Вот не зря она — лиса. Хитрости хоть отбавляй. Возможно, действительно проблема в том, что я по наивности думал, что с ней будет проще. Или просто привык к кошечкам, с которыми всё было очень просто, ведь они сами жаждали секса постоянно. Как говорится, здесь вам не тут… Но вот эта простота, что можно ходить друг перед другом голыми и ничего не делать, меня просто убивала. Ну нельзя так, просто нельзя!
— Ладно, трогай быстрее, и я буду одеваться. Не надо мне ничего. И лицо твоё трогать не буду. Не понять мне ваших устоев.
— Не нервничай, Фортис, — расплылась она в улыбке и коснулась нежными пальцами моей щеки. Это касание произвело какой-то особенный эффект. Я почувствовал себя спокойным, умиротворённым, но возбуждение при этом никуда не делось. Атрия тем временем обеими ладонями прошлась по шее, плавно спустилась на плечи, заботливо ощупывая, казалось, каждую мускулу. Её мягкие ладошки будто порхали по моему телу, а я сам впал в приятный ступор, получая наслаждение только от прикосновения нежных рук. Незаметно и легко она перешла на грудь, изучая теперь эту зону. После спустилась на живот, потом ближе к лобку и совсем неожиданно ухватилась за мои ягодицы. Лисица осторожно ощупала их, поднялась ладонями на спину, которую тоже тщательно потрогала. И вроде на этом всё, ведь она остановилась. Но лишь на мгновение. Через пару секунд Атрия позволила себе взять в руку моё затвердевшее достоинство. Это точно нужно для картины? По-моему, вовсе не обязательно. Что-то она мудрит. Стоило мне начать об этом думать, как мир вокруг будто изменился, а лисичка повернулась ко мне задом и ввела член себе между ног. Она начала активно двигать тазом, и я на удивление не смог и нескольких секунд продержаться. Кончил сразу, испытывая блаженный оргазм, не понимая, как так всё быстро случилось. Но оказалось, что ничего этого на самом деле и не было. Атрия просто коснулась органа, пару раз передёрнула его, из-за чего я и спустил моментально. Зато какие ощущения приятные…
— Одевайся, — улыбнулась лисичка, надевая штаны.
— Да, хорошо, — пребывая ещё в растерянности, кивнул я. — А что это такое сейчас было?
— Это чтобы тебя успокоить. Всего-то.
— А если точнее?
— Ментальное воздействие, иллюзия, ускорение семяизвержения. Да хоть магией любви называй. В разных мирах может называться по-разному. Ну а для меня обычная техника быстрого удовлетворения. — Она надела футболку и посмотрела на меня. — Фортис, не удивляйся ничему. Я же видела, как ты хочешь, вот и помогла немножко. Или тебе не понравилось?
Я, наконец, начал одеваться.
— Понравилось, но надо было хоть предупредить, что такое возможно.
— Не надо было, иначе получилось бы всё по-другому. Потом подробности расскажу. Когда с тебя картину писать буду.
Вот простая какая. Эти кошечки да лисички, наверное, не перестанут удивлять своими хитрыми приёмами и умениями. Но главное — я действительно был удовлетворён, а потому домой вернулся спокойным и более рассудительным, без постоянного желания секса с Атрией.
Глава 11
По пути лисица попросила меня только об одном: ничего не говорить её брату, точнее, про ускоренное удовлетворение. Ещё бы! У меня и мысли такой не было. Зато в дороге я поинтересовался другими подробностями. Например, узнал, что ходить обнажёнными друг перед другом можно только наедине. В самом же поселении это строго запрещено. Что же до родственников, то им вообще нельзя раздеваться в присутствии оных. Ну хоть так, а то подумал было, что они ещё не такое вытворяют…
День постепенно сменился вечером. Рыжий закат освещал поселение, делая его более красивым, чем днём. Атрия от помощи вымыть фрукты отказалась. Вместо этого предложила, чтобы я помог Отектору разделать недавно забитое дикое животное. Её брат с радостью принял помощь, вручив мне солидный и очень острый нож. Шерсть зверя, что напоминал чем-то оленя, оказалась жёсткой и твёрдой, но ещё тяжелее было срезать шкуру. Тогда я задумался: сколько же усилий лис приложил, чтобы завалить это животное? Как оказалось, зверь ещё и хищник. Это я понял, когда Отектор отрезал тому голову и показал мне раскрытую пасть с множеством острых клыков длиной не меньше моего пальца. После того, как мы содрали всю шкуру, настало время потрошить. Все внутренности, кроме сердца, выкинули. Затем лис принёс увесистый топор, которым и порубил мясо на большие и маленькие куски. Первые мы убрали в земляной природный холодильник, а вторые Отектор замариновал с различными специями и кусочками некоторых фруктов, что я собирал вместе с Атрией. Выглядело всё это весьма аппетитно, и мне не терпелось скорее поесть уже готовое мясо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Когда мы всё приготовили, лисица пришла к нам с небольшой корзинкой, наполненной фруктами.
