ферму мастера Казимира. Там будем ужинать или завтракать, и разбираться в этом запутанном деле.
В машине Полина и Алина сидели тихо, как мышки. Жан Гаврилович вёл внедорожник, изредка поглядывая в зеркало заднего вида. Я сидел рядом с ним и пытался собрать мысли в кучу.
Дорога заняла всего пять минут — и то потому, что нам пришлось ехать вокруг.
Своим неожиданным приездом мы разбудили мастера Казимира. Но он нисколько на нас не обиделся.
Не отводя глаз от княжон, мастер торопливо накрывал на стол и тайком показал мне большой палец.
— Я хочу знать всё, и очень подробно, — сказал Жан Гаврилович.
И даже пристукнул ладонью по столу в знак серьёзности своих намерений.
Посуда подпрыгнула и жалобно зазвенела. А Казимир неодобрительно посмотрел на Бердышева.
— Дай ребятам поесть спокойно. И выспаться им надо!
— У них весь день впереди, — безжалостно ответил Бердышев. — Всё равно по милости Константина в училище почти не осталось преподавателей.
— Сами виноваты! — ответил я, жадно откусывая пирог с черникой. — Набираете по объявлению. А они то дурь выращивают, то курсантов воруют. Бардак!
Пирог оказался очень вкусным. Я дотянулся до блюда и предложил угощение княжнам.
— Спасибо! — сказала Полина и с удовольствием принялась за пирог.
— Я не ем сладкое, — отказалась Алина.
Так!
— Жан Гаврилович, — предложил я. — Поезжай ты отдыхать. Я расспрошу девушек, а завтра всё тебе перескажу. Мне кажется, так будет удобнее. Тёмного Проводника мы поймали, курсанты могут спать спокойно.
— Ладно, — неожиданно согласился Бердышев. — Вечером жду твоего звонка.
Мне показалось, что он даже вздохнул с облегчением.
Пока мы неторопливо набивали животы, Полина даже успела принять ванну. Обратно она вышла тщательно причёсанная, и я окончательно перестал различать сестёр.
Алина (или Полина?) выпила ещё чашку брусничного компота и сладко зевнула.
— Идите отдыхать, — сказал им я. — Одна из вас точно знает, где мой дом.
Девушки мило покраснели.
— А ты? — тихо спросили они.
— Приду, — ответил я. — Куда я денусь?
Жан Гаврилович ещё немного побухтел и уехал. Звук мотора постепенно стих в конце улицы. Я уселся на крыльцо и с удовольствием слушал звуки просыпающейся фермы.
Прохладный ветер шелестел в листьях. На пожелтевшей рябине пересвистывалась стайка дроздов, склёвывая спелые ягоды. В дальнем углу фермы сонно мычали коровы, которых подарил мастеру Казимиру японский посол.
Я прислушался к своей матрице. В ней появились какие-то новые ощущения.
Поскольку разобраться с новостями я пока не мог, то закрыл глаза и стал разбираться с магией.
Через пару минут я понял, что меня беспокоит. В привычном гудении матрицы появились новые звуки. Как будто она звучала в большом гулком помещении, и эхо отдавалось от стен.
От стен чего?
Какого-то пространства, которое внезапно обнаружилось внутри меня?
Это звучало бессмысленно. Но ощущения подсказывали мне, что так оно и есть.
Похоже, мне передалось какое-то умение от Тёмного Проводника. Логика подсказывала, что это и есть та самая возможность открывать порталы.
Но проверять свой талант немедленно я не стал.
Чёрт его знает, ещё провалюсь куда-нибудь, откуда опять придётся искать выход. Хватит с меня приключений на сегодня!
На крыльцо вышел мастер Казимир.
— Молодчина! — одобрительно сказал он. — Сразу двух княжон подцепил! А чего тут сидишь? Шёл бы к девкам, они тебя заждались, наверное.
