Несколько секунд я боролась с собой, а потом плюнула на всё положила ладонь мужчине на живот.
Кромешник вздрогнул от прикосновения. Мышцы под моей ладонью напряглись, Тео плавным движением сел. Моя ладонь сама собой скользнула вбок и вверх, под рубашку. Вторая рука присоединилась к первой без участия разума, а взгляд метнулся к губам.
А может, Кромешная посмотрит куда-нибудь в другую сторону?..
Однако у Тео сила воли оказалась явно крепче моей. Одной рукой он обнял меня за талию, второй — поймал подбородок, неуловимо мазнул большим пальцем по горящим от недавнего поцелуя губам и приподнял лицо, ловя взгляд.
— Пойдём, — проговорил тихо, чуть севшим голосом, который отозвался у меня внутри волной приятного жара и слабой дрожью по спине. — Не стоит испытывать терпение Кромешной дальше.
— Угу, — заторможенно протянула я, не шевелясь. Потом облизала сухие губы и… не удержалась.
На поцелуй Тео ответил, но на провокацию не поддался, вместо этого просто встал сам, придерживая меня под бёдра. Не знаю, на что рассчитывал, но лично меня всё устроило. Вместо того, чтобы встать на ноги, я этими самыми ногами обвила его талию.
— Тиана!.. — выдохнул — почти простонал — он мне в губы, всё же прервав поцелуй. — Пойдём, я провожу тебя до домика. Тебе нужно отдохнуть и выспаться, а завтра…
Что именно завтра — он, кажется, не придумал. А я всё же заставила себя сползти вниз, встать на собственные подрагивающие ноги и нехотя пробормотала:
— Пойдём.
Желание продолжало горячить кровь и туманить голову, но я постаралась не осложнять мужчине жизнь и не провоцировать его прямо сейчас. Когда Тео выпустил меня из объятий, взял за руку и потянул прочь из храма, сладкий туман в голове наконец рассеялся достаточно для того, чтобы задать себе простой вопрос: а что мешает нам продолжить, перебравшись в более удобное для этого место?
Эту мысль я думала всю обратную дорогу, пытаясь определиться, чего я хочу больше — изобразить приличную женщину, которая не прыгает в постель к мужчине в первый вечер знакомства, или всё же прыгнуть.
Хорошо, что по дороге к преподавательским домикам нам никто не встретился: представляю, что о нас могли подумать! Мне было лень поправлять рубашку и растрёпанную Теодором причёску, кромешник — вообще, кажется, не задумался, в каком он виде. Тут требовалось проявить недюжинную фантазию, чтобы подумать о нас что-нибудь приличное.
Тео в молчании довёл меня до самых дверей домика, выпустил руку.
— До завтра, — улыбнулся он.
— До завтра, — согласилась я, всё ещё не решив и не решившись.
Но не воспользоваться возможностью показалось глупым: Теодор стоял на ступеньку ниже, и как тут удержаться, когда не нужно никуда тянуться и тянуть? Я обхватила ладонями его лицо, коснулась губами губ — легко, ласково, уже почти убедив себя, что более близкое знакомство следует отложить на потом.
Вот только Тео на такое не согласился. Его ладонь накрыла мой затылок, поцелуй вышел жадным, лихорадочным, и желание вспыхнуло мгновенно и ярко, словно на раскалённые угли плеснули спирта.
Дверь в домик я открывала на ощупь. Или не я, а кромешник? Да какая разница, в самом деле!
Какая разница, почему мы встретились? Какая разница, что знакомы всего ничего? И какая, в конце концов, разница, сколько, чего, когда и у кого было в прошлом, если настоящее — вот оно, рядом, целует жадно, и одним взглядом ласкает так, что кружится голова и прерывается дыхание?
Настоящее… Шмырь меня покусай, кого я обманываю? Будущее. Потому что я тоже его не отпущу. Да, я совсем не знаю, какой он, но чувствую — именно такой, какой нужно. И до чего же глупо было сочинять все эти нелепицы про зловещие ритуалы! Хорошо ещё, я никому не успела высказать свои подозрения. Надо будет извиниться за них перед Кромешной и поблагодарить.
Потом. Когда-нибудь позже, когда я найду в себе силы существовать на расстоянии хотя бы нескольких метров от этого мужчины...
