в самом деле нужны вы, а не она. Но если мы с вами не договоримся, Константин — девушка останется моей единственной надеждой. Ведь остальных вы у меня отобрали — и Симагина, и Обжорина. Хотя, с их помощью я всё равно не сумел бы открыть портал.
Слушая Тёмного Проводника, я думал о своём. Например, меня очень интересовало — как скоро меня отыщет Бердышев. И сможет ли он обнаружить «кротовью нору» в стене канализационного тоннеля.
Одновременноя пытался сновать разогнать свою магическую матрицу. Она отзывалась расстроенным гнусавым воем, от которого сводило зубы.
Как гитара, которую по пьяному делу уронили на пол. Корпус дал трещину, струны ослабли и расстроились.
И как играть на таком инструменте?
Вот же хрень!
Сам себя чуть не укокошил!
А ведь видел, что матрица Проводника отливает зеркальным блеском. И даже насторожился. Вот только подумать на шаг вперёд не успел. Не дал мне Тёмный Проводник времени на размышления.
Ладно, пусть пока говорит. Видно, он сильно соскучился наедине со своими мыслями, и сейчас ему не терпелось с кем-нибудь ими поделиться.
Вот и пусть делится. А я пока приведу в порядок матрицу.
И как жахну!
— Что-то вы притихли, Константин, — неожиданно сказал Тёмный Проводник.
Как будто угадал мои мысли.
— Думаю, сейчас вы собираетесь с силами, чтобы ударить ещё раз. Не советую. Отражение работает безупречно, вы просто навредите себе, вот и всё.
Чёрт!
Он сказал именно то, о чём я не хотел думать.
— У нас достаточно времени, чтобы всё обсудить, — сказал Тёмный Проводник.
В его голосе я услышал напряжение.
— Вы обдумаете моё предложение и согласитесь, я в этом уверен.
— А если нет? — улыбнувшись, поинтересовался я.
— Не надо думать о плохом, Константин.
— Знаешь, меня уже тошнит от твоего высокомерного тона, — откровенно сказал я. — Ну, умеешь ты отражать магию, и что? Думаешь, это тебя спасёт? Сам ты слаб, и ни на что не годишься. Тебя загнали в угол. Ты даже боишься показать своё лицо! С чего ты взял, что я стану с тобой договариваться?
— Вы правы, Константин.
Тёмный Проводник поднял руки и снял капюшон.
— Мерлин? — удивился я.
— Да, — ответил Максим Владимирович.
— Чёрт, ну почему? — спросил я. — Почему вы этим занялись? Зачем?
— Изучая историю магии, я нашёл возможность открывать порталы в другие миры, — сказал Мерлин. — Помните наш разговор в обсерватории? Индийские факиры знали, о чём говорили.
Я не ответил, и снова дёрнул цепи. Они выглядели старыми. А вдруг какое-нибудь слабое звено проела ржавчина?
Кандалы зазвенели о бетон. Мерлин покачал головой.
— Я проверял эти цепи. Они очень прочные.
Чёрт!
— Штука в том, что миры не существуют сами по себе. Каждый из них привязан к какому-то человеку. Открыть портал может только он. И только в один мир.
— Ну, и на кой чёрт вам понадобилось похищать курсантов? Открыли бы свой проход, свалили туда и жили счастливо!
Я говорил грубо, но Мерлин не обиделся.
— Я так и поступил, — улыбнулся он. — И вот, что получилось.
Он показал на закопчённые стены подземелья.
— Это и есть ваш мир? — удивился я. — И всё?
— Да, — грустно подтвердил Максим Владимирович.
Я обвёл помещение критическим взглядом.
— Ну, так себе, если честно.
— Отсюда нет выхода. Можно только вернуться обратно. Я потратил пять лет, и всё впустую.
— Сочувствую, — кивнул я.
Хотя, на самом деле, ни хрена не сочувствовал. А с чего бы?
— И тогда вы решили прикинуться Тёмным Проводником. Использовали людей втёмную, чтобы открывать порталы в другие миры.
— Да. Все соглашались добровольно. Это необходимое условие — без содействия портал не открыть.
— А почему соглашались?
— Потому что в других мирах исполнялись их желания. Которые не могли исполниться здесь. Только у меня это не получилось. Но зато я могу проходить в чужие миры.
— Лихо!
Я вспомнил Симагина, который не хотел возвращаться в реальность. Кем он там себя вообразил? Императором? Падишахом в личном гареме?
— Почему вы не прекратили это, когда ваши жертвы начали сходить с ума и умирать?
— Деньги.
Максим Владимирович криво улыбнулся.
— Знаете, сколько стоит сувенир из другого мира на закрытом аукционе? Я честен с вами, Константин.
— А фигура на плацу? — вспомнил я. — Ночью, когда мы были в вашей обсерватории. Кто это был?
— Симагин. Я приказал ему надеть плащ и пройти по плацу у вас на виду. Хотел отвести подозрения от себя.
К этому моменту моя матрица уже была почти в порядке. К тому же, я успел придумать план действий.
Снова бить магической энергией бессмысленно — Мерлин вложил много сил в отражение.
Кстати, полезная способность! Хорошо бы её перенять, как и умение открывать порталы.
Но можно провернуть другой трюк. Сейчас я как раз шлифовал последние детали.
Невидимые ледяные паутинки вовсю ощупывали матрицу Максима Владимировича, ища хоть малейшую брешь или слабину.
Бесполезно.
Паутинки скользили по его зеркальной броне и не могли зацепиться.
Маслом он смазался, что ли?
Я сосредоточился на матрице Полины. Княжна была в порядке — Максим Владимирович не успел подцепить к ней канал, по которому утекала энергия.
Кстати!
— Получается, вы забирали энергию, чтобы подпитывать ей портал? Вот почему на вашей матрице не оставалось следов!
— Каких следов? — непонимающе нахмурился Мерлин.
— Неважно.
Хрен я стану раскрывать тебе все секреты, сволочь!
— Ещё один вопрос, — сказал я, чтобы выиграть время. — Чем вы зацепили Полину?
— Этого я вам не скажу.
Максим Владимирович покачал головой.
— Если сможете вернуться из вашего мира обратно — спросите сами. А теперь — давайте не будем терять время. Вы согласны открыть мне портал?
Один раз я уже сумел прийти из другого мира. Значит, и сейчас получится. Хотя, я и не планировал никуда уходить. Пусть Мерлин тешит себя надеждой.
— Нет, — ответил я. — С хрена ли?
— Потому что если вы не согласитесь, то мне придётся использовать Полину. Сил у неё куда меньше, чем у вас. Не факт, что девушка вообще выдержит. Но другого выхода нет. Мне надо уйти из этого мира, здесь стало слишком опасно. Кстати, это благодаря вам. Вы ведь затеяли расследование.
Знакомая песня!
«Петров, ты за что бабушку убил?»
«А чего она?!»
Мерлин думает, что не оставил мне выхода. Пусть так и считает — не надо, чтобы он был настороже.
Если раньше я хоть немного сочувствовал Максиму Владимировичу, то сейчас от сочувствия не осталось и следа.
— Хорошо, — сказал я. — что нужно делать?
— Закройте глаза и сосредоточьтесь на самом сильном вашем желании. Представьте, что оно сбывается. Вообразите детали, окружающую обстановку.
— Понял.
Я закрыл глаза и представил, как убиваю Максима Владимировича.
Получилось слишком быстро. Один удар когтями по шее — и всё!
Никакого
