— Понимаю, — кивнула лесянка, припомнив, как долго возилась со старыми текстами. — Жаль, что в Гальдоре такого сейчас нет… А ты сам? Кто ты?
— Я? — Эрл помедлил, как будто не зная, что должен ответить. — Я… Я могу послать мысль на большую дистанцию так, что любой, даже и не владеющий Даром, воспримет ее. Это важно.
— Наверно, — ответила Руни, почувствовав, что ей действительно нравится слушать про жизнь Агенора.
Когда Эрл о ней говорил, он терял ту надменность, что так раздражала ее, становился тем Эрлом, с которым было легко.
— Я не знаю, чем он пожелает купить тебя… Может, предложит дворец, может, доступ к хранилищам книг… А может, попробует просто тебя обольстить… Ведь на карте карьера посла! Не исполнив приказ Ливтрасира, он лишится всего.
Почему сейчас Руни вдруг вспомнила эти слова?
— Знаешь, Эрл, — очень тихо сказала она, не сводя с него глаз. — Я ведь тоже теперь разбираюсь в Защитах. Я тоже могу и отдать, и принять потаенное Знание. И мне действительно жаль тех детей, что сражаются с силами “Службы”.
— Ты можешь помочь им, уехав со мной.
— Я могу поделиться с тобой тем, что знаю.
Она с тайным страхом ждала, что он скажет в ответ. Передача магических Знаний возможна не только словами. Слияние мыслей дает куда больший эффект. Пожелай он раскрыться, приняв ее дар, и она бы поверила, что Эрл не хочет ей зла, не играет на чувствах, стараясь исполнить приказ. Но он лишь рассмеялся с какой-то циничной издевкой, мгновенно разрушившей тонкую нить, что помимо желания Руни опять протянулась меж ними.
— Нет, Руни, на это я не пойду!
— Эрл всегда хорошо говорил, но сегодня он просчитался! — с внезапно нахлынувшим гневом подумала Руни. — Теперь я ни в чем не поверю ему!
Все красивые фразы про Агенор были просто обманом! Пока Эрл был рядом, лесянка на миг поддалась заблуждению, но, возвратившись к себе и припомнив подробности встречи, она поняла, что права. Эрл пытался сыграть на ее интересе к особенной Силе, заставить поверить себе. Он держался с ней так, словно не было этих двух лет вдалеке друг от друга, хотя он знал о них все!
Эта мысль, промелькнув, ужаснула ее. Попытавшись понять, почему неприступный барьер не дает ей поверить в искренность Эрла и что он скрывает, лесянка вдруг получила ответ, объяснивший ей все: Память Замка! Он слышал ее!
Разве можно, вернувшись назад, не пытаться понять, что случилось здесь за это время? Эрл знал о трагедии Руни, о том, что пришлось ей снести, но решил сделать вид, что не слышал еще ни о чем. Воздвигая Защиту, он просто боялся, что Руни прочтет потаенные мысли, узнает, что он о ней думает.
— Значит, ему есть, что скрывать… — отрешенно подумала Руни, сама удивляясь спокойствию собственных чувств. — Он теперь не способен любить и сочувствовать… Он выполняет приказ.
— Ты действительно счастлива с Ормом? — спросил Эрл ее в тот же вечер, когда Руни, выйдя из залы, хотела вернуться к себе.
— Если я скажу: “Да,” ты поверишь? — вопросом ответила Руни.
— Я? Нет.
“Вот сейчас подходящий момент сообщить мне, что он знает все, что готов мне помочь позабыть о случившемся, чтобы начать с ним новую жизнь! — промелькнула гадкая мысль, вызвав новый прилив раздражения. — Раньше он был неспособен сыграть на несчастье другого, идя к своей цели.”
— Ты стала другой. От лесянки, когда-то пришедшей сюда, сохранилось лишь имя и белые волосы. Рысь одомашнили, — тихо сказал Эрл. — И ты позабыла, какой была прежде… Погасли даже искры в глазах. Эти синие камни в твоем ожерелье блестят ярче них. Я не думал, что ты так легко примиришься, забудешь и Храм, и мечты, променяешь их на эту жизнь…
Руни вздрогнула, гневно взглянув на него. Для всего есть предел! Неужели Эрл хочет ее убедить, что он верит во все, что сейчас говорит? Он не слышит Памяти Замка? Не знает, как трудно и страшно достался ей холод покоя? А может, поняв, что бессилен себя оправдать, он старается вызвать в ней чувство вины?
— А ты сам? Ты остался тем, прежним? — спросила она.
— Мне пришлось измениться.
— Мне тоже! Ты знаешь, через что я прошла!
Эрл опять усмехнулся:
— Путь был не таким уж и трудным, ведь Орм очень быстро загладил вину, предложив тебе брак!
Руни просто застыла. Такого цинизма она не ждала. Это был полный крах. Лишь теперь ей открылась вся бездна падения Выродка. Где-то, в тайных глубинах сознания, под мертвым пеплом выжженных чувств еще тлела последняя искра надежды на то, что она ошибается, не понимает его… Теперь искра угасла, оставив вокруг полный мрак.
— Ты не смеешь! Не смеешь так говорить! — прошептала она севшим голосом. — Ты…
— Я один могу это сказать тебе, — жестко ответил Эрл, — так как люблю тебя, Руни. Люблю до сих пор. Я пришел за тобой, я надеялся, что ты найдешь в себе силы уйти!
Руни вдруг рассмеялась:
— С тобой?
Ее просто мутило от лжи, за которой он прятался, чтобы сыграть свою роль до конца… Ей хотелось сказать Эрлу все о погибших, растоптанных чувствах… О боли, которую ей довелось испытать, предаваясь бесплодным надеждам, тоскуя по глупому вымыслу… О неприязни, которую он пробудил в ней теперь…
— Но слова мало значат! Вот если бы мне удалось снять Защиту, пробиться к нему! — промелькнуло в мозгу Руни.
Что-то почувствовав, Эрл вдруг шагнул к ней.
— Прикоснись же ко мне! Обними, как когда-то твой брат! Позабудь обо всем! Ты ведь этого хочешь! — дала она мощный посыл, понимая, что это единственный способ разрушить Защиту, прорваться к сознанию Эрла. (Барьер исчезает, не выдержав плотский контакт.)
Руни точно не знала, воспринял ли Эрл ее мысль или просто почувствовал, что здесь что-то не то.
— Я не сделаю этого, — тихо ответил он ей. — Я не знаю, что творится с тобой, но ты любишь меня и поймешь это раньше, чем думаешь. Руни, ты скоро придешь ко мне, чтобы остаться уже навсегда.
Руни даже не помнила, как он ушел. В душе не было боли, одна пустота… Пустота! Раньше Руни действительно верила, что это чувство привычно и не пугает ее, а теперь она вдруг поняла: пустота — это смерть. Это серая бездна, в которую медленно падаешь, зная, что зацепиться тебе уже не за что. Где-то есть люди, которым ты все же нужна, но тебе безразличны их чувства, эмоции, мысли… Нет страха, нет боли, нет прежних страстей… Ты уходишь в спокойный неведомый мир…
— Руни! Руни!
Сначала она не узнала мужской голос, звавший ее…
— Что случилось, Орм? — тихо спросила она, не совсем понимая, где они.
“Почему он испуган? И как здесь темно… А ведь факел уже догорел! Как давно я здесь, в коридоре?” — подумала Руни, стараясь припомнить, что было до этого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
