Закон приводит перечень основных прав представителей меньшинств. Кроме того, он устанавливает процедуру и правила для основания культурных автономий, предназначенные для поддержания системы образовательных и культурных организаций меньшинств. Культурные автономии могут быть основаны немцами, русскими, шведами, евреями или тремя тысячами эстонских граждан, принадлежащих к другим меньшинствам (статьи 1 и 2 (2)). Ни одна культурная автономия не создавалась в Эстонии с 1993 г. (и до начала 2004 г. – В. П.). Возможными причинами этого являются громоздкая процедура основания, отсутствие определенного обязательства со стороны государства финансировать работу культурных и образовательных учреждений меньшинств и (последнее по счету, но не по важности) критерий гражданства.
То же определение национального меньшинства приводилось в декларации, заявленной Эстонией при ратификации Рамочной конвенции по защите национальных меньшинств. Однако в своем «Мнении по Эстонии» Консультативный комитет Рамочной конвенции рассматривает проблемы как граждан, так и неграждан, принадлежащих к этническим меньшинствам.[76]
В настоящий момент ограничительное определение национального меньшинства не имеет практического смысла. Моноэтнические эстонские семьи составляют лишь 65 % всех семей в стране.[77] 99 % этнических эстонцев имеют эстонское гражданство.[78] 75 % всех семей состоят только из эстонских граждан, 13 % – только из неграждан, 12 % – одновременно из граждан и неграждан. Иными словами, существует значительное число семей из числа меньшинств, которые состоят и из граждан, и из неграждан.[79] Формально члены таких семей не равны в своем доступе к правам меньшинств.
Подобная дифференциация невозможна на практике. Граждане и неграждане не имеют каких-либо отдельных культурных или образовательных учреждений и организаций. Однако отсутствие официального признания может способствовать отчуждению неграждан и других представителей меньшинств от Эстонского государства и общества.
Образование
Права неграждан на образование не могут рассматриваться отдельно от таких же прав меньшинств. До 1991 г. в Эстонии на всех уровнях можно было получить образование на эстонском или русском языке. После того как страна вновь обрела независимость, возможности обучения на русском языке стали сокращаться. В настоящее время финансируемые государством высшие учебные заведения организуют обучение только на эстонском языке за немногими исключениями для некоторых групп. Молодые люди без хорошего знания эстонского языка могут продолжать обучение в «русских» высших учебных заведениях, которые являются частными. Однако эти заведения обычно не имеют аккредитации для программ обучения в магистратуре и докторантуре.
Несмотря на то что меньшинства в целом хорошо образованы, молодежь из их числа недостаточно представлена среди студентов вузов. Так, 9 % эстонцев в возрастной группе 15–19 лет, 27 % – в группе 20–24 лет и 9 % – в группе 2529 лет учатся в вузах. Для неэстонцев соответствующие показатели – 9, 18 и 5 %.[80] Различия еще более заметны на уровне обучения на основе магистерских и докторских программ.
Таблица 16. Эстонцы и неэстонцы, обучающиеся на основе магистерских и докторских программ, общенациональная перепись 2000 г.[81]
Право представителей меньшинств на начальное и основное образование на родном языке (русском) признается видными политическими силами в Эстонии. Что касается гимназий (10-12-й классы), то начиная с 2007/2008 учебного года Эстония начнет их перевод на эстонский язык в качестве основного средства обучения. После этой даты 60 % всей работы в гимназиях, в которых учатся дети из меньшинств, должно производиться на эстонском языке. Власти могут позволить той или иной школе на индивидуальной основе продлить переходный период (статьи 9 и 52 Закона об основной школе и гимназии). Предлагаемая реформа средней школы представителями меньшинств воспринимается неоднозначно.
Некоторые неэстонцы решили послать своих детей в эстоноязычные школы, тогда как многие нерусские меньшинства продолжают направлять своих детей в русскоязычные школы. На данный момент при определенных условиях эти дети имеют право на уроки родного языка и культуры в школах, финансируемых государством (статья 9 (3)).
