Руни вздрогнула, так как она потеряла мысль. Ей было трудно вернуться к началу своих размышлений и, глядя на свиток, оставленный Ормом, она раздраженно подумала:
— А при чем здесь Ливтрасир?
Прошло около месяца. Проливные дожди, иногда непрерывным потоком заливавшие пашни, были еще ледяными. Однако старый лес очень быстро оделся в зеленый наряд из листвы, даже раньше, чем полностью стаял в оврагах темный пористый снег. Слуги часто теперь поднимались на стены погреться на солнце, а кое-кто так осмелел, что ходил навещать родных. Слух о странном Враге, ожидаемом всеми, пробился и в замок, заставив поверить, что люди теперь вряд ли будут им мстить за ужасный пожар.
Этим утром Гутруна, которой Эмбала велела присмотреть за служанками, чтобы они не ленились, стирая белье, поднялась на высокую стену. Странная черная точка вдали, на дороге, ведущей к их замку, удивила ее.
Скоро Гутруна смогла рассмотреть: небольшой отряд всадников едет по узкой дороге. Осанка их предводителя, как и его алый плащ, развеваемый ветром, говорили, что, если это не вирд, то один из тех, кто занимает высокий пост вне Гальдорхейма. Его золоченый шлем с узким забралом, скрывая лицо, очень ярко сверкал в лучах солнца.
Служанки, заметив, что Гутруна пристально смотрит куда-то, забросили стирку и тоже поднялись на стену.
— Они едут к нам, или мимо? — спросила одна.
— Вроде, скачут сюда! И уверенно!
— Может быть, этот чужак заблудился и хочет узнать, как проехать…
— Проехать? Куда?
— Да хотя бы к Человеку Двора!
— Тише вы, не болтайте!
Отряд был еще далеко, когда кто-то вдруг ахнул:
— Взгляните на лошадь того, в золотом шлеме! Это же Фрейр!
Когда всадник с отрядом, проехав по откидному мосту, осадил Фрейра прямо у закрытых ворот, во дворе были все. Ловко спрыгнув с коня, пришлый, сделав знак спутникам, чтобы они подождали его, подошел к воротам. Но служанки не слишком спешили открыть. Всем им вдруг стало как-то тревожно, когда незнакомец, поняв, почему они медлят, сказал:
— Мы приехали из Агенора. Скажите хозяину, что я, посол Ливтрасира, хотел бы увидеться с ним.
Глава 3.
— Одет, как на праздник: пурпурный плащ на меху наших розовых ласок и темный камзол с драгоценным шитьем… Сапоги, хоть и с мехом, из кожи. У нас в Гальдорхейме не носят таких! Без кольчуги. На пряжке вытеснен герб Агенора… И он не снимает свой шлем! — торопливо докладывал Орму слуга. — А еще он приехал на Фрейре! Верхом!
То, о чем он твердил, было странно.
— На Фрейре? — спросил Орм, стараясь скрыть гнев, вдруг поднявшийся против посланника. — Может, конь просто похож? Мало ли жеребят мы продали?
— Ну нет! Вашу лошадь не спутаешь! Мы-то считали, что Фрейр где-то сгинул, а он — в Агеноре, у этого!
Новость была не из лучших. Еще изучая письмо Ливтрасира, Орм вдруг раздраженно подумал, что если посланник когда-то и жил здесь, то был проходимцем, разбойником или крестьянином, бросившим дом и семью, так как все вирды знали друг друга. На памяти Орма никто из них не покидал Гальдорхейм. Даже взрослые дети владельцев земель, живших здесь, не пытались искать приключений в чужих городах.
— Разве вирд бы решился присвоить коня, столь известного в землях Гальдора, как Фрейр? — пронеслось в мозгу Орма, еще раз подтвердив правомерность догадки. — Своей репутацией здесь дорожат!
— Пригласи его в среднюю башню, — сказал Орм, подумав, что пропасть, прикрытая мощной плитой, может и пригодиться. — Приезжий достоин особенной встречи!
Он совсем не хотел убивать, но заветное кресло со скрытой пружиной давало возможность избавиться от незнакомца, попробуй тот вдруг напасть. Эта мысль пришла к Орму внезапно. Посланец не должен пытаться убить, его роль совершенно другая, но Орм почему-то подумал, что тот, кто явился к нему на украденном Фрейре, способен на все.
Посол просто обязан щадить чувства тех, с кем он хочет заключить договор. Если это не так, то его заверения в дружбе — предлог, прикрывающий тайную цель. Об отряде Орм даже не думал, считая, что смерть предводителя сломит их дух, и его слуги справятся с пришлыми.
— Он же стремится унизить меня! — думал Орм. — Между нами какие-то счеты… Разбойник? Крестьянин, не смогший отдать мне свой долг, а теперь пожелавший добиться реванша? Возможно… Зачем нужна тайна тому, кто желает добра?
Оказавшись на самом верху, Орм опять убедился, что прав. Незнакомец уже вошел в комнату, не дожидаясь его приглашения. Взяв со стола золотую чеканную чашу, он разглядывал узкую кромку с узором из ярких камней. Эту чашу любил отец Орма, Галар, утверждавший, что камни мутнеют, когда их касается тот, кто замыслил дурное. Эрл верил легенде, но сам Орм смеялся над ней.
Чувство скрытой досады при виде чужого, который считал, что ему все дозволено, так как за ним Ливтрасир и особая Сила, сменилось глухим гневом.
— Или бродяга не знает, как нужно вести себя, или ему безразлично, что я о нем думаю! — вновь пронеслось в голове.
Этот наглый пришелец, еще не сказав ничего, раздражал его. Пышный наряд незнакомца, тяжелый меч, острый кинжал в дорогих ножнах, шлем… Он не выглядел ряженым. Было заметно, что этот высокий мужчина, приехавший в замок, умеет держать себя в обществе и обращаться с достойным оружием.
— Да, он свободно ведет себя… Он не крестьянин. Но и не вирд! Он не знает, что правила требуют снять шлем и меч, входя в дом, — мимоходом подумал Орм.
Чувство тревоги опять пробудилось в душе. Что-то ему казалось знакомым в облике пришлого.
Словно почувствовав взгляд, незнакомец, поставив чашу на стол, обернулся к хозяину. Четкий поклон был спокойным, но слишком уж церемонным, подчеркнутым.
— Будьте как дома! — с порога сказал Орм с налетом сарказма. — Как видно, у вас, в Агеноре, считают дурным тоном ждать приглашения?
— Нет. Но у нас, в Агеноре, хозяин не станет просить обождать у порога, пока он поднимется сам. Я подумал, что тот, кто провел меня в башню, не понял приказа. Мне трудно представить, что вирд побоялся оставить посланника в зале, — ответил мужчина.
Пришелец отчасти был прав, но Орм знал, что ответить ему:
— В Гальдорхейме всегда доверяли послам. Но, по нашим обычаям, друг оставляет оружие слугам, когда входит в дом.
— Да, я слышал об этом, — ответил пришелец. — Но мне неизвестно, к кому я пришел, друг вы нам или враг. Ваш гонец не добрался до нас.
— Очень жаль, — с плохо скрытой насмешкой заметил Орм. — Я и не думал, что он нужен вам. Ливтрасир сообщил мне в письме, что вы вскоре приедете к нам в Гальдорхейм. Но зачем?
Орм бы мог быть помягче, однако приезжий его раздражал точно так же, как тот, кто послал его. Орм совершенно не верил, что вождь Агенора желает союза с утратившим власть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
