Читаем без скачивания По моей могиле кто-то ходил - Фредерик Дар

Щелкнув пальцами, он медленно отнял руку от ее лица.

– Знаешь, в некоторых старых фильмах скачет картинка. Смотришь, как герой начинает какой-нибудь жест и вдруг – оп! – жест внезапно закончен, а самого движения ты так и не видел. Ты здесь постарела за пять лет!

Он стукнул себя по лбу.

– Ты постарела на пять лет за долю секунды. Понимаешь?

Слезы навернулись на глаза Лизы. Она пыталась сдержать их, но ведь невозможно сдержать слезы.

– Да, Франк, – прошептала она, – я понимаю.

– Я ведь тоже страшно изменился, не так ли?

– Да нет же, – запротестовала она.

– Да, да, – уперся беглец. – Целый год я не смотрел на себя в зеркало. Я даже брился, закрыв глаза. Честное слово!

Он засмеялся.

– Здорово же я мог порезаться! А потом, в один прекрасный день, я снова открыл глаза и увидел в зеркале над умывальником странного типа. Странного типа, – грустно повторил Франк.

Он подошел к умолкнувшему бильярду. Фредди только что проиграл партию, и аппарат отключился. Франк вхолостую включил флипперы. Маленькие крылышки бессмысленно забились. На счетчике была изображена группа герлз, высоко задирающих одну ножку.

– Видал их тевтонские телеса? – прыскнул Фредди, показывая на счетчик большим пальцем. – Ну и окорока же у них! Скажи!

– Это – женщины, – ответил ему Франк.

Фредди не осмелился улыбнуться.

Гесслер и Лиза в полной растерянности переглянулись. Радио продолжало работать. Передавали тихую музыку, заставлявшую почему-то думать о птицах, летящих по голубому небу. Музыка внезапно прервалась, и раздался голос диктора. Первым насторожился Варнер. Подойдя к радиоприемнику, он прищелкнул языком, привлекая внимание окружающих. Все сгрудились у радио.

– Это новости? – спросил Паоло.

Лиза утвердительно кивнула.

– Ах! Вот как!

Диктор рассказывал о визите посла Польши к канцлеру.

Франк обнял Лизу за талию.

Диктор сменил тон, но можно было догадаться, что говорит он о вещах серьезных.

– О чем он? – спросил Франк.

– На спуске с крутой улицы у грузовика отказали тормоза. Он въехал в витрину часового магазина. Продавец и покупательница погибли...

Франк поморщился. Паоло посмотрел на него.

– Во Франции твой побег наделал бы больше шума, – заявил он. – О нем рассказывали бы до дорожных происшествий...

Яростным жестом Баум приказал им замолчать, Паоло скорчил ему гримасу. Диктор продолжал вещать, голос его стал более оживленным.

– Ну что? – спросил Франк. – Где перевод?

– Мне кажется, что он говорит о каком-то слоне, – сказала Лиза.

– Все правильно, – подтвердил Гесслер. – В гамбургском зоопарке умер слон.

– Бедное животное! – с выражением бесконечной грусти на лице вздохнул Паоло.

– И ничего о нас? – спросил Франк.

Снова зазвучала музыка.

– Действительно, ни единого слова, – удивилась Лиза. – Что это означает?

Вопрос был адресован Гесслеру. Адвокат на мгновение задумался.

– Полиция, без сомнения, хочет сохранить новость в тайне, – предположил он. – Другого объяснения я не вижу.

Он повернулся к Франку, но тот направился в глубь комнаты, сделав знак Паоло следовать за ним. Положив руку на плечо маленькому человечку, он что-то говорил ему на ухо. Лиза и Гесслер не понимали, о чем они шепчутся. Паоло утвердительно кивал, при этом лицо его было абсолютно непроницаемым. Затем он снял с гвоздя свое пальто и вышел.

– Куда он отправился? – спросила Лиза.

Франк сделал туманный жест, который вышел совершенно неприличным.

– У вас найдется еще один пфенниг, уважаемый мэтр? – спросил он.

Гесслер достал новую монетку и, повинуясь знаку Франка, бросил ему. Схватив ее, Франк вернулся к бильярду. Фредди питал смутную надежду, что Франк отдаст монетку ему, но тот отодвинул парня и принялся играть сам. Поставив шарик на исходную позицию, он потянул на себя пусковой рычажок. Огорченный Фредди отошел от стола, сунув руки в карманы, и подошел к Гесслеру. Адвокат безразлично взглянул на него.

– А корабль-то большой? – спросил Фредди.

– Достаточно большой, места хватит всем четверым.

Этот ответ привел Фредди на какое-то мгновение в замешательство: он не привык к остроумию.

Фредди хотел было отойти, но это слишком походило бы на бегство.

– А Дания хорошая страна? – продолжал настаивать он с высокомерным видом.

Гесслер продолжал играть с ключами от машины.

