отделанное прозрачными панелями здание офиса. Алиса кивнула в знак согласия. Мы направились в сторону боксов. До ушей долетел громкий лязг и стук, доносившийся из открытых дверей. Когда мы
подошли к дверям офиса, оттуда нам навстречу вышел Дима.
— Здравствуйте, вы, должно быть, владелица панамеры? — спросил он, внимательно оглядывая Алису с ног до головы. Укол ревности коснулся моей груди.
— Ага, — грустно произнесла она и снова поджала губы.
— Артур вам рассказал?
— Да, я объяснил, — вклинился я в разговор. — Дай мне иммобилайзер от порша, — на сей раз уже я протянул к нему ладонь. Дима неспешно провёл рукой по карману и выудил оттуда ключи. Я взял их и передал Алисе. Она поспешно направилась к своему автомобилю. Дима перевел на меня взгляд и ухмыльнулся. Его голубые глаза, похожие на мои, как две капли воды, изучали мое лицо.
— Так вот почему ты сегодня побрился?
— Отстань, — произнес я и ткнул его локтем. Он рассмеялся.
Я наблюдал, как Алиса подошла к своей машине, обогнула капот и застыла на месте. Ее прелестное лицо омрачилось, подбородок опустился, а плечи поникли. Не знаю, почему, но у меня сдавило сердце в груди. Она провела рукой по волосам и присела на корточки, вероятно, рассматривая разбитый бампер. Но затем Алиса резко выпрямилась, вздернула подбородок и обогнула кузов, направляясь к багажнику. Все ее тело напряглось. Она напустила на себя стальную, непробиваемую броню. Эта девушка стойкая, сильная. Мне нравилось это в ней. Я похлопал Диму по плечу.
— Тебя сегодня ждать дома на ужин? — его голубые глаза исследовали мое лицо. После развода брат стал чаще бывать у родителей на семейных ужинах. В браке он редко выбирался повидаться с
семьей. Его жена устраивала истерики всякий раз, когда он планировал поужинать с нами, а если они заезжали вдвоем, ее кислое лицо отравляло все веселье.
— Я собираюсь заскочить, — коротко ответил я и перевел взгляд в сторону девушки, достающей большой чемодан из машины. Дима проследил за моим взглядом и ухмыльнулся.
— До вечера, Ромео, — подразнил он меня и направился в сторону центрального бокса. Я покачал головой и поспешил к Алисе.
— Я помогу, — я легонько оттеснил ее в сторону и взялся за ручку багажа нежно лавандового цвета.
— Эй, — запротестовала она и толкнула меня в ответ. Она не подавала виду, но эта игривость поднимала ей настроение. — Я не маленькая, справлюсь сама. — Я настойчиво оттолкнул ее в сторону, заслужив недовольное хмыканье в ответ. Упрямая.
— Что ты собираешься с этим делать? — кивнул я на чемодан, ставя его на асфальтированную поверхность. Алиса стояла рядом со мной со скрещенными на груди руками.
— Отвезу в отель. Потом займусь машиной, — в ее интонации сквозила глубокая печаль. Она глубоко вздохнула. Черт, меньше всего мне хотелось, чтобы она грустила.
Я видел множество разбитых в хлам машин, побывавших в гораздо более тяжелых авариях. Видел рыдающих владельцев. Но никто до сих пор не смог пошатнуть мой эмоционально устойчивый профессионализм, кроме этой столичной красотки. Что со мной такое? Мне нужно взять себя в руки.
— Сколько я должна за услуги эвакуатора и осмотр? — Алиса посмотрела на меня снизу- вверх своими карими глазами. Я моргнул, заставляя шестеренки в своем мозгу вращаться. Трудно было не обращать внимание на ее пухлые губы.
— Ты ничего не должна, — наконец произнес я и выдвинул ручку ее чемодана. — Я подброшу тебя до отеля, — добавил я, чувствуя, что встречу возмущение с ее стороны. Она на мгновенье округлила глаза.
— Как это не должна? Вы выполнили работу. Или вы все тут, в Краснодаре, работаете даром?
— Теперь ты обобщаешь, — подразнил я её и быстро зашагал к своей Tahoe. Алисе пришлось ускорить шаг, чтобы поспевать за мной.
— Не уходи от темы, — сказала она. Я открыл багажник и легко закинул туда ее чемодан.
— Если ты хочешь рассчитаться со мной, то единственное, что я сделал — это прокатил тебя на своем байке. Так и быть, возьму плату. Как насчет того, чтобы выпить со мной кофе?
Алиса смотрела на меня одновременно недоверчиво и удивленно.
— А эвакуатор? И диагностика? Или что вы там делали…
— Лично я специализируюсь на мотоциклах и на покраске. Всем остальным занимается мой брат Дима, — я кивнул в сторону мастерской.
— Тогда я пойду и заплачу, — она махнула рукой в сторону офиса. Я усмехнулся.
— Не советую идти к Диме. Сегодня он ворчливый придурок, его жутко разозлил один клиент. Алиса выглядела растерянно. Я захлопнул багажник и коснулся ее плеча, чтобы вывести из состояния неподвижной статуи.
— Садись в машину, — я обошел ее фигуру с соблазнительными изгибами, подошел к водительской дверце и распахнул ее. Сегодня я настоящий джентльмен. Девушка помедлила, но затем нерешительно подошла к открытой двери и забралась на сиденье. Я закрыл за ней дверцу, обошел машину и сел за руль.
— Ты не ответила насчет чашки кофе, — я завел двигатель и вырулил с парковки. Алиса помолчала, и, слабо кивнув, сказала:
— Хорошо.
Я надеялся, что кружка кофе в приятном местечке перерастет в обед, а прекрасная незнакомка поделится со мной своей историей. Мне до жути было любопытно, кто эта загадочная девушка. Я выехал на дорогу и мельком взглянул на нее на пассажирском сиденье. Она отвернулась к окну и наблюдала за проносящимся мимо пейзажем нашего города. Моя рука потянулась в сторону бардачка. Я открыл его, обыскал изнутри и, найдя то, что хотел, захлопнул крышку. Я коснулся ладони Алисы. Она повернулась и вопросительно посмотрела на меня, переводя взгляд с моей руки на лицо.
— Что это?
— Телефон, — я положил аппарат ей в ладонь и вернул руку на рычаг переключения передач.
— Зачем? — Алиса покрутила его в руках.
— Потому что у тебя его нет. Не было до этой минуты.
— Он мне не нужен, — она потянулась к бардачку, но я остановил ее, нежно обхватив пальцами за кисть.
— Оставь себе. Неизвестно, сколько ты пробудешь здесь. Мне нужно будет связаться с тобой насчет ремонта. К тому же, машину надо отогнать в сервис. Потом ты просто оставишь его на ресепшене в отеле, если он будет не нужен.
— Но… Я могу купить себе телефон, — клянусь, она захныкала, словно ребенок. Я бросил на нее взгляд. В ее глазах не было злости за грубое вторжение, хотя меня и не касались ее проблемы. Может она
не пользуется смартфонами по идеологическим или религиозным соображениям. Кто знает этих столичных мажоров? В ее шоколадном взгляде не было раздражения. Она выглядела… растерянной, удивленной. Словно ребенок, которому никогда не дарили подарки, и однажды
