– А вы чересчур привередливы! – Лорд Синвелин засмеялся. – У лорда Милвуара вы обходились без женщины, и во время пути – ни одной шлюхи. Уж не монах ли вы?
Брайс улыбнулся.
– Я думал о том, чтобы принять сан, но, уверяю вас, вскоре отказался от этой мысли.
– Вы было меня перепугали! – Синвелин поднял кубок. – Если Ула вам не нравится, то я передам ее Мадоку или другим.
Брайс до боли сжал зубы.
– Я не говорил, что она мне не нравится, милорд.
Пусть уж лучше девушка достанется ему, чем ее начнут передавать от одного к другому, подобно чаше на пирушке. Спать с ней он, разумеется, не будет. У нее, ко всему прочему, могут оказаться блохи. Он просто даст ей монетку и отошлет прочь.
Однако мысленно он дал себе слово, что когда станет здесь хозяином, получит власть и титул, то ни за что не позволит, чтобы в его владениях с кем-либо так обращались.
Он не мог себе представить, как может Синвелин думать о ночи с другой женщиной, если помолвлен с красивой, изящной и пылкой Рианон Делейни. Она искусительница, эта Рианон. Сначала завлекала его, затем притворялась возмущенной и, будучи невестой другого, с таким простодушным восхищением смотрела на него!
Брайс нахмурился. Раз так, то пусть леди Рианон получит такого мужа, какого заслуживает.
В неясном свете туманного утра Брайс оглядел пеструю толпу, собравшуюся во дворе Эннед-Бейча. Взоры всех были нацелены на него, словно острия кинжалов, но он не обращал на это внимания, так как привык к презрительным взглядам. Он внимательно рассмотрел стоящих перед ним мужчин. Одеты они были в залатанную домотканую одежду, разнородные кольчуги и остатки доспехов. Мечи оказались только у пятерых, у нескольких – копья, а у одного или двух – ножи.
Хорошо хоть, что вид у них был не такой голодный, как у остальных слуг в Эннед-Бейче.
Может, они прячут остальное оружие под одеждой? – спросил себя Брайс. Его это не испугало бы. Он сомневался, что среди них есть хоть один должным образом обученный воин. Такое войско в битве либо сразу перебьют, либо оно разбежится. Но если в бой против соплеменников их поведет нормандец, то они кинутся не врассыпную, а на своего командующего.
Значит, надо заслужить их верность, как бы тяжело ему ни пришлось, решил Брайс. Он превратит эту шайку в гарнизон, которым можно будет гордиться, и тем самым докажет, что достоин не только рыцарского звания, но и других наград, которыми удостоит его Синвелин ап Хайуэл.
Брайс поправил пояс и распрямил плечи под новой черной шерстяной туникой, которую отдал ему лорд Синвелин. Она была длиннее его прежней кожаной куртки, а от шерстяных рукавов чесались руки.
Рядом с Брайсом стоял взволнованный Эрмин. На его долю выпала роль переводчика до тех пор, пока люди не научатся понимать французскую речь их командира.
Эрмин настороженно поглядывал в сторону казарм, где воины из свиты Синвелина, облаченные в боевые доспехи, показывали пальцами и насмехались над потрепанными воинами гарнизона. А Брайса радовало, что его подопечные не теряются перед ними – их просто раздражает поведение свиты Синвелина.
Не успел Брайс обратиться к своему гарнизону, как перед ним появился лорд Синвелин в превосходной работы кольчуге под простым черным плащом, доходящим ему до колен и с разрезами по бокам. Шлем тоже был сделан весьма искусно.
– Милорд, – с почтительным поклоном произнес Брайс и бросил грозный взгляд на своих солдат, которые торопливо последовали его примеру.
– Жаль, но это все, чем вы можете располагать, – сказал Синвелин, хотя по его голосу было ясно, что никакого сожаления он не испытывает. – Я все же уверен, что человек ваших способностей скоро вымуштрует их, и они смогут достойно оборонять Эннед-Бейч.
– Благодарю вас, милорд. Вот только бы раздобыть им такое же хорошее оружие, как у ваших людей.
Синвелин улыбнулся и кивнул.
– Вы правы, и это поместье сможет принести достойный доход, чтобы купить оружие. Что касается моей свиты, – он указал пальцем на Мадока, – то мы нарядились, чтобы показать барону, как я богат и могуществен.
– Вероятно, это тоже дань традиции?
– Вы быстро усваиваете, Фрешет. А теперь поехали – пора отбивать невесту.
– Неужели так рано, милорд?
– Они скоро появятся, так как барон Делейни не любит долго спать.
– Хорошо, милорд.
– Когда мы их встретим, то ждите моего знака. Затем отвезете Рианон в Эннед-Бейч. Скачите галопом, так как может быть погоня.
Брайс кивнул.
Синвелин сказал гарнизону что-то веселое по-валлийски и направился к своей свите.
– Что сказал лорд Синвелин? – спросил Брайс Эрмина.
Тощий юноша потупился.
– Делать, как вы прикажете, – робко вымолвил он. Видно, он был не в ладах с нормандским диалектом французского языка.
– Ты хочешь сказать, чтобы повиновались моим приказам?
– Да, сэр.
– И что еще?
– Еще… – Эрмин заколебался, подыскивая нужные слова.
Тут лорд Синвелин и его свита сели на лошадей.
– Фрешет! – раздался крик.
– Вели людям пойти на кухню и подкрепиться, – приказал Брайс Эрмину.
У того расширились от удивления глаза, и он кивнул, а Брайс услышал, как по гарнизону пронесся тихий гул.
Брайс направился к своему коню, уже оседланному мальчиком-конюхом, и заметил Улу, которая торопливо шла к башне, держа в руках стул.
– Я рад, что вы не слишком ее утомили вчера, – сказал Синвелин. – Ей предстоит готовить покои в башне для нас с Рианон. – И Синвелин подмигнул Брайсу. – Еще один валлийский обычай. Саги уп у gwely.
Брайсу на этот раз не понадобился переводчик – он и так понял, что для жителей Уэльса необязательно ждать благословения священника и подписания брачного контракта.
Лорд Синвелин взмахнул рукой, ворота распахнулись, и отряд выехал из крепости.
* * *
Кортеж медленно продвигался по лесу. Дождевая вода, падавшая с листьев, промочила одежды всадников. Во главе кортежа ехал барон Делейни с сыновьями, а за ними на своей смирной лошадке – Рианон. День выдался сырой и туманный, поэтому для путешествия она надела легкую коричневую шерстяную накидку с капюшоном, а волосы заплела в две длинных, толстых косы.
Тишину нарушали лишь топот конских копыт, легкое позвякивание звеньев кольчуг да редкий крик кроншнепа. Многие всадники дремали в седлах, так как барон любил рано отправляться в путь. Рианон подавила зевок. Когда же, наконец, они доберутся до дома? Ей не терпелось очутиться там, где она всех знала, и все знали ее, где не встретишь любопытных сплетниц, которые упиваются поводом обсудить ничего не значащий неожиданный поцелуй и хихикают у тебя за спиной.
Она посмотрела вперед и заметила, как отец подал неожиданный знак Гриффиду выдвинуться. Вид у отца стал настороженным, словно он заподозрил опасность.
