Она заметила, как помрачнело его лицо, а в глазах промелькнуло разочарование. И Лия была рада этому. Она с удовольствием сделала бы что-нибудь еще, что заставило бы его страдать.
— Из-за тебя мой отец потерял все, — прошептала Лия. — Моя сестра лишилась возможности лечиться. Мама умерла, не выдержав потери мужа и дочери. Они все умерли по твоей вине!
— Нет! По вине твоего отца, — холодно возразил Рорк. — Твой отец был неудачником. Он не умел правильно вести дела и не думал о последствиях, закладывая имущество. Такой мужчина, как он, не должен заводить семью, если не в состоянии…
Лия не удержалась и влепила ему пощечину. Рорк с удивлением провел рукой по горящей щеке.
— Не смей называть моего отца неудачником! — Она с ненавистью посмотрела на Рорка. Лия понимала, что готова разрыдаться, но пыталась сдержать слезы, чтобы не дать ему удовольствия увидеть ее плачущей. — Ты соблазнил меня, чтобы построить небоскребы! Как это может кому-то принести счастье? Мой отец любил нас. Он делал все не для собственного обогащения, а ради семьи! И ты еще смеешь его в чем-то обвинять! Он был замечательным человеком! В отличие от тебя!
Рорк выпрямился и какое-то время молча смотрел на Лию ничего не говоря. Их взгляды пересеклись. Лия слышала свое прерывистое дыхание и пение птиц. Подул легкий ветерок, и листья деревьев зашелестели.
Вдруг Рорк сжал зубы и прищурился.
— Ты уже была моей, — вдруг заговорил он, глаза его стали холодными. — И если купить землю я уже не могу, нам не о чем с тобой говорить. Мне от тебя больше ничего не нужно, так что я не собираюсь здесь задерживаться. Да, сообщи мне, если вдруг забеременела.
Подняв свой кейс, он повернулся и вышел из сада. Калитка звякнула за его спиной.
Лия не двигаясь слушала звук шагов Рорка. Когда она поняла, что осталась одна, то позволила себе упасть на колени и разрыдаться.
Как она ошиблась! Что она наделала! Этот мужчина отнял у нее все! А теперь она сама отдала ему свою невинность. И этим предала память своей семьи и Джованни!
Не прошло и четырех месяцев после их разорения, как отец умер от сердечного приступа в маленькой квартирке, которую они снимали из-за того, что их трехэтажный дом на берегу был продан за долги.
Слава богу, что Джованни оказался рядом с ней. Сколько он сделал для нее! Когда Виллани приехал из Италии на похороны ее отца, то увидел, как она пытается поддерживать свою больную сестру и мать, которая от горя ничего не говорила и только плакала. На следующее же утро он сделал ей предложение.
«Твой отец во время войны спас мне жизнь. Я тогда был примерно твоего возраста. Жаль, что я ничего не знал о ваших проблемах. Почему он мне ничего не рассказал? — В глазах Джованни стояли слезы. — Отныне я буду заботиться о вас. Амелия, выходи за меня замуж. Стань моей графиней». — «Замуж?» — переспросила она тогда. Все-таки граф Виллани был раза в три старше ее, «Только на бумаге, — пояснил он. — Моя жена умерла год назад. Никто не сможет вытеснить Магдалену из моего сердца. Мы с ней прожили вместе пятьдесят лет. Будь моим другом и позволь мне вернуть долг старому другу хотя бы тем, что я обеспечу благополучие его дочери. Твоя мать слишком горда, чтобы принять помощь от меня, но если она поверит, что это твой выбор, то…»
Лия согласилась и никогда не пожалела о своем решении. С Джованни она чувствовала себя счастливой. Он был очень хорошим человеком. Однако их брак не спас ни сестру, ни ее мать.
Оливии уже не могло помочь никакое лечение, поэтому они переехали из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк, где находилась лучшая больница для таких пациентов, как она. Но, несмотря на свою мужественную борьбу с болезнью, Оливия умерла, не дожив до своего четырнадцатого дня рождения. А через неделю от передозировки снотворного умерла мать Лии. Лия до сих пор не хотела верить в то, что мать сделала это специально.
Если бы безжалостный Рорк не отнял у ее отца компанию, тот бы не залез в долги, и все могло бы быть иначе. Появились бы инвесторы, которые поправили бы дела компании. Оливия бы лечилась. И вдруг экспериментальное лечение ей бы помогло? Конечно, сестра вряд ли бы поправилась, поскольку врач в Калифорнии только начинал пробовать свой метод. Но кто знает? Шанс был, а Рорк отнял у них всякую надежду. Отец, сестра, мать!.. Их всех погубил Рорк Наварра! Лия сжала руки, и лицо ее перекосило от ненависти.
Ему и этого оказалось мало! Он соблазнил ее и лишил девственности ради своего выгодного проекта. У этого мужчины нет совести! Лия проклинала его и себя за собственную слабость. Она из-за него предала и свою семью, и Джованни.
Поднявшись, она поплелась в дом, чтобы поскорее принять душ и смыть с себя запах тела Рорка. Лия старалась не думать о том, что произошло: как Рорк обнимал ее и слова, которые он шептал ей на ухо в порыве страсти.
«Лия! Что ты со мной делаешь?» — пронеслось у нее в голове, и Лия увидела перед собой лицо Рорка с закрытыми от наслаждения глазами.
Она тряхнула головой. Горячая вода лилась по ее телу, но смыть воспоминания о случившемся не получалось. Чувство вины и стыда переполняло Лию. Она предала память Джованни самым ужасным образом — в его любимом саду. Она предала память о своих родных, получив наслаждение от ласк Рорка.
Ей казалось, что это был самый худший день в ее жизни, но она ошиблась…
Через три недели Лия поняла, что беременна.
Глава 7
Восемнадцать месяцев спустя
Рорк не мог поверить в то, что его лучший друг решил жениться. Он познакомился с Натаном на Аляске, где они учились в одном колледже. Пятнадцать лет они вместе наслаждались жизнью закоренелых холостяков: работали с удовольствием, делая деньги, и заводили романы с бесчисленным количеством красоток. И вот Натан решил остепениться. Рорк от него этого не ожидал.
Сидя за стойкой бара в отеле «Кавано» и попивая скотч, Наварра ждал Натана. Он размышлял над тем, есть ли у него еще надежда отговорить друга от столь опрометчивого шага. Может, надо увезти беднягу куда-нибудь подальше от Нью-Йорка?
Сам Рорк всего час назад прилетел из Улан-Батора и после длительного перелета чувствовал себя уставшим. Вчера он завершил в Монголии очередной проект и сразу же вылетел на помощь к другу. Ему не особенно хотелось возвращаться в Нью-Йорк. Он полтора года здесь не был! Однако нельзя же бросить Натана в такой трудный час!
До Рождества оставалась неделя, и в отеле было множество постояльцев, в основном богатых бизнесменов в темных дорогих костюмах со своими разодетыми и разукрашенными любовницами, которые с алчностью взирали на кавалеров и смеялись над каждой их шуткой. Безрадостная картина! Повсюду фальшь и неискренность.
