Одновременно вполне возможно, как то и предусмотрено законом, факультативное религиозное образование. Действительно, для традиционно верующего ребенка или подростка ненормально выслушивать лекцию о том же дарвинизме, подаваемом как истина в последней инстанции. Но ведь невозможно в школьном курсе, во всяком случае в начальной и средней школе преподавать многовариантные курсы, включающие все – весьма многочисленные – концептуально несовместимые варианты. Это общая проблема школьного обучения. Его можно и нужно сделать менее жестким, но радикально решить проблему пока никто не берется. Для религиозного школьника хорошим выходом может быть только терпимость учителя (биологии, истории и т.д.), его готовность к диалогу с учеником. И – параллельное религиозное обучение, с такими же толерантными учителями. Увы, до всего этого еще очень далеко.
Но авторы, связанные с вышеупомянутым Координационным советом по взаимодействию Церкви и Министерства образования, представляют дело совершенно иначе. Во-первых, они настаивают на порочной (а для нашей федерации, определяемой наполовину этнически – даже опасной) идее обучения именно «титульной» религии. Во-вторых, отвергая религиоведческий подход как атеистический (что неверно по существу), они проводят идею обучения религии как основе «нашей культуры», то есть фактически – как идеологии. Их курс «Основ православной культуры» поражает не только объемом, подходящим скорее православной воскресной школе, а то и начальному курсу семинарии, но и совершенно очевидной ориентацией на обучение преимущественно не сведениям о православии или его истории, и не православной культуре в узком смысле (архитектура, живопись и т.д.), и даже не православию как религии (суть вероучения затронута мало), а именно некоторому целостному идеологическому феномену. Более всего текст программы похож на конспект по предмету «Православие – русская национальная идея».
Вот лишь избранные пункты из этого «конспекта»:
Образование папства (латинства) как особой религии и организации. Перемещение центра христианской цивилизации и культуры в Россию.
Основные исторические редакции книг Ветхого Завета; Септуагинта, Пешито, Вульгата, Масоретский текст, его (почему-то только его – А.В.) недостатки.
Церковно-славянский богослужебный язык как святыня Русской Православной Церкви и величайшая ценность русской культуры.
Предание об избрании Веры. Православие – традиционная религия русского народа, православные основы русской цивилизации. Святость как идеал народной жизни.
Святая Русь: православный христианский уклад жизни общества в Московском Царстве. Русский Домострой. Симфония государственно-общественного строя Московской Руси.
Царская Семья.
Некоторым этот документ к тому же напомнил довольно-таки ксенофобный учебник «Основ православной культуры» (автор – Алла Бородина), по которому уже учатся в некоторых школах Москвы, Подмосковья и Воронежской области, и который был рекомендован все тем же Координационным советом по взаимодействию Церкви и Министерства образования[106]. Некоторые правозащитники даже требуют возбудить по факту издания учебника уголовное дело по статье о возбуждении национальной и религиозной вражды. Прокуратура пока упирается[107], и на наш взгляд, правильно делает: все-таки здесь нет уголовного преступления. Но и преподавать по подобным учебникам явно вредно.
Не удивительно, что чиновникам пришлось оправдываться перед возмущенной общественностью. Министерство выпустило специальный пресс-релиз, в котором уточнило, что
преподавание «Основ православной культуры» не будет включаться в федеральный компонент общего среднего образования, то есть в обязательное содержание для всех школ страны,… может реализовываться только в рамках регионального или школьного компонентов по решению субъекта РФ (по региональному компоненту) или образовательного учреждения (по школьному компоненту),… может реализовываться только в рамках факультатива или предметов по выбору и, таким образом, только с согласия учащегося и его родителей[108].
А министр специально объяснял, что на практике огромный курс будет преподаваться лишь частично – по выбору преподавателя[109].
