Проблема № 3: пытаясь изменить только свое поведение, мы отрицаем власть распятия
«Бихейвиористский» подход наносит оскорбление искупительной власти Господа, желающего исцелить нас, поскольку предусматривает, что вся ответственность за изменения возлагается на плечи самого человека, то есть человек якобы властен сам их произвести. Предполагается, что человек сам, своими силами может изменить свое эгоистичное, похотливое, исполненное ненависти сердце (см. главу «Верование № 10»).
Попытка изменить поведение в надежде изменить тем самым свое сердце поощряет гордыню и иллюзию всемогущества, самодостаточности, которой Бог не требуется. Вместо Бога мы видим на небесах слабосильного божка, пассивно желающего нам блага, со стороны наблюдающего за нашей борьбой и страданиями.
Но ведь это не так: Бог — источник и цель нашего спасения. «Ибо все из Него, Им и к Нему» (Римлянам 11:36). Он направляет наш рост и эмоциональное исцеление, дает нам ресурсы для него.
Человек, предполагающий, что, изменив свое поведение, он возрастет эмоционально и духовно, на самом деле впадает в идолопоклонство, обожествляя человеческую природу. В Колоссянам 2:23 это именуется «поклонением воле», то есть верой в нашу силу воли, в нашу способность самим освятить себя. Человек забывает о смирении и своей зависимости от Бога и церкви, отворачивается от своей слабости, неуверенности, ошибок и утверждает врожденную способность человека самому сделать в любой ситуации выбор в пользу зрелости — способность, которую мы утратили в момент грехопадения.
Так как же нам вести себя?
Поскольку, изменив свое поведение, мы не добьемся долговечных изменений в душе, следует ли из этого, что надо просто «предоставить все Богу» и стать пассивным наблюдателем процесса своего духовного исцеления? Должны ли мы «сидеть спокойно», пока Бог приводит в порядок наши души?
Подобный ответ ничуть не лучше «бихейвиористского» подхода. Бог придает большую цену личной ответственности, той роли, которую играет в процессе исцеления сам человек. Мы должны «со страхом и трепетом приступить к своему спасению» (см. Филиппийцам 2:12).
Помните, что Господь желает помочь вам развить высокое чувство ответственности за свою жизнь, хочет, чтобы вы сделались вполне взрослыми. Ребенок нуждается в указаниях старших, но эмоциональная и духовная зрелость предполагает способность самому руководить своими чувствами, мыслями и поступками.
Что же нам делать? Если мы признаем обе истины — что наши поступки являются симптомами, указывающими на наше духовное состояние, но не порождающими его, и что мы ответственны за свое исцеление, — как же нам помочь себе, не замещая при этом Бога?
Библия дает нам ответ: вместо того чтобы пытаться исправить симптомы, мы должны приложить все усилия к тому, чтобы найти хорошие элементы для своего питания. Дерево дает плоды, будучи посажено в хорошую почву. Так и мы принесем добрые плоды, открывшись целительной силе Бога.
Единственный вид поведения, который способствует нашему эмоциональному и духовному росту, — это искать себе добрую почву, то есть Бога и Его народ. Но даже это поведение становится результатом той работы, которую совершает в нас Бог: «Никто не может придти ко Мне, если не привлечет его Отец, пославший Меня» (Иоанна 6:44). Нам нелегко смириться с тем, что сами мы бессильны изменить свое поведение. Требуется огромное смирение, чтобы открыть свои ошибки, стыд и боль надежным людям, тем, которые откликнутся, сблизятся с нами, даруют нам утешение, полученное ими самими (см. 2 Коринфянам 1:3–4).
Алкоголик, пытающийся усилием воли бросить пить, зря тратит время. Гораздо лучше было бы применить то же усилие для того, чтобы явиться на очередное собрание группы поддержки. Человек, страдающий от депрессии и старающийся «позитивно вести себя», застревает в замкнутом круге отчаяния. Ему нужно найти обитель милости и истины, где усталое сердце обретет исцеление. Вместо того чтобы использовать свои поступки как средство прийти к любви и ответственности, не обращая при этом внимания на тайные раны, нам следует совершать те поступки, которые и впрямь могут поспособствовать переменам.
Наши поступки могут сбивать нас с толку
Даже позитивные сдвиги в поведении на самом деле могут быть тревожным сигналом, а негативные поступки бывают порой симптомом роста. Признаком роста иногда может служить и отсутствие перемен.
