замка. Оббежав старуху, Вадим продолжил пробираться через толпу людей, рассматривая рынок. Он был довольно большим, с каменными кабинами и деревянными прилавками, за которыми стояли местные и приезжие торгаши, предлагая посетителям рынка выложенный на прилавках товар. — Стой, стой! — приказала Айя, потянув Вадима за правое ухо. — Сверни туда. — Блин, Айя, я тебе что, лошадь, что ли? — прошипел Вадим, все же свернув направо. — Смотри, сколько там тканей и украшений! — Голос Айи сейчас напоминал голос Голлума из «Властелина колец», когда тот смотрел на свою побрякушку. — Нам туда не нужно, Айя! — развернулся было Вадим, но мелкая зараза цапнула его за шею. — Айя, ща раздавлю тебя, вредное ты насекомое! — Ну Вадииим, ну только посмотрим! — прогундосила фея, дергая его за волосы. — Только попробуй что-нибудь вытворить, — предупредил он ее, сворачивая к прилавку с тканями и драгоценностями, — пришибу! Подойдя к прилавку, Вадим посмотрел на разложенные на нем драгоценности. В глаза бросилось то, что они действительно были из золота, украшенные различными драгоценными камнями. За прилавком стоял толстопузый продавец, а рядом с ним двое громил, что следили за подходившими к прилавку людьми взглядами питбулей. «Должно быть, охранники», — решил Вадим, делая вид, что с интересом рассматривает висевшие ткани. Почувствовал, как мелкая зараза, называющаяся феей, поползла под его одеждой вниз, цепляясь коготками за кожу. Попробовал придавить ее рукой, но букашка уже выползла из-под его штанины и ловко юркнула под прилавок с драгоценностями. Вадим только и увидел взмах ее белобрысого хвоста и поджатые крылья. — Может, сеньору нужна помощь? — вежливо спросила жена продавца, подойдя к Вадиму и улыбаясь доброжелательной улыбкой. — А-а… Да, мне бы кусочек ткани на платье для… моей… — Жены? — подсказала ему женщина, начиная перебирать ткани. — Нет, не жены… Она мне не жена…Подумав, что Вадим выбирает платье для своей любовницы, женщина понимающе кивнула, предложив Вадиму одну из самых дорогих тканей. — Для женщины, к которой мужчина ходит, чтобы утолить свою страсть, подарок следует подбирать с особой тщательностью, чтобы она наполнила их ночи волшебством! Она блондинка или брюнетка? — Блондинка, — заторможенно произнес Вадим, офигев от того, как профессионально эта дама находит подход к клиентам. Не хуже, чем продавцы-консультанты в его мире. — Тогда предлагаю вам вот эту ткань, — вытащив из радуги материала нужный цвет, женщина расправила его перед Вадимом. Светло-зеленая ткань с серебряными нитями сверкала на солнце не хуже большого красного камня, что тырила Айя за спиной у наблюдавшего за Вадимом продавца. — О нет… — простонал Вадим, но поймав удивленный взгляд женщины, быстро исправился: — То есть да, это такая ткань… Мне ее надо, конечно…Глаза Вадима стали выкатываться из орбит, когда в довесок к камню Айя, как бы невзначай, прихватила еще и массивную цепь, на которую в двадцать первом веке ему бы пришлось брать кредит. — Сколько отрезать ткани? — между тем спросила его женщина. — Какого роста ваша любимая? Сообразил, что он показывает неверный рост своей «любимой», когда брови женщины, а заодно и ее коллектива, поползли на затылок. Опустив взгляд на свои руки, Вадима понял, что показывает размер Айи. Медленно развел руки в стороны, словно растянул резинку. — Она, наверное, вам по грудь? — подсказала ему женщина, явно посчитав, что он дурачок. — Да, да, — быстро закивал Вадим, ища взглядом Айю, которая лазила уже где-то под прилавком, вынюхивая, чем бы еще поживиться. — Я все поняла, — подняла ладонь вверх женщина, — сейчас отрежем столько, что хватит на платье для вашей любимой. Отойдя от него, она принялась отмерять ткань с таким усердием, что хватило бы на двух любимых. А если говорить про конкретную особь, то хватит на целый гарем из «любимых». Чувствуя, как по шее скатились капельки пота, Вадим вытер их рукавом. Не успел он рассчитаться с продавцом, как неожиданно стойка с полками с грохотом рухнула, привлекая всеобщее внимание. — Ой, что же это, — всплеснула руками жена продавца, кинувшись помогать мужу подбирать рассыпавшиеся украшения. Из-под прилавка выбралась новогодняя елка, украшенная побрякушками, и юркнула Вадиму под штанину. Испытывая головокружение от проделок Айи, Вадим, словно в замедленной съемке, смотрел, как длинная золотая цепь, подобно змее, заползает в его штанину, рискуя обратить на себя внимание продавца. Воспользовавшись моментом, что на него никто не смотрит, Вадим под шумок быстро ретировался, обещая себе, что устроит Айе воспитательную взбучку, как только они выйдут с рынка. — Айя, — зашипел он, отойдя на приличное расстояние от ларька с драгоценностями, — ты что творишь, мелкая?! Ты же украла у этих людей их товар! — У них его еще много, — довольно ответила фея, распихивая похищенное добро по внутренним карманам ветровки Вадима. — Ты сегодня же полетишь и вернешь им все! — Истеришь, как красная девица, — фыркнула фея, копошась под его ветровкой. Непонятная суета заставила Вадима обернуться. Продавец, у которого Айя стырила драгоценности, о чем-то говорил со своими амбалами, поглядывая в сторону Вадима, после чего троица побежала за ним. — Вот черт! — рванул вперед Вадим, которому не оставалось ничего другого, учитывая то, что его карманы набиты чужим добром. — Устроила ты нам неприятностей, Айя! — Ты бы не мог бежать аккуратнее? — еще смела выдвинуть претензию причина всех его несчастий. — Меня трясет, как селедку в бочке. — Простите, пожалуйста, Ваше Фейшество, что причиняю вам неудобство, но я пытаюсь спасти наши задницы от трех разозленных амбалов! — Твоя ирония сейчас неуместна, — ответила фея таким тоном, будто это из-за него они сейчас пытались скрыться от преследователей. — Беги быстрее! — Нас ждет серьезный разговор, Айя! — пообещал ей Вадим, ныряя под прилавок с рыбой, хозяйка которого в этот момент отошла. Как только преследовавшие его мужчины пробежали мимо, он вынырнул из-за прилавка и со всех ног понесся в противоположную сторону. Прячась за прилавками с разнообразными товарами, Вадиму удалось скрыться от преследователей. Выбежав с рынка, он свернул на одну из длинных пустынных улиц, на которой жили бедняки, и спрятался за поворотом. Едва он облегченно вздохнул, как к нему подбежала орава грязных ребятишек, требующих дать им монетки и в наглую запуская руки в его карманы. — Э-э… Дети, дети! Дайте мне пройти, — попытался избавиться от оборванцев Вадим цивилизованным способом. Но те привыкли к иной жизни, в которой царил свой закон, касающийся их выживания и пропитания. Айя быстро выбралась из-под его куртки и, взвившись в воздух, резко закричала. — Фея! Фея! — заверещали беспризорники, закрывая уши от ее крика и разбегаясь в разные стороны. — Он колдун! Это колдун! — Ты как? — поинтересовалась Айя, летая вокруг Вадима, у которого от ее крика потекла из носа кровь. — По-моему, меня контузило, — пробормотал Вадим, отнимая руки от