– На мой вкус, не идет ни в какое сравнение с Италией.

Этого Фредди уже не мог вынести. Обескураженный, молодой человек отправился порыться в куче ящиков.

– Что в них? – спросил он присутствующих.

Поскольку ни один человек не ответил ему, он принялся яростно бить каблуком по крышке одного из ящиков.

Франк закончил партию со смешным счетом. Ему удалось закатить пять стальных шариков в минимальное количество лунок.

– У вас найдется еще одна монетка, месье Гесслер? – спросил он. – Я отдам вам.

Не говоря ни слова, Гесслер подошел к нему. С трудом найдя еще один пфенниг, он отдал его Франку и сказал:

– Это – последний.

– Знаете, о чем я думаю? – спросил его Франк.

Гесслер ожидал продолжения. Пожав плечами, Франк заявил:

– О слоне.

– Каком слоне? – спросила подошедшая Лиза.

– О том, который умер в зоопарке. Наверное, могила слона – это нечто.

Отдавшись партии в бильярд с большим усердием, на этот раз Франк достиг вполне удовлетворительных результатов.

– А знаешь, Лиза, этот бильярд возвращает меня в Париж.

– Так лучше, Франк.

Боже! Каким же долгим было это ожидание. По ее мнению, оно было таким же тягостным, как и то, когда она ждала появления Франка после побега.

Молодой человек пробормотал:

– Там я никогда не играл. Мне это казалось ужасно глупым занятием.

Запуская последний шарик, он на секунду задумался.

– А в Германии существует Национальная лотерея, месье Гесслер?

– Да, – ответил Гесслер, – существует.

– А вам случалось покупать их билеты?

– Случалось.

– А мне – никогда. Я ненавижу случай. Случай – это маленький негодяй, он заставляет проигрывать целый мир. Да и потом, сам билет выглядит так уродливо, со всеми этими цифрами!

Фредди удалось открыть ящик. Он резвился, как мальчишка, которого запустили в магазин игрушек, а он никак не может насытить свою страсть.

– Эй! – закричал он, – взгляните-ка, парни!

Он размахивал белым телефонным аппаратом. Игрушка завораживала его.

– Айн, цвай, драй! – крикнул Фредди, бросая телефон Варнеру.

Тот поймал его на лету и поставил на пол.

– Извините меня, – продолжал Фредди, – мне звонят по другой линии.

Схватив новый аппарат, он бросил его Бауму. Тот не поймал его, и корпус телефона разбился о железную опору, поддерживающую крышу склада. Фредди охватило какое-то безумное веселье. Он вытаскивал из ящика телефонные аппараты и разбрасывал их вокруг себя, истерично взвизгивая.

– Кончишь ли ты, наконец, свое идиотство! – рявкнул внезапно Франк.

Этот окрик прекратил бред Фредди.

– Ладно, чего уж там, – начал он извиняющимся тоном, – надо же как-то провести время, пока не пришла эта посудина. Нет, что ли?

Франк яростно покрутил пальцем у виска.

– Ты совсем не изменился, – сказал он. – У тебя по-прежнему под крышей тараканы водятся!

На внешней лестнице появился Паоло. Под его легким шагом ржавые ступени запели. Быстро войдя, он ногой захлопнул дверь. По его лисьему лицу текли капли дождя. Выглядел он мрачно и замкнуто. Подойдя к Франку, Паоло принялся нашептывать ему что-то на ухо. Тот слушал, не глядя ни на него, ни на присутствующих. Когда человечек смолк, губы беглеца исказились в улыбке.

– Что это за телефоны? – спросил Паоло, оглядывая кучу телефонов на полу.

– Это на экспорт, – пояснил Фредди. – Если хочешь приобрести одну штучку – самое время. Они прочные, ведь немцы громко разговаривают!

Отойдя от бильярда, Франк принялся мерить широкими шагами комнату. Лиза не спускала с него глаз. Она встревоженно соображала, что же Паоло мог сказать Франку. "Наверное, – подумала она, – что-то серьезное".

Комиссар резко бросил телефонную трубку и, нахмурив брови, оглядел своих инспекторов. Он был толстым блондином с бледным незапоминающимся лицом.

– Когда фургон выезжал из тюрьмы, у него не было никакого сопровождения, – сказал он. – В этом деле есть что-то темное.

– Что будем делать? – спросил инспектор, побывавший в туннеле по поводу брошенных мотоциклов.

– Директор Альтонской тюрьмы звонит своему коллеге в Люнбургскую тюрьму, чтобы выяснить, привезли ли заключенного.

Комиссар взглянул на мраморные часы, стоявшие на его столе.

– Фургон выехал из тюрьмы около шести часов и уже должен был прибыть на место.

Он достал из стоявшего перед ним ящичка громадную сигару, маленьким хромированным ножичкам отрезал ее острую часть и с тщательностью хирурга ввернул в сигару половину спички.