Дугал воздел руки. В пыльном полумраке сияющее плетение кольчуги и алый сюртук придавали его фигуре фантастический вид.
– Вознесись, вознесись, дух мой, твоя обитель в горных высях! Понеже плоть бренная моя низринется в пучину тлена. – С печальным театральным вздохом он закрыл глаза.
– Придурок чертов! – Орион подхватил брошенный рыцарем арбалет и кожаную сумку со стрелами, снабженными железными наконечниками. – Кончай ты. Дуги! Волоки свою задницу к стене. Эти засранцы с машиной окажутся сейчас в пределах арбалетного выстрела!
Дугалов ореол отрешенности развеялся.
– О чем глаголешь ты, долговязый неумытый мастеровой?
– Они подтащили свою чертову рогатку к цеху при военно-морском складе и полезли на нее. Я так мыслю, что готовят ее к бою. Сейчас эти козлы на виду, и ты можешь накрыть их, если как следует рассчитаешь траекторию.
Дугал, Тони и большинство рудокопов поспешили к северной стене, где стоял Орион. Утрамбованная площадка между бараком и производственными постройками была усеяна трупами людей и халиков. Ревуны нанесли свой неожиданный удар как раз в тот момент, когда караван, груженный железными чурками, уже был готов отбыть в Ржавый Форт. Теперь требюше занял позицию примерно в девяноста метрах от барака, его частично заслонял навес над установкой. Прикрытием врагам служила большая куча еловых пней, сваленных по соседству с цехом при военно-морском складе, но из барака можно было разглядеть темную фигуру, перемещающуюся поверху осадного орудия и поправляющую, судя по всему, растяжки.
– Враг пришел в движение! – сообщил Беньямино, ведший наблюдение у одной из западных бойниц. – Они спускаются с холма и отворачивают к северу. Бьюсь об заклад – собираются помочь своим дружкам боеприпасами для бомбарды.
В пространстве между частоколом и железорудным карьером, там, где красная руда, словно открытая рана в теле земли, создавала разительный контраст с зеленью джунглей, скользили какие-то фигуры. Повисла жуткая тишина, прерываемая лишь скрипучими звуками требюше, с которым возился механик-ревун.
Дугал прицелился. «Ваннг», – пропел арбалет. Издалека донесся захлебывающийся рев. Небесно-голубая туша кувыркнулась с башни требюше и, прежде чем исчезнуть из вида, съежилась в маленькую черную фигурку. Из-за кучи пней раздался хор гневных воплей.
– Хей-йя! – Не отрывая глаз от подзорной трубы, Орион радостно хлопнул себя по бедру. – Гляди в оба! Вон, с другой стороны кучи! Слабое шевеление в пальмовнике!
«Ваннг».
Фантом, похожий на мохнатый клыкастый шар, подскочил вверх, молотя по воздуху рудиментарными конечностями, и заверещал, словно дикий кот. Прежде чем свалиться вниз, он тоже изменил форму.
– Попадание, совершенно явное попадание! – закричал Дугал.
– Второй готов! – загоготал Орион.
Тони хлопнул огромного рыцаря по кольчужному плечу.
– Отличная работа, друг мой.
– Всегда к вашим услугам, милорд.
– Эй! – выдохнул Беньямино. – Метательная стрела машины двигается. Они, наверное, уже приготовились стрелять.
Дугал отчаянно отыскивал мишень сквозь прицел арбалета.
– Не вижу ни одной долбаной твари… Я хочу сказать, милорд, ворог бежит от моего взгляда… Эва, а вот и началось!
Рычаг, оттягиваемый противовесами, склонился вниз. Требюше задрожал. Внезапно противовес упал, стрела взметнулась вверх, и глыба гранита весом килограмм в пятьдесят просвистела над крышей барака.
– Бисмалла! – возопил Сын Пророка, в очередной раз падая на колени. – Пришла наша погибель.
– Сделай что-нибудь, Дугал! – принялся понукать своего героического вассала Тони.
Но рыцарь бессильно покачал рыжей бородой.
– Я не могу узреть этих демонов, милорд. Они затаились за навесом над перегонным кубом.
– Перегонный куб! – Лицо Тони озарилось. – Военно-морской склад! Смола, деготь, бочонки со скипидаром в перегонном цехе. Если бы ты смог попасть туда горящей стрелой…
Тяжкий грохот ознаменовал падение нового валуна, на этот раз – метрах в пяти перед бараком.
– Они взяли нас в вилку, – простонал Орион. – Уходите с линии огня!
Все рассыпались в разные стороны. Отчаянно ругаясь, Тони пытался подстрогать ось лучной стрелы так, чтобы ее можно было выпустить из арбалета. Кто-то отыскал мех, наполненный легковоспламеняющимся дегтем, а Беньямино, пустив в ход свое искусство лагерного повара, быстро разжег огонь.
Первый снаряд, угодивший точно в цель, пробил крышу как раз в тот момент, когда Тони удалось-таки справиться со стрелой. Раздался треск, и с потолка дождем посыпались обломки. Переломившаяся балка упала на одного из рудокопов, придавив его к полу. Пока остальные пытались вызволить орущую и кашляющую жертву, Тони привязал к древку стрелы клок вымазанной дегтем ветоши и запалил его. Пылающий факел он вручил Дугалу.
– Это наш последний шанс. Целься прямо в открытое окно перегонного цеха. Ну, рази, великан!
Дугал прицелился и выпустил стрелу. Остальное, казалось, произошло одновременно. На крышу, как раз над той бойницей, у которой стояли Тони с Дугалом, упал еще один огромный валун. Сверху посыпались стропила и доски. В ушах у Тони раздалось оглушительное «бумм», он почувствовал, что падает, а потом услышал долгий перезвон и далекие неистовые вопли ревунов.
Когда Тони окончательно, словно сломанная кукла, погребенная под грудой гигантских счетных палочек, увяз в путанице обрушившихся с крыши жердей, раздался победный клич Ориона.
Тони догадался, что огненная стрела поразила цель, а потом провалился в забытье.
Очнулся Тони весь в лубках и бинтах. Над ним сияло улыбкой напоминающее вылепленную из асфальта маску лицо Денни Джонсона, временно исполняющего обязанности Главнокомандующего первобытных. Здесь же были медик из Скрытых Ручьев по имени Джафар и старикан Каваи собственной персоной.
Тони попытался заговорить, но челюсти не двигались.
– Шо со мной? – спросил он так, словно рот у него был набит кашей.
Доктор приподнял голову Тони, поднес к его губам стакан воды с соломинкой и помог напиться.
– У вас сломана челюсть, и я наложил шину, поэтому рот не открывается. Не волнуйтесь.
– Фем луффе. – Металлург сподвигнулся на кривобокую улыбку. – Знафит, каалерия носфела как раз фофремя, да?
Денни кивнул:
– Отряд бойцов из Ржавого Форта высадился с баржи, как раз когда эти засранцы заливали водой горящую катапульту и пытались помочь своим раненым. Мы перебили их всех.
– Вы и другие защитники проявили изумительную силу духа, Вейланд-сан,
– сказал старикан Каваи. – Свободное человечество в неоплатном долгу перед вами.