— Мастер, — засмеялся я. — Ты о чём-нибудь, кроме моих романов можешь говорить?
— Не могу, — ответил Казимир. — Потому что это такое дело… важное.
— С чего вдруг оно важное? — заинтересовался я.
Казимир угрюмо сопел, переминаясь с ноги на ногу.
А в меня закралось смутное подозрение.
— Ну-ка, рассказывай!
— И расскажу! — буркнул мастер. — Я и сам хотел рассказать. Так тебя никогда дома нет, а когда есть — тебе поговорить некогда.
— Ну, вот я здесь. Давай, поговорим.
Казимир расчесал бороду и вытащил из кармана штанов толстую пачку денег.
— Вот, это твоё. Тут ровно половина, всё по-честному.
— Приятно слышать. Но, может, ты расскажешь чуть больше? Что за деньги, откуда?
— Откуда-откуда? Золотой корень я продал. Всё на корню скупили в императорские аптеки. И ещё просили привезти в два раза больше.
— Рад за тебя, поздравляю. Но я-то здесь при чём? Это же вы с Сеней его сажали, потом копали и сушили. Я на ферму только ночевать прихожу.
— Так в том и дело, что ночевать! У этого корня свойства такие… особенные. Я сперва не мог понять, в чём дело, а потом разобрался.
— Какие свойства? — спросил я. — Казимир, ты же сам Сеньке запретил с золотым корнем экспериментировать.
— Да не такие свойства! Этот корень теперь на людей особым образом действует.
— Да каким образом? — не выдержал я. — Говори ты прямо!
— Я прямо и говорю! Афродизиак получился. Мужикам сил прибавляет так, что всю ночь могут. Ну, и женщинам тоже. Не поверишь — раскупают вмиг. Сам Император десять килограммов заказал.
— Так-так, — протянул я, не отрывая взгляда от мастера. — Уже теплее. Ты договаривай, раз начал!
— Я и говорю! А получилось так потому что ты со своими девками возле золотого корня того… ну, сам понимаешь! Уникальная магия, короче!
От услышанного я обалдел.
А потом расхохотался так, что чуть не упал с крыльца.
— Твою мать, Казимир! Так вот почему ты о моей личной жизни так беспокоился! Ну, мастер! Ну, пройдоха!
— Ну, чего ты ругаешься? — заворчал Казимир. — Ты деньги-то пересчитай! Знаешь, сколько там? Меня заказами завалили!
— Иди к чёрту! — простонал я. — Если я сейчас от смеха сдохну, ты виноват будешь, коммерсант!
— Ты того, — осторожно спросил Казимир. — Не обиделся на меня? Я ж случайно узнал, когда японский посол приехал. Ну, не пропадать же добру!
— Так вот почему ты меня уговаривал дом на твоей ферме построить!
Отчитав Казимира, я потёр кулаками сливавшиеся глаза и отправился домой.
Возле теплиц ко мне подбежал лис и радостно затявкал, прыгая вокруг. Я погладил его по голове, мимоходом отметив, что на мышах он изрядно отъелся.
На веранде, прижавшись друг к другу, стояли две тонкие тени.
— А вы чего не спите? — удивился я, поднимаясь по ступенькам.
— Тебя ждём, — хором ответили княжны.
Глава 6
Я проснулся и понял, что нахожусь в плену.
Это был самый приятный плен, в который мне приходилось попадать. А с тех пор, как меня забросило в этот мир, кто только не пробовал лишить меня свободы.
Первым был Жан Гаврилович Бердышев, от которого я благополучно сбежал.
Затем свои силы попробовал граф Стоцкий, и у него тоже не вышло ничего хорошего. Превратился в страшилище и помер, не выдержав собственного разрушительного коварства.
Последним на данный момент оставался Максим Владимирович Мерлин, который преподавал историю и теорию магии в Имперском магическом училище, а в свободное время прикидывался Тёмным Проводником.
Мерлин почему-то вообразил,
