила отогнать. Вряд ли стоило пить это.
Теодор заговорил сразу же, как я остановилась:
— Что здесь?
— Ты начал видеть? — обрадовалась я.
— Нет. Чувствую, что-то не так.
— Лужа. Большая, чёрная, непрозрачная. А за ней… — я отправила стрекоз вперёд, и они бестолково заметались перед преградой. — Хм. А там тупик. Или проход под водой. Подозрительно это всё, не хочется в неё нырять… Может, вернёмся? — предложила нехотя. Моей магии на повторный проход коридора с ловушками уже не хватало, а пока она восстановится…
— Нет. Нельзя.
— Почему? — растерялась я. — А если мы просто неправильно свернули в самом начале?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мы выбрали дорогу, по ней надо пройти до конца. Тупика здесь быть не может.
— Значит, придётся нырять. Я не то чтобы хорошо плаваю, но тут, наверное, справлюсь, вряд ли тут далеко. И я могу сделать нам воздушные пузыри, чтобы не приходилось задерживать дыхание. Это не самое энергоёмкое заклинание, но…
— Подожди, — перебил меня Теодор. Подошёл, остановился точно перед лужей, опустился на корточки. Поводил над гладью ладонью, не касаясь, встал. Обернулся, напряжённо хмурясь. — Тиана, тебе придётся остаться здесь.