Теодор
— Магмобиль?.. — растерянно пробормотала Тиана, стоя в метре от блестящего чуда техномагической мысли, пока Теодор грузил в багажник их немногочисленные вещи. — Когда ты просил доверить решение транспортного вопроса тебе, ты вот его имел в виду? Магмобиль?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Только не говори, что маг воздуха боится летать, — улыбнулся Тео, распахнул переднюю пассажирскую дверь и выжидательно посмотрел на спутницу.
Та очнулась, неуверенно подошла и, не спеша садиться, перевела взгляд с транспорта на кромешника, потом обратно, потом озадаченно нахмурилась.
— Он чёрный.
— И что? — искренне удивился Хольт.
— То есть он твой?
— Не знаю, как это связано, но — да, мой. Что-то не так?
— Погоди, это надо осмыслить. — Тиана тряхнула головой и с подозрением уставилась на некроманта. — Чего ещё я о тебе не знаю?
— Ты спрашиваешь это у меня? — Теодор вопросительно приподнял брови. — Садись, всё это можно обсудить по дороге.
— А, ну да. Извини, — она встряхнулась и всё-таки забралась в салон автомобиля, потерянно оглядываясь и ощупывая внутреннюю отделку.
Тео уверенно поднял машину в воздух и взял нужный курс. Тиана с ошеломлённым видом наблюдала за его уверенными движениями и помалкивала. А это, как за две недели их знакомства успел выучить Теодор, было весьма редкое состояние — когда рыжая латорийка не могла найти слов. Потому что болтала она почти всегда.
Хольт довольно быстро научился мириться с этой чертой своей избранницы. Он выучил, что особенно болтливой Тиана становится в моменты волнения или при желании отвлечь от чего-то собеседника, и в такой ситуации было достаточно просто пропускать мимо ушей всё то, что она говорила, и воспринимать речь как лёгкую ненавязчивую музыку. Стоило сделать для себя такой вывод, и жизнь сразу наладилась, а голова перестала болеть от попыток успеть за торопливой речью бойкой журналистки. Тео находил её голос приятным, звук его совсем не раздражал, наоборот, успокаивал. Кроме того, чем больше болтала она, тем меньше слов требовалось от него, и это тоже радовало.
Если Тиану совсем заносило, прекрасно работал предложенный ещё Крэгом вариант, отлично зарекомендовавший себя за минувшие дни. На поцелуй она отвлекалась почти мгновенно, переключалась и, когда кто-то из двоих находил в себе силы прервать приятное занятие, в половине случаев вообще забывала, о чём только что болтала. А в другой половине — умудрялась пятиминутный монолог уместить в пару фраз по существу.
Ну а третья часть разговоров Теодору просто нравилась. Когда обсуждали какой-то важный или интересный обоим вопрос, разговаривать с Тианой ему было удивительно легко. Да с ней вообще всё было легко, и, оглядываясь назад, некромант не мог понять, а как он вообще умудрялся жить без неё?
— Почему тебя так удивил магмобиль? — первым не выдержал он.
— Ну… это же целое состояние! — пробормотала она смущённо. — То есть я не хочу сказать, что считаю, будто…
— Мне казалось, это общеизвестный факт, разве нет? — на этот раз Тео, уловив хорошо знакомые ноты в самом начале, предпочёл пресечь пустую болтовню сразу. — Орден Кромешной Тьмы — одна из основ благополучия Давелии, и та делает всё возможное, чтобы её верные воины ни в чём не нуждались.
— Нет, ну я слышала что-то такое, просто как-то оно в памяти не отпечаталось, — призналась Тиана. — Погоди, но мне там ещё попадалось, что все кромешники — аристократы, а ты…
— Те, кто не аристократы по рождению, получают титул лорда со всеми сопутствующими правами и обязанностями.
— И ты тоже лорд. Шмырь!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это плохо? — не понял её реакции Тео.
— Понятия не имею! Мне сложно пытаться распространить на тебя прежний опыт общения с аристократами, ты совсем на них не похож, хвала богам. Но тогда я окончательно перестала понимать, как ты до сих пор умудрялся так ловко избегать женского внимания, — нервно хмыкнула она. Потом встряхнулась и сурово нахмурилась: — Но это ничего не меняет!
