Читаем без скачивания Одноклассницы на миллион $ - Мария Жукова-Гладкова

Зерковский неплохо владел английским, имел дальних родственников в США, его родной отец жил в Израиле со второй женой. Информацию о том, как взламывать компьютерные сети, Зерковский купил в самом конце 1993 года у профессионального взломщика – хакера всего за двести долларов. Сделал себе подарок к Новому году. Тогда Валерий гостил в США.

Хакерство приносило весьма солидный доход. Единственное, чего Валерий боялся, так это напрямую общаться с потенциальными покупателями. За него это делал бывший сосед по коммуналке Андрей Степанов. Организовали, так сказать, совместное предприятие.

Зерковский работал дома, периодически выезжая в разные фирмы и к частным лицам, выполняя конкретные заказы. Обычно Степанов сам заглядывал к нему после работы. Но несколько раз Зерковский все-таки побывал в офисе компаньона «Поларус». И однажды здорово не поладил с охранниками, стоявшими внизу…

Они договорились с Андреем, что Валерий сам привезет дискету. Хотели обсудить новый совместный проект с глазу на глаз. Андрей предупредил, что может немного задержаться: поедет с завода, куда пришла очередная цистерна.

Зерковский припарковал машину во дворе трехэтажного дома, в котором среди прочих располагалась компания «Поларус». В здании, насколько было известно Валерию, базировалось множество небольших фирмочек, не гнавшихся за престижем и не стремившихся обязательно заиметь офисы в центре города, где за каждый метр площади надо было бы платить значительно больше, чем за неказистую конторку в непрестижном районе, куда и транспорт-то толком не ходит.

Внизу обычно дежурили двое или трое здоровенных бугаев. Ребята свое дело знали и просто так никого не пускали.

Как назло, Зерковский в тот день забыл паспорт, а парни, которым щуплый молодой человек доставал только до плеча, встали в позу, заявив, что водительские права их не устраивают. Мы, мол, не в Америке живем и не в Европе. Они явно искали случая поиздеваться над кем-то. Может, настроение было плохое. Может, просто хотели утереть нос слабому. К тому же определенно приняли горячительного, причем немало: от них попахивало.

– К кому? – спросил первый верзила.

– В «Поларус» к Степанову.

– Его нет.

– Пожалуйста, позвоните его секретарю. Она выйдет меня встретить.

– Фамилия?

– Зерковский. Валерий Ильич.

Сидевший у телефона парень нажал на нужные кнопки телефона и заговорил в трубку:

– Ритка, это Олег. Некоего Зерковского Валерия Ильича ждете?

Видимо, последовал отрицательный ответ. Валерий подумал, что Андрей не предупредил секретаршу, предполагая вернуться к назначенной встрече, и, конечно, не ожидал, что другу на вахте устроят такой прием. Секретарша видела его несколько раз, но ей не называли ни его имени, ни фамилии: Степанов считал, что чем меньше людей знают об их «совместном предприятии», тем лучше. Зерковский с ним соглашался. В тот день он впервые пожалел, что в фирме Андрюхи никто не имеет представления о том, как его зовут.

– Ритка сказала, что она о таком вообще никогда не слышала, – сообщил звонивший охранник, повесив трубку.

– Вали отсюда, парень, – заявил самый крупный детина.

– У меня договоренность со Степановым… – попытался возразить Зерковский.

– Ничего не знаем. Нам платят деньги за то, чтобы мы неизвестных лиц в здание не пускали. Нас никто не предупреждал о твоем появлении. Так что катись по-хорошему, малыш.

«Малыш» попытался что-то снова возразить о договоренности с президентом «Поларуса». Вперед вышел самый невысокий из охраны и на этот раз наименее трезвый и процедил сквозь зубы:

– Катись отсюда!

Валерий наконец понял, почему молодцы испытывают к нему такую неприязнь…

– Мужики, надо проверить, что он там в «дипломате» притащил, не бомбу ли? Может, взорвать нас хотел? А если нас не удалось, то других хороших людей сейчас пойдет отправлять на тот свет, – заметил звонивший в фирму Андрея.

Невысокий охранник, стоявший ближе всего к Валерию, дернул на себя «дипломат». Он раскрылся, и содержимое вывалилось наружу. Самой ценной для Валерия (и для Степанова, естественно) была дискета, ради передачи которой Валерий и приехал на набережную Пряжки. Внутри также оказалась пачка любимого печенья сына с шоколадной начинкой, которую Валерий купил по пути, и две бутылочки корвалола, заказанные мамой.

Охранники внимательно рассмотрели содержимое «дипломата».