Официальное использование языка меньшинств
Русский является родным языком большинства неграждан и представителей меньшинств. Эстонское законодательство предоставляет не говорящим на эстонском языке некоторые гарантии, касающиеся официального использования языка меньшинств.
Согласно статье 10 Закона о языке (основанного на статье 51 Конституции):
если не менее половины постоянных жителей местного самоуправления относятся к национальному меньшинству, каждый имеет право получать ответы от государственных учреждений, действующих на территории соответствующего местного самоуправления, и от соответствующего местного самоуправления и его должностных лиц на языке этого национального меньшинства, равно как и на эстонском языке.
Как граждане, так и неграждане, принадлежащие к меньшинствам, могут пользоваться благами, вытекающими из этого положения. Однако его осуществление на практике довольно непоследовательно.
Конституция (статья 52) и Закон о языке (статья 11) предусматривают возможность использования языка меньшинств в качестве второго официального языка «в местных самоуправлениях, где эстонский язык не является языком большинства постоянных жителей». Однако ни одно местное самоуправление не получило разрешения на двуязычную работу от национального правительства согласно установленной процедуре. В результате местные власти не должны прилагать к эстонской документации русский перевод официальных приглашений, объявлений и извещений (статья 13). На практике, однако, русский язык широко используется для официального информирования в преобладающе «русских» самоуправлениях.
Не существует обязанности использовать язык меньшинств для информирования потребителей (в том числе в информационных памятках, прилагаемых к лекарствам и опасным товарам) (статья 16).
В эстонских судах нет запрета на использование языка меньшинств или иностранного языка. Впрочем, в большинстве случаев применяется требование устного или письменного перевода на эстонский язык (Уголовно-процессуальный кодекс (статья 16), Гражданско-процессуальный кодекс (статья 7)).
Резюме
• Образовательный уровень неграждан различных статусных групп близок к уровню эстонских граждан. Что же касается возрастной структуры, то представители старшего поколения избыточно представлены среди российских граждан.
• Неграждане со срочными видами на жительство должны иметь разрешения на работу. Приехать в Эстонию на работу возможно, хотя это и сложная процедура. Большинство резидентов советской эпохи не нуждается в разрешении на работу благодаря особым положениям закона.
• Неграждане не могут работать на государственной службе и на некоторых других должностях. Для всех должностей в публичной сфере и для многих – в частной сфере закон требует наличия сертификата о владении эстонским языком (если данное лицо не окончило учебного заведения с эстонским языком обучения).
• Уровень безработицы у неграждан в полтора-два раза выше по сравнению с эстонскими гражданами. Он отражает социально-экономическое неравенство между этническими меньшинствами и большинством населения страны.
• Эстонские граждане и неграждане фактически имеют равный доступ к большей части социальных льгот и услуг. Некоторые исключения относятся к иностранцам со срочными видами на жительство.
• Неграждане могут спокойно пользоваться своими правами собственности. Однако введен ряд ограничений на их сделки с недвижимым имуществом и оружием.
• Неграждане официально не признаны в Эстонии в качестве представителей национального меньшинства. Впрочем, это не имеет практического значения в условиях, когда основополагающий правовой акт о меньшинствах так и не был никогда проведен в жизнь. Граждане и неграждане из числа меньшинств участвуют в одной и той же культурной деятельности и в образовании без реальной дифференциации.
• Несмотря на высокий уровень образования представителей меньшинств (и неграждан), молодежь из их числа недостаточно представлена среди студентов высших учебных заведений в Эстонии. Финансируемые государством институты и университеты за немногими исключениями ведут обучение только на эстонском языке. В настоящий момент представители меньшинств все еще могут получать образование на уровне средней школы на русском языке, финансируемое государством. Однако начиная с 2007 г. в гимназиях, в которых учатся дети из меньшинств, начнется переход на эстонский язык в качестве основного средства обучения.
