– Повеситься разве что… – грустно сказал Жмуркин.
Генка продолжал курочить камеру.
– Теперь линзы, – бормотал он. – Надо осторожнее…
Генка раскрыл свой швейцарский ножик и потихоньку, миллиметр за миллиметром, стал поддевать блестящие выпуклые стекла.
– Где глину будем искать? – Генка подышал на лежащие на ладони линзы. – Тут песок кругом…
Жмуркин буркнул что-то человеконенавистническое и принялся горестно разглядывать обломки своей кинокамеры. Витька протянул руку к толстому сломанному сучку и снял с древесины янтарный комок размером с виноградину.
– Смола. – Он размял комок на ладони. – Лучше всякой глины. И крепко, и везде можно найти. Давай стекла.
Витька взял линзы и соединил их краями. Края обмазал смолой.
– А воду где возьмешь? – спросил Жмуркин. – Река-то вон где осталась…
Витька улыбнулся.
– Все очень просто. – Он приложил линзы к губам и наполнил пространство между ними слюной. – Та же вода. Кто у нас мастер огня?
Жмуркин улыбнулся. Витька протянул ему получившийся инструмент. Жмуркин поймал солнечный луч и направил его в центр собранной кучки мха. Почти сразу же мох задымился, затрещал и выпустил маленькие огоньки синеватого пламени. Жмуркин набрал воздуху и дунул. Огонь вспыхнул уже красным.
– Да будет свет. – Жмуркин поцеловал самодельную линзу и спрятал ее в карман.
Глава 8 Ведьмино кольцо
– Что это? – спросил Жмуркин. Витька разогнал водомерок [18] , набрал в лужице коричневой воды и протер лицо. Витьке было нехорошо. Кружилась голова и слегка покачивало – сказывались последствия вынужденной диеты. Вода помогла.
– Надо полагать, – начал Генка, – это…
– Это ведьмино кольцо, – сказал Витька и встал на ноги. – Редкая штука, я всего один раз видел, да и то давно.
– Ведьмино кольцо? – Жмуркин пошел вокруг полянки.
Ведьмино кольцо представляло собой грибной круг метра два в поперечнике, грибы росли так плотно друг к другу, что между ними нельзя было просунуть даже тонкую палочку.
– Грибы. – Жмуркин облизнулся.
– Опята, кажется. – Генка наклонился и стал рассматривать грибы.
– Маслята, – поправил Витька. – Это маслята.
Генка протянул руку, собираясь сорвать самый крупный гриб.
– Их нельзя трогать, – предостерег Витька. – Можно умереть.
– Почему это? – Жмуркин смотрел на грибы