Кичига улыбнулся.
— Про то знают головы большие, у кого бороды пошире.
— Экой безбородый, — заворчал Смолин. — Надо, выходит, запросить у Андижана, куда был направлен груз 122-й партии. Тогда удастся, вероятно, установить станцию назначения. Возможно, мы определим круг лиц, к числу которых относится преступник…
«У этого бывшего разведчика густо засеяно в голове!» — подумал Кичига, выходя со Смолиным из лаборатории.
Вечером следственный отдел управления дал телеграмму на станцию Андижан Ташкентской дороги:
«Сообщите, куда шли грузы сто двадцать второй партии».
На следующий день пришел ответ:
«Грузы с такой маркировкой шли в порты Астрахань и Красноводск».
Начальник отдела, передавая Смолину телеграмму, поинтересовался:
— Что ты думаешь предпринять, капитан? Поедешь в Красноводск и Астрахань? Будешь сидеть у моря и ждать погоды?
— Зачем же? Убийство совершено в нашем районе. Преступник, вероятно, живет здесь, но до этого, полагаю, работал в одном из этих портов. В Красноводске или в Астрахани находился грузополучатель 122-й партии, именно там убийца мог добыть уже ненужную мешковину. Мы проверим людей в нашем районе.
— Ты не поедешь со мной? — спросил Смолин у Кичиги, когда они направились в лабораторию.
— Не могу. Много работы. Зайди к Брагину. Слепок с дерна готов.
Вручая Смолину массивный гипсовый слепок, Брагин посоветовал:
— Если придется сравнивать это с лопатой, обратите внимание на зазубренность слева и вмятину посредине.
Утром Смолин выехал за город по блестящей от дождя дороге.
Вот и районный центр. Начальник паспортного стола, покопавшись в бумагах, сообщил:
— За последние два месяца в район прибыло тридцать девять человек. Тридцать — уральцы. Два — из Сибири.
Пять — демобилизовались из армии. Один вернулся из заключения. Один приехал из Астрахани. Кто из Астрахани?
Григорий Семенович Варгин. Работает кладовщиком в «Пахаре». Нет ли вестей об исчезновении женщины — жительницы района? Нет. Не ждали ли в гости кого-нибудь из других мест? Тоже как будто нет.
Прежде, чем встретиться с кладовщиком, Смолин побывал в сельсовете и узнал, что Варгин приехал сюда полтора месяца назад. Живет одиноко, работает прилежно. В Астрахани был, кажется, портовым грузчиком.
Написав записку Крестову, Смолин отправил шофера в город. Перед тем он наставил Павла, как ему себя вести по возвращении. Потом обратился к председателю:
— Поставьте меня на житье к Варгину, пожалуйста.
Варгин оказался кряжистым человеком средних лет, немногословным и степенным. Узнав, что гость услал машину в город за бензином, кладовщик кивнул на табуретку:
— Передохните, если охота. Я скоро приду.
Пока хозяина не было, Смолин неторопливо осмотрел бедное убранство комнаты. Во всем чувствовалось отсутствие женщины: пол в окурках, на столе засохшие корки, банки из-под консервов, оберточная бумага.
Варгин вскоре вернулся.
— Холостой? — поинтересовался Смолин.
— Холостой.
— Не пришлось жениться?
— Не пришлось.
— А матери нет?
— Нет. Умерла.
Варгин вышел во двор — чем-то занимался по хозяйству.
Смолин открыл прихваченную книгу, стал листать ее, осторожно прислушиваясь к звукам на улице. Наконец вдали трижды прозвучал длинный автомобильный гудок.
Вскоре в избу вместе с Варгиным вошел Павел. Шофер был не в духе: у самой околицы машина одним колесом провалилась в яму с водой. Нужна лопата.
Выслушав водителя, Смолин распорядился:
— Я пойду к машине. Попроси у хозяина лопату и тоже приходи. Папирос привезти не забыл?
Подойдя к машине, стоящей всеми четырьмя колесами на сухой обочине, Смолин раскрыл папиросную коробку и достал из нее записку. Крестов писал:
«Переговорил с Астраханским портом по телефону. Варгин уволился в связи с женитьбой. Куда выбыли — неизвестно».
Павел подошел сразу с двумя лопатами. Объяснил:
— Попросил я лопату, подал он, вижу — не та. Говорю — мала, дайте побольше, ежели есть. Тогда вот эту дал, совковую.
Смолин быстро взял у шофера старую совковую лопату и вошел в машину. Сняв крышку с небольшого деревянного ящичка, очистил слепок от опилок и положил рядом с лопатой.
И на лопате и на слепке в левой части лезвия была ясно видна зазубренность, посредине темнела вмятина.