Против курса все равно выступали довольно влиятельные силы – глава думского комитета по образованию Александр Шишлов[110], заместитель руководителя аппарата правительства Алексей Волин (особенно резко)[111], Госсовет Татарстана[112]. Но зато звучали и голоса поддержки, в том числе радикально развернули фронт коммунисты. На момент написания статьи уже нет никаких сомнений, что вопрос в принципе решен, и курс «Основы православной культуры» будет теперь ускоренно внедряться в школах большинства регионов.
Другой вопрос – каково окажется это ускорение. Вероятнее всего, оно будет незначительно. Главное препятствие для внедрения «Основ» и подобных им предметов какой бы то ни было религиозной ориентации – острая нехватка сколько-нибудь квалифицированных преподавателей. Священники и так перегружены, ориентирующихся в религиозных вопросах школьных учителей очень мало, выпускников-теологов пока почти нет, и количество их вряд ли будет быстро расти. Останется только доучивать-переучивать нынешних учителей-гуманитариев, но желающих найдется не так много, да и преподавателей для них (а также соответствующих образовательных структур) тоже будет недоставать. Кроме того, даже те региональные или местные власти, которые по тем ли иным причинам хотят сближения с Церковью, не имеют лишних бюджетных средств, реальные дела в этом вопросе (как и во многих других) повсеместно далеко отстают от деклараций.
Сохраняются шансы и на переориентацию нового учебного курса в более толерантном, плюралистическом духе. Сами по себе высказывания высших чиновников в поддержку курса вполне толерантны:
Наша задача – создать возможность для получения сертифицированных и стандартизированных знаний о мировоззрениях и традиционных для нашей страны религиях. А верить или не верить – это уже личное дело каждого. Государство не может подталкивать человека ни к тому, ни к другому[113].
Пафос этой декларации Сергея Кириенко и ей подобных, произносимых другими, должен как-то отразиться на сути конкретной программы обучения, рекомендуемой школам. 18 декабря 2002 г. Министерство образования заявило, что поправки действительно будут внесены. Более того, в пресс-релизе[114] говорилось, что «Основы» не могут быть обязательны даже для отдельного региона в целом и что параллельно министерством будет готовиться курс по основам культуры мировых религий, представленных в России.
Каковы окажутся реальные последствия всех вышеописанных маневров, предсказать пока невозможно. Повторим, что некоторое, медленное и неравномерное, продвижение православного образования в школу совершенно неизбежно. Но вопрос скорее не в темпах, а в качестве.
Заключение
Итак, в первые годы президентства Владимира Путина неопределенные отношения, сложившиеся между Церковью и государством при Борисе Ельцине, так и не приобрели определенности. Церковь стала лояльнее к власти, но не стала управляемее. Власть лишь в очень небольшой степени реально использует Церковь для своей легитимации, но и Церковь добилась от власти скорее символической, чем реальной поддержки.
Для церковно-государственных отношений существует несколько объяснительных моделей. Не стремясь дать их полный обзор, отметим лишь некоторые.
Широко распространена модель, согласно которой путинское правление эволюционирует к авторитарному режиму с православно-патриотической идеологией, а Московская Патриархия втайне приветствует эту эволюцию и надеется вернуться к дореволюционному режиму государственной Церкви[115]. Действительно, в поведении власти в целом в последнее время все больше заметны определенные идеологические мотивы, кое-какой прогресс есть и в упрочении особого статуса РПЦ. И все же нам эта модель представляется неверной с обеих ее сторон.
Авторитарные тенденции в путинском правлении налицо, и трудно сказать, как далеко они могут зайти. Но более или менее сознательно такую линию проводит лишь часть президентского окружения. И только часть этой части все теснее смыкается с Патриархией, открыто говоря о необходимости для власти православного идеологического фундамента. В этой статье уже упоминались Сергей Пугачев, Георгий Полтавченко (считающий Россию богоизбранной страной в том же смысле, в котором богоизбран еврейский народ[116]), Петр Латышев, Виктор Казанцев. Пока эти люди не доминируют политически. А кроме того, пока не видно сложившейся вокруг них разработанной политической или идеологической программы, реализация которой могла бы привести к установлению православного, в идеологическом смысле этого слова, авторитарного режима.
