Ясная ночь с полной луной. Первая группа погрузилась на паром. Буксируемый штурмовой лодкой, он заскользил от берега. Расчет скорости течения давал снос три километра. Нервное ожидание. И вот наконец паром возвратился.
Со второй группой в буксирующей лодке отправились капитан Фишер, его адъютант, обер-лейтенант Риссе и батальонный связист. Первым вопросом, который капитан Фишер задал водителю штурмовой лодки, был такой: «А вы найдете опять то место, где высадили первую группу?» В ответ он услышал: «Да, конечно, ясное дело, как же иначе?»
Но дело оказалось не таким ясным, и все получилось иначе. Вторая группа не нашла первого места высадки. Попробовали негромко позвать голосом. В ответ — тишина. Пришли к тому, что соорудили маячок, по которому можно было ориентироваться. Командир батальона и адъютант отправились на поиски первой группы. Теперь им стало ясно, в каком дрянном положении находился батальон: кругом мелкие бухточки, которые затрудняли ориентирование. И болото, кругом — болото. Густой кустарник и трясина. С точки зрения командования делать больше было нечего. Каждая группа должна была решать сама, как преодолеть эту местность. Наконец, первые вышли на ровный луг. Предрассветные сумерки как раз позволили даже собраться. У капитана Фишера был весь его батальон, правда, без тяжелого пехотного вооружения и противотанковых пушек. Была только пара станковых пулеметов, артиллерийский наблюдатель 13-й батареи пехотных орудий 60-го полка и мотоцикл с коляской и кавказским другом, Жоржем — вот и вся огневая мощь и подвижность. Как Жорж перетащил мотоцикл с коляской через болото, для всех осталось загадкой.
Тем временем подоспели данные разведки. Находящийся в двух километрах юго-западнее хутор Каракашев был занят противником. По всем дорогам — усиленное движение. Ничто не указывало на то, что батальон был замечен.
В 10.00 28 июля батальон пополз на Каракашев. Боевой порядок батальона был построен уступом назад, чтобы в случае необходимости охватить противника с флангов.
В пятистах метрах от населенного пункта капитан Фишер отдал приказ: «Батальон, стой! Всем залечь и не двигаться!» А сам на мотоцикле поехал с Жоржем в деревню.
Остановились. Навстречу — люди с озадаченными лицами. Жорж начал с ними разговаривать. Бесполезность всякого сопротивления для каждого красноармейца стала очевидна из намека капитана, что за ним стоит целый батальон. Свободный отход гарантировался, требовалось только сложить оружие. Гражданские разговаривали с красноармейцами, затем началось дикое бегство. В 11.00 3-й батальон 60-го мотопехотного полка захватил населенный пункт и большое количество оружия, в том числе и тяжелого, которое батальон использовал при дальнейшем наступлении на высоты южнее Веселого под командованием передового наблюдателя 13-й батареи 60-го мотопехотного полка.
За это время удалось также укрепить и плацдарм у поселка Свобода. До полудня 3-й батальон 156-го полка мелкими группами пробрался через маленький, еще свободный от воды перешеек юго-восточнее Свободы. 1-й батальон 156-го полка расширил плацдарм на запад и выбил противника из Малой Западенки. Во второй половине дня на южный берег Маныча вышел и 2-й батальон 156-го полка. Таким образом, были созданы условия для атаки на Веселый. Наступление 156-го мотопехотного полка развивалось в южном направлении. 4-я батарея 146-го артиллерийского полка была единственным подразделением дивизионной артиллерии на южном берегу. Командир батареи обер-лейтенант Хомпель управлял огнем всего 2-го дивизиона. Серия за серией точно ложились снаряды перед цепями наступавших гренадеров. Новые огневые налеты препятствовали любому передвижению противника. Бегущие группы и целые колонны накрывались артиллерийским огнем. Красный Кут был взят. В 17.00 началась атака 2-го батальона на Веселый. С первой штурмовой ротой в Веселый ворвался командир 156-го мотопехотного полка полковник Айзерман. В то же время начал атаку высот южнее этого населенного пункта 3-й батальон 60-го полка. Теперь можно было наводить мосты.
В ночь на 29 июля 165-й мотоциклетный батальон переправился в двух местах через реку и сосредоточился в поселке Веселый-юг. Второй батальон 156-го полка занял оставленные противником позиции на высотах южнее Прожикова.
Двадцать девятого июля с узкого батайского плацдарма началось мощное наступление. Группа дивизии СС «Викинг» и 13-я танковая дивизия наступали сначала в восточном направлении, а затем повернули на юг.