Через полчаса, арестовав Варгина, капитан выехал в город.
— За что же он убил женщину? — спросил Кичига, когда на другой день Смолин рассказал ему обо всем.
— В прошлом у Варгина были крупные кражи и грабеж. Женщина любила его и была с ним связана. Кое-что она знала о его делах.
Год назад Варгин бросил ее и завел новую любовницу. Женщина просила его вернуться, угрожала его выдать. Он понял: тут не до шуток. Тогда сказал, что готов жениться и увезти ее в село, к матери.
Приехал он сюда раньше нее и все приготовил.
Поезд приходит ночью. Варгин взял с собой молоток, лопату, куски мешковины, чтоб потом закрыть труп. Со станции повел женщину лесом. Остальное ты знаешь.
Кичига, помолчав, задумчиво сказал:
— Это было туманное дело. Все здесь решила твоя прочная логика.
— Ну, нет! — возразил Смолин. — Тут на одной логике не уедешь! Тут твоя наука нужна была, майор!
АНОНИМКА
Доктор Барма прежде, чем отправиться на службу, достал из почтового ящика газеты. Отхлебывая с блюдечка остывший коричневый чай, он стал просматривать почту.
Стенные часы пробили восемь. Доктор совсем собрался было идти на службу, когда заметил между газетами серый самодельный конверт.
«От кого-нибудь из бывших пациентов», — подумал старик, разрывая пакетик.
Доктора Барму любили в городе. Удачливый хирург и добрый человек, Павел Петрович трижды избирался в городской Совет и немало поработал на общественной ниве.
— Посмотрим… посмотрим… — бормотал доктор, рассматривая четвертушку бумаги, исписанную крупными шаткими буквами.
Поднеся листочек к близоруким глазам, Барма несколько секунд беззвучно шевелил губами и вдруг резко откинулся на спинку стула.
На листке было написано:
«Слухай доктур! Ты паложишь десять тысяч в кардонную каробку а каробку спрячешь в свою сараюшку. Не паложишь пиняй на сибя.
К симу Жорка Кровавая Рука.
Доктур! Не жалуйси! Хуже будит! ЖКР».
Павел Петрович растерянно осмотрел листочек и позвал жену.
Пожилая женщина прочла письмо и испугалась:
— Пашенька! Ради бога — отдай им деньги! Господи, что же это такое? Ведь у нас столько и нет!
— Может, чья-нибудь глупая шутка? — предположил уже несколько оправившийся доктор.
— Что ты! — возмутилась жена. — Кому в голову придет так зло шутить?
Доктор решительно подвинул к себе телефон и снял трубку.
Депутат горсовета, начальник управления милиции Батищев, выслушав Барму, сказал:
— Не беспокойтесь, Павел Петрович. Я сейчас пришлю за вами машину.
Полковник встретил доктора у подъезда и вместе с ним прошел к Кичиге.
Начальник научно-технического отдела занимался трудной экспертизой оружия. Увидев начальника и доктора, отодвинул разобранный пистолет и поднялся навстречу вошедшим.
— Помогите доктору, Сергей Лукич, — сказал Батищев, оставляя их вдвоем.
Кичига пробежал анонимку глазами.
— Ну, что ж, постараемся помочь, Павел Петрович.
— Вы хотите устроить засаду у меня в сарае?! — испугался Барма. — Что люди скажут?
— Засада ничего не даст. Мошенник настороже и сумеет увернуться. Поищем способ проще и вернее. Езжайте домой. Я позвоню вам, когда придет время.
Проводив доктора, Кичига вызвал экспертов. Через несколько минут лейтенант Брагин и старший лейтенант Рейзлих стояли в кабинете майора.
Коротко рассказав в чем дело, Кичига показал конверт и письмо.
— Я прошу решить узкую задачу, — продолжил майор, когда эксперты рассмотрели и то, и другое. — На конверте, кажется, есть пальцевый отпечаток. Не удастся ли найти совпадающий оттиск на наших дактилокартах? Теперь — письмо. В левом верхнем углу есть загрязнение. Может, по нему выйдем на след автора анонимки, этого самого Жорки Кровавой Руки? Прошу!
Оставшись один, Кичига позвонил Смолину и рассказал о случае с Бармой.
Оказалось, что Смолин уже знает об этом и кое-что предпринял.
У Брагина была несложная задача, и он быстро справился с ней. К концу дня эксперт явился в кабинет Кичиги и положил на стол серый конверт.
— Ничего утешительного. След на конверте смазан.
Старший лейтенант Рейзлих пришел к начальнику на следующий день. Эксперт передал Кичиге анонимку и свое заключение.