— Ну что, брат, когда жарить будем? — поинтересовалась она.
— Если ты уже голодна, можно начать хоть сейчас. — Он взглянул на корзинку. — Это как обычно для сочности?
— Конечно. — Атрия поставила корзинку и посмотрела на меня. — Я не очень голодна. Просто хотела картину с Фортиса написать, пока сильно не стемнело. На закате будет особенно хорошо получаться, с тенями. Ты и так знаешь.
— Знаю-знаю, — кивнул Отектор пару раз. — Пойду спрошу родителей, не хотят ли они ужинать. Ты пока можешь забрать Фортиса. Если что, я разведу огонь и пожарю сам. Не привыкать.
— Спасибо, брат. — Лисица крепко обняла его, отстранилась и обратилась ко мне: — Пойдём, Фортис.
Перед тем, как начать позировать для Атрии, я вымыл руки, умылся хорошо, а после она отвела меня недалеко от поселения в лес, чтобы никто не видел меня голым, ведь лисодевочку интересовала именно натура в художественном смысле.
Атрия поставила перед собой небольшой деревянный мольберт, который помог донести я, развернула на нём холст, что до этого был свёрнут в рулон, и начала выбирать кисти и краски. Озадаченная, она всё же взглянула на меня и попросила:
— Раздевайся, пока я определяюсь с выбором. Или опять стесняешься? Может, поддержать тебя надо?
— Нет, уже не стесняюсь. — Я начал снимать футболку. — Смотря, как поддержать ты хочешь.
— Тоже разденусь, — улыбнулась она. — К тому же я хочу написать картину, на который ты будешь возбуждённым.
— А зачем именно возбуждённым?
— Это же красиво, Фортис.
Она начала быстро снимать с себя всю одежду, и уже через несколько секунд передо мной красовалась точёная фигурка с ушками. Атрия покрутилась, хвостики распушились, приподнялись, обнажая безупречно круглые ягодицы лисодевочки. Затем она бросила взор на меня, хитро улыбнулась и подмигнула, жадно щупая идеально круглые, стоячие груди. У неё даже соски немного набухли. Возбудилась, значит…
— Ну как? Так лучше?
— Слишком, — вздохнул я, стягивая себя штаны. — Посмотри, что ты со мной делаешь.
Атрия оценила затвердевший, увенчанный венами, прибор и произнесла:
— Идеально. Это то, что нужно.
Не, ну насколько я могу считать себя озабоченным, но она — это верх извращения, по-моему. Возбуждать мужика, не давать ему, чтобы просто нарисовать, как у него стоит. Этого я точно не ожидал.
— Ну, рисуй тогда. Ты, кстати, обещала рассказать подробности о своей магии. Буду это так называть.
— Сейчас. — Лисица вооружилась кистью, поглядела на меня. — Встань немного иначе. В профиль, но при этом чуть-чуть повернись ко мне лицом. Да, вот так подойдёт. Отлично. Ну а про иллюзию рассказывать и нечего особо. Ты же знаком с эфиром? Вот им я и пользуюсь. Знаешь ведь, чем он является?
— Знаю вроде. Эфир — это то, из чего состоит весь мир.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да, так и есть. — Она то смотрела на холст и рисовала, то на меня. Затем вдруг выдала: — Фортис, ты отвлёкся, и он упал. Постарайся снова возбудиться.
— Ага, скажи ещё, чтоб я рукой себе помог. Ну уж нет.
— Тогда мне придётся использовать силу, а я хотела, чтобы всё было натурально.
— Опять будешь меня заводить?
— Только в этот раз на расстоянии.