Утром этого дня из Веселого в южном направлении вышла 3-я рота 165-го мотоциклетного батальона. Наступая на Прожиков, рота вышла в район Хомутец, где она наткнулась на крупные силы противника и залегла.
Уже к вечеру 29 июля обозначился единый фронт немецкого наступления. В 20 километрах южнее Веселого 13-я танковая дивизия вышла в район Адрианова, Кузнецовки. А в 20 километрах еще южнее стояла группа «Викинг».
Около 0 часов 31 июля с большими трудностями наконец удалось навести мост. Это было большим достижением дивизионных саперов. Длина моста с удвоенным креплением через брешь в плотине составляла 92 метра. А указатель «Азия — Европа» говорил всем проходившим солдатам, куда лежит их путь.
Сразу же 16-я пехотная (моторизованная) дивизия начала перебрасывать на другой берег колесные транспортные средства. Танки можно было переправлять только на пароме.
Тридцать первого июля дивизия тремя группами начала преследование противника. Целью наступления был Сальск. Встречавшиеся многочисленные арьергарды противника уничтожались.
Первого августа 16-я пехотная (моторизованная) дивизия находилась под Михайловкой. Передовое охранение и боевые разведывательные дозоры 165-го мотоциклетного батальона мчались дальше и установили связь с 13-й танковой дивизией, находившейся в районе Гиганта, Сальска.
Двадцать третьего июля 3-я танковая дивизия, шедшая во главе 40-го танкового корпуса, вышла к реке Сал у Орловской и захватила неповрежденный мост. Был создан плацдарм, но прошло три дня, прежде чем дивизия подготовилась к дальнейшему наступлению, так как было необходимо отразить атаки противника между Доном и Салом.
Двадцать шестого июля в 4.00, как только войска противника начали отход, боевые группы фон Либенштайна и Вестхофена двинулись на юг. Это новое направление стало главным для 40-го танкового корпуса. В тот же день маршевые группы вышли в район Буденновской и Ганчукова. Западнее 16-я пехотная (моторизованная) дивизия устремилась к Манычу.
Двадцать девятого июля, когда 16-я пехотная (моторизованная) дивизия уже захватила плацдарм у Веселого, смогла продолжить наступление и 3-я танковая дивизия. Выдвижение задерживалось из-за нехватки горючего. Одна из боевых групп восточнее Пролетарской вышла в район Донской, Гудронов и перерезала железную дорогу на Сталинград. Несколько поездов ушли на восток, остальные были захвачены.
В 15.00 западная боевая группа стояла у Пролетарской. Городок атаковали пикирующие бомбардировщики. За рвущимися бомбами город атаковал 3-й мотопехотный полк подполковника Циммермана. Южнее города протекали два рукава Маныча, через которые были переброшены шоссейный и железнодорожный мосты. Между рукавами тянулась луговая пойма, которую пересекала плотина.
С наступавшим 3-м мотопехотным полком шел взвод «бранденбуржцев», перед которыми стояла задача с ходу захватить плотину. Захвату второй части плотины помешала бдительность советской охраны моста. Лейтенанту, командиру «бранденбуржцев», удалось захватить северное здание шлюзов и закрепиться в нем до прибытия подкреплений. Южная часть плотины непосредственно над южным рукавом Маныча была в двух местах взорвана советской охраной.
Генерал Брайт и его начальник штаба майор генерального штаба Помтов заблаговременно приняли решение форсировать реку в двух местах. Вторая переправа была намечена в 40 километрах северо-западнее у хутора Бургустинский.
Когда 3-й мотопехотный полк подполковника Циммермана стоял под Пролетарской, 2-я рота 3-го мотоциклетного батальона переправилась под Бургустинском через Маныч, имевший в этом месте ширину 1200 метров. К месту переправы подошел 2-й батальон 394-го мотопехотного полка. Переправилась 5-я рота, присоединившаяся к мотоциклистам. Был образован плацдарм. Вторая рота 3-го мотоциклетного батальона двинулась на юг, но в первой же деревне наткнулась на противника и вынуждена была отойти.
После того как не удался захват плотины южнее Пролетарской, командир дивизии решил укрепить плацдарм у Бургустинского и продолжить с него наступление на юг, устроив переправу у Манычстроя. Итак, артиллерии и саперным колоннам двигаться туда!
Тридцать первого июля плацдарм у Бургустинского был укреплен. Паромы доставили первые транспортные средства. Но все же, если говорить о переправе тяжелых транспортных средств, уровень воды быстро снижался. Груженые паромы шли, цепляясь за дно. Только теперь взрыв плотины у Спорного 27 июля дал себя знать. Вода из водохранилища ушла. В 40 километрах к северо-западу 16-я пехотная (моторизованная) дивизия в тот же день закончила переправу.