– Олег, Юрка, вы только взгляните, что этот тип носит в таком огромном портфеле, – издевался коренастый. – Деловые люди используют их для того, чтобы носить деловые бумаги на деловые встречи. А тут? Печеньице, чтобы подсластить горькую жизнь бедного еврея, и корвалольчик на случай расстройства, если все-таки не удалось обмануть доверчивых русских ребят.

– Леха, я считаю, нельзя допускать, чтобы лекарство пропадало, – заявил Олег. – Тем более, наш гость специально взял его с собой…

– Отдайте мои вещи! – закричал Зерковский, которого больше всего волновала дискета.

– Тихо, не вопи, – сказали ему и оттолкнули в сторону.

Легкий, по мнению Лехи, удар откинул щуплого Валерия далеко в сторону. Олег нагнулся и поднял дискету. Печенье и бутылочки корвалола остались валяться на полу.

– Отдайте дискету! – снова закричал Валерий, прекрасно понимавший, что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы кто-то прочитал содержавшуюся на ней информацию. Она, конечно, на всякий случай была защищена, но, имея программу по взлому паролей…

Валерий больше всего боялся, что информация попадет к человеку, который поймет, что за документы записаны на этой дискете. Возникнет вопрос, откуда эти документы оказались у Зерковского, который вроде бы не должен ничего знать ни о каких договорах по экспорту леса в Финляндию. Над этими верзилами, конечно, кто-то стоит, тот, у кого есть голова на плечах, причем между нею и плечами имеется нормальная человеческая шея. Над Валерием издевались три горы мышц без шей, но зато с пуленепробиваемыми лбами.

Зерковский боялся за свою семью, за себя, если им вдруг заинтересуются неофициальные структуры, как его другом Борисом полгода назад, когда Борису пришлось бросить все и бежать в Израиль, чтобы спасти свою жизнь.

Валерию хотелось спокойной жизни, поэтому он прилагал массу усилий, чтобы не выделяться из общей массы, ездил на обычной «шестерке», хотя давно мог позволить себе престижный «Мерседес», жил с семьей в двухкомнатной квартире недалеко от Троицкого собора в грязном страшном дворе, хотя мог бы перебраться и в четырехкомнатную после евроремонта, одевался неброско, жена работала в обычном НИИ, хотя могла бы сидеть дома, не отоваривался в супермаркетах, как Степанов.

Охранник по имени Олег вертел дискету в своих огромных лапищах, которые было трудно назвать руками. Или лапа, или лопата, или… но только не ладонь.

– Чего здесь? – спросил Леха, глядя суровым взглядом на жертву.

Валерий молчал, не зная, что ответить.

– Тебе вопрос задали, сосунок, – подал голос другой охранник. – Отвечай.

Валерий продолжал молчать, напряженно размышляя, что же сказать этим верзилам, чтобы отдали дискету. «Ну где же Андрюха, черт побери? – думал он. – Наверное, надо каким-то образом протянуть время».

Самый высокий из троицы, Юра, подошел к Зерковскому и поднял его за шиворот, как котенка. Валерий начал болтать ногами в воздухе.

– Ну? – спросили его.

Толстые пальцы свободной руки Юры начали сжиматься в кулак. Валерий наблюдал за происходящим, как в замедленной съемке. Кулак все приближался к нему, приближался… Из глаз посыпались искры, Зерковский почувствовал во рту вкус крови.

Юра попал ему в глаз и скулу, несколько зубов на верхней левой челюсти тут же зашатались в своих лунках. «Господи, сколько сейчас стоит новая челюсть?» – почему-то пронеслось в голове у Валерия.

– Брось гаденыша, – услышал Валерий откуда-то издалека голос Лехи. – Сами почитаем. Наверное, что-то интересное, если молчит, как партизан.

Зерковский оказался в свободном полете. Юра открыл дверь и выкинул его в направлении «шестерки». С трудом поднимаясь на ноги, Валерий увидел, как Леха записывает номер его машины…

Валерий знал, что здорово влип. Он сел в «Жигули» и выехал за ворота, решив подождать возвращения Степанова в некоторой удаленности от места расположения фирмы. Зерковский понимал, что Андрюху как можно скорее следует предупредить о случившемся.

Садясь в машину, Валерий услышал, как наименее рослый из всех Леха говорит приятелям:

– Где-то я раньше видел этого гада.

– Наверное, он не в первый раз сюда наведывается, – пожал плечами Юра и закрыл дверь.

Зерковский припарковал машину рядом с небольшим мостиком через Пряжку и стал ждать возвращения Степанова. Тот почему-то задерживался. Челюсть здорово ныла. Валерий посмотрел на себя в зеркало заднего обзора. Левая часть лица уже начала опухать, глаз оплыл. «Мама и Аня придут в ужас, – подумал он. – Что я им скажу?!»