«Спринтер» — кратковременный «выброс «хорошего поведения, вызванный возмущением
На первом нашем сеансе Фрэнк сидел, подавшись вперед, всем своим видом выражая готовность к сотрудничеству. Трудно было поверить, что человек, которому жена запретила возвращаться домой, пока он не начнет лечиться, так жаждет получить помощь. Тяжело было представить себе, что человек со столь длинным «послужным списком», где значились приступы ярости, проблемы на работе и хронические опоздания, до такой степени желает исцелиться. Однако Фрэнк производил подобное впечатление.
— Изложите мне всю программу, док, — попросил он меня. — Буду делать все, что вы скажете.
— Хорошо, — ответил я. — Это не так уж сложно. Вот ваша программа: возражайте мне, восставайте против всего, что бы я вам ни предложил.
Повисла долгая пауза.
— Зачем это? — спросил Фрэнк наконец.
— Чтобы вы наконец прекратили лгать, — разъяснил я ему. — История вашей болезни показывает, что вы не решаетесь возражать людям, пока не почувствуете себя припертым к стенке. Вы испытываете чрезмерную потребность в одобрении, но терпеть не можете идти на компромисс, чтобы заслужить это одобрение. Я предлагаю вам выяснить, кто же вы на самом деле.
К психотерапевту Фрэнк обращался отнюдь не в первый раз. Поначалу он представал перед врачом пациентом с высоким уровнем мотивации, его поведение заметно менялось к лучшему, и Фрэнк ставил это в заслугу своему терапевту. Однако вскоре без всякой видимой причины «ремиссия» заканчивалась, и он вновь терял работу, ввязывался в драку или просто прекращал курс лечения.
Эти «выбросы» позитивного поведения не были обусловлены духовным ростом Фрэнка — он попросту пытался задобрить «авторитетное лицо», вызывавшее у него страх и ненависть.
Обнаружилось, что еще в детстве Фрэнк научился таким же способом задабривать рассерженного отца, он старался угодить людям, а не Богу (см. Галатам 1:10). Его хорошее поведение никогда не закреплялось, поскольку стимулом для него служил страх разочаровать другого человека, а не благодарность за то, что он любим. Фрэнк жертвовал своими подлинными эмоциями, чтобы не навлечь на себя чей–нибудь гнев.
На первом сеансе Фрэнк ничего больше не говорил, зато на втором его прорвало: он начал рассказывать о том, как неприятно ему являться ко мне, как сердится он на свою жену за то, что воспринимает ее замечания как насилие над его личностью, как боится он, что другие люди будут контролировать его жизнь.
Первоначальные всплески хорошего поведения очень часто бывают вызваны страхом, но подлинный духовный рост не начнется при отсутствии любви, а любовь не совместима со страхом: «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение» (1 Иоанна 4:18). Фрэнк поступал правильно только для того, чтобы избежать мучения. В его сердце не было плодов любви.
Когда чем хуже — тем лучше
Есть и другая причина, по которой изменения в поведении нельзя принимать за однозначный симптом: иногда видимость регрессии оказывается, напротив, добрым знаком. Например, Фрэнку пришлось пройти через период, когда общение с ним оказалось более трудным для окружающих, чем ранее. Иные христиане сочли бы, что Фрэнк опустился еще ниже и требуется обличить его грехи. Но на самом деле он занимался тем, что приводил внешность чаши в соответствие с ее внутренностью (см. Матфея 23:25–27), выплескивая наружу те травмы, те конфликты, от которых он страдал все эти годы. По мере того как Фрэнк начал воспринимать любовь других и ощущать границы, он сумел взять под контроль свое поведение.
Духовные и эмоциональные травмы и дефицит в этой области часто скрываются в наших сердцах, вдали от отношений, исполненных милости Божьей и народа Божьего. Когда болезненные и негативные эмоции и воспоминания начинают прорываться в отношениях, это иногда означает, что человек впервые за многие годы выплескивает свои истинные ощущения.
Одни начинают выражать свой гнев, другие оплакивают потери, третьи впервые в жизни признают свою зависимость. Такие эмоции могут быть болезненными как для испытывающего их человека, так и для тех, кто его окружает. Но свободное выражение эмоций означает, что Бог возвращает в отношения все, что страдало в изоляции.
Иллюстрацией может послужить притча о блудном сыне и его благовоспитанном брате. Младший растратил наследство в буйных похождениях, почувствовал себя опустошенным и понял, что нуждается в помощи. Старший «хороший» брат преисполнился ревности и пожаловался отцу: «Вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего; но ты никогда не дал мне и козленка» (Луки 15:29).
