Сучка глумится надо мной, чувствуя свое превосходство?
— Смелая! — с некоторой долей восхищения тянет Наташа. — Учись, Лика, как себя подавать надо!
Злюсь так, что перед глазами красный туман клубится.
Стерва! Бл*дища! Я ей устрою!
Запал разгорается, и теперь норовит разнести все вокруг.
"Завтра в кофейне "Мак", в четыре", — не думая ни о чем набираю.
"Без проблем", — принимает вызов Валера.
Вот так и договариваемся.
Чувствую завтра, на трезвую голову я об этом пожалею, но сегодня, ощущение такое, будто, выигрываю битву грандиозную.
В честь будущей победы решили к настроению добавить шампанского. После чего остатки разума меня покидают, и я проваливаюсь в темное муторное беспамятство.
Глава 4
Сижу в кофейне. Причесанная, накрашенная, тщательно собранная, вся такая красивая, но при этом до тошноты ощущаю себя необыкновенной идиоткой. Невообразимо фантастической идиоткой.
Что я делаю? Зачем? Какого черта слушаю Наташку?
Тоже мне нашелся специалист по отношениям!
Да у нее самые долгий роман месяца три длился, после чего мужичок ретировался, не справившись с бурным потоком по имени Наталья Дмитриевна.
Вчерашняя пьяная удаль исчезла, будто ее и не было, и вместо бравой воительницы я опять превратилась в несчастную женщину, которой изменил благоверный. В потерянную и жалкую тётку, чей мир разрушился до основания.
Какие игры? Какая война с соперницей??? Единственное что мне хочется — это тишины и спокойствия! Уже с утра хотелось! Еще с утра! В обнимку с унитазом, громко и решительно пыталась отказаться от тупой задумки встретиться с Валерой, но Натаха опять смогла меня убедить, что так надо. Настояла, чтобы я себя привела в порядок, ибо красота — лучшая маска, за которой можно спрятаться от проблем. Проследила, чтобы я пришла в кафе раньше срока. Чтобы быть первой! Чтобы встречать врага на исследованной территории…
— Уверенность, Лика. Запомни! Твой главный козырь — это уверенность!
— Уверенности нет, следовательно, и козырей тоже, — ворчу под нос, когда подъезжаем к “Маку”.
— Блефуй, — кивает решительно Ната. — Главное снеси стерву с пьедестала, не опускаясь до дешевых разборок!
Легко сказать, но как это сделать в реальности — не представляю.
Захожу внутрь, гордо задрав нос к потолку. Занимаю столик, заказываю кофе и пирожное… Готовлюсь ждать, с каждой секундой все больше мечтая сбежать прочь.
Что если Натаха ошиблась в своих предположениях относительно этой мадам и поведения любовниц?
Колокольчик над дверью кафе тихо звякает, оповещая о появлении нового гостя. Волосы на затылке встают дыбом.
Она!
Стопудово она!
Цоканье тонких каблучков приближается к моему столику, но я не оборачиваюсь. Со стороны, конечно, можно подумать, что у меня выдержка невероятная, но на самом деле меня парализует. Руки, ноги наливаются свинцовой тяжестью, так что не поднять. Шея деревенеет, язык к нёбу прилипает, поэтому сижу, механически помешивая кофе в широкой кружке, и молюсь, чтобы в самый неподходящий момент не удариться в истерику и не начать реветь.
Ну, Наташа, ну погоди!
Все! Это был последний раз, когда я позволила себя втянуть в авантюру.
Валера… а в том, что это именно ОНА, не сомневаюсь, — бесцеремонно отодвигает стул и усаживается аккурат напротив меня.
Я продолжаю неторопливо помешивать содержимое кружки. Негнущимися пальцами откладываю ложечку в сторону, и только теперь набираюсь пороху, чтобы поднять взгляд.
Будто ледяная рука в живот вонзается и безжалостно скручивает кишки, доставляя жуткую боль.
Снова накатывают злость, обида, негодование, но я мужественно выдавливаю скупую улыбку, глядя на соперницу.
Блондинка, как я и думала. Укладка — волос к волосу.
Среднего роста. Фигуристая. Морда такая ухоженная, гладенькая. Изящные руки, тонкие пальцы украшены дорогими кольцами.
А смотрела стерва именно так, как и говорила Наташа. Снисходительно, с насмешкой, притаившейся в глубине больших, идеально накрашенных глаз. И все это смешано с пренебрежением, легкочитаемым в каждом жесте.
Наглая, самоуверенная, дерзкая, знающая, что заткнет меня за пояс.
Это бесит неимоверно! Выводит из себя… Не знаю, умею ли быть сукой, но ее по возможности врублю. Вот ещё, показывать дряни свою боль, ревность, обиду. Ни за что! Пусть думает, что у меня все хорошо. Было. Есть и будет!
Она тем временем жестом подзывает официанта, заказывает капучино и тирамису. Принцесса, мать твою.
— Неплохо. Думала хуже будет, — без единой эмоции и только спустя пару минут якобы удовлетворенно киваю.
— Я польщена, — сучка-Валера надменно выгибает идеально очерченную бровь.
Та еще стерва, судя по всему. И не боится ни капли. Наглая, самоуверенная. В глазах вызов и циничная насмешка.
— Это не лесть, а констатация факта. Было бы неприятно, если бы Стас позарился на какую-нибудь лахудру.
Боги, что несу? Можно подумать, мне, капец, как приятно от того, что его любовница — красивая, ухоженная, раскованная девица.
— Здорово, что мне удалось тебя порадовать, — Валера улыбается довольной коброй, демонстрируя белоснежные зубы.
Интересно, сколько раз Стас целовал эти пухлые губы?
Стоп, не думать о таком! Не сейчас. Этим можно заняться дома, в одиночестве, обливаясь слезами. Сейчас нужна холодная голова, трезвый расчет. Иначе свою роль не сыграю: роль жены, у которой все под контролем, даже внезапно объявившаяся любовница.
— Давай к делу. У меня нет времени вести с тобой светские беседы, — прохладной обливает Валера, рассматривая свой маникюр, — говори, что хотела, и расходимся.
Сучка, условия диктует!
Внутренне ощериваюсь еще больше, но внешне остаюсь спокойной:
— Отличная идея! — как можно равнодушней.
Ничего отличного, все х*рово!!!
— Знаю, что вы встречаетесь по средам…
— О, Шерлок Холмс напал на след? — стерва лениво постукивает коготками по столешнице. — Мне стоит бояться?
Валера явно издевается.
Маленькая, несчастная, преданная девочка внутри меня обиженно надувает губы и приготовится реветь, но ее уверенно теснит свирепая сука, подверженная влиянию Наташки.
— С чего бы это? — нарочитое недоумение. — Мне все равно, — бросаю, но голос
