попытаюсь сделать так, чтобы он победил, и я выиграл пари, но на этом всё. Пусть мы с Неврозовыми и стали сотрудничать, я им ничего не должен, а усиливать тех, кто может в будущем стать врагом, будет глупостью. Даже если этот кто-то — мой ученик. В любом случае, время покажет, но пока что Тимофею придётся действовать своими силами и рвать жилы. Хотя печати Сбора Энергии и Регенерации ему ой как пригодились бы.
Основная проблема не только в том, что парень сдерживает себя. Но ещё и в количестве энергии, доступной ему. В ранге Воина её катастрофически мало, а Барьеры сжирают просто уйму сил. Когда он достигнет Ветерана, это нивелируется, хоть и не сильно.
Стабильно удерживая один Жёсткий Барьер, мальчишка начал создавать ещё один. Он замерцал в разы сильнее, чем прошлый и практически сразу потух, но Тимофей успел напитать его. Итого два.
От такого напряга парень весь ссутулился и затрясся. Его плечи осунулись, а вытянутая рука стала похожа на дрожащую ветку дерева в ураган.
— Эх, опять он за своё…
Подняв с земли небольшую палку, я направился к Тимофею, создавая под ногами Жёсткие Барьеры. Не буду же я окунаться в это озеро.
— Ну и? — остановился рядом с ним. — О чём опять думаешь?
Глаза мальчишки были закрыты, губы сжаты в тонкую линию.
— О-о-о… б-барьерах…
— Врёшь, — ударил я его по голове палкой, отчего он вскрикнул и чуть не потерял концентрацию. Тимофей открыл глаза и зло посмотрел на меня. — Я уже говорил тебе: не стоит врать наставнику. Считай, что охрененно тонкий лёд начал трескаться. Повторяю вопрос: о чём опять думаешь?
Перестав удерживать Барьеры, Неврозов развеял их и судорожно вздохнул, опустив взгляд на мокрый камень.
— Я пытаюсь заставить себя вспомнить и ощутить, что было, когда меня чуть не убили оборотни. В тот момент мне удалось создать и поддерживать сразу три Жёстких Барьера, не говоря уже о том, чтобы защищать себя Гибким. Но ничего не получается. Моей жизни ничего не угрожает, а вода не так бьёт, как оборотни. А если у меня опять не получится? Что если мне в тот раз просто повезло? Я поверил в себя, как и ты говорил, Дим! Но вдруг это просто удача! Меня берёт дикая злоба от того, что ничего не получается! Всю жизнь надо мной насмехались из-за слабого дара! Одноклассники называли слабаком, и даже в университете одногруппники считают меня за бездарность и пустое место!
Что-то он разошёлся. Вон как сила пышет!
— Ай! За что⁈ — обижено сказал он, потирая лоб, когда вновь получил по башке.
— А что если… А вдруг… Вода делает так, а не эдак… Надо мной насмехались… Считают слабым… — передразнил его, расхаживая вокруг парня по собственному Барьеру, чему тот удивлялся. — Слишком много мыслей, Тимофей. Ты пытаешься войти в то же состояние, которое ощутил при опасности, но это невозможно. Наш разум работает именно так, — постучал я пальцем по виску. — Выжать все соки тогда, когда нужно выжить. Прибегнуть к этому насильно невозможно. Точнее… можно, но у тебя это сейчас не получится. Как бы сказал один мой знакомый: «Не твой уровень, дорогой!»
Мальчишка молча слушал меня, а я ходил вокруг него, постукивая палкой по спине, как какой-то сенсей.
— Злоба… Хороший вариант, но тебе он не подойдёт. Это очень сильная эмоция, но с даром Барьера не сочетается. Нужны холодный разум, полная концентрация и контроль.
— И из-за моих мыслей я не могу этого достичь…
— Именно, — кивнул я, подняв указательный палец и задумчиво хмыкнул. — А как именно насмехались?
Парень посмотрел на меня тяжёлым взглядом и начал рассказывать. Как оказалось, тот его подвиг возле ресторана был чуть ли не криком души. Проявить и доказать самому себе, что он на что-то способен. Способен спасти людей и что он не слабак. Юношеский максимализм, который чуть ли не стоил ему жизни. Вот только при каждом слове его энергия выходила за границы и полыхала. А уж когда вода под его ногами начала испаряться, то пришёл черед удивляться уже мне. Слабак? Бездарность? Да в тебе, мелочь пузатая, есть зачатки второго дара! Даже удивительно, что он унаследовал от матери дар Барьеров, а не дар отца, который был стихийником огня. Обычно, дети берут силу именно от своих отцов. Хм, а ведь Неврозов старший, по моим данным, в прошлом частенько лазал в Разломы. Могло ли быть так, что из-за этого не он сам раскрыл второй дар, а передал его сыну? Шанс мизерный, но Многомерная Вселенная умеет удивлять и не такими вывертами.
И вот на этой ноте план тренировки резко изменился, а в голове возникла идея.
— Так, хорош, — остановил я поток его слов, который он выливал и который лишь преумножал его злобу. — Я хочу кое-что попробовать.
Мальчишка прикрыл глаза и успокоился, как и его сила. Камень вновь намок, и Тимофей этого не заметил. Рассказав, что конкретно от него требуется и приказав не открывать глаз, я встал за его спиной и начал говорить:
— Отбрось мысли о неудачах и сконцентрируйся на лицах тех, кто тебя оскорблял. Помни, что это воспоминания и сейчас их нет, но представь… что они сейчас перед тобой. Вспомни ту злобу и постарайся оставить разум холодным.
— Разве такое возможно? — поморщился Тимофей.
— Возможно, и называется это — Холодная ярость. Она обжигает и дает нам возможность делать то, что мы не можем делать обычно. Чувство того, что тебя недостаточно. Желание убедиться, что такого больше не повторится. Разозлиться, но поверить, что впредь ты способен всё изменить. Ты представил тех людей? — Он кивнул. — А теперь сосредоточься на водопаде перед тобой и создай Жёсткий Барьер, подпитывая его эмоцией, за которую ухватился.
Потекли секунды, падение воды было монотонным и вводило в некое состояние транса. Тимофей был напряжён, а судя по его лицу, переживал не самые приятные моменты воспоминаний. Вот только вскоре черты его лица расслабились, он вытянул руку и прошептал:
— Больше никогда…
Раздался всплеск, меня слегка окатило, пока над головой не появился Жёсткий Барьер в виде купола. Неврозова хорошо потряхивало, его сила полыхала, а я… засмеялся во весь голос и прошептал:
— Жаль, что ты этого не видишь, Долгов… Хотелось бы сейчас взглянуть на твою рожу.
Четыре Жёстких Барьера удерживали водопад стеной, соприкасаясь друг с другом и сияя от влитой энергии. Тимофей выжимал из себя все соки, но смеялся я отнюдь не от этого! Поверх его Барьеров появлялись мелкие всполохи огня! Очень слабые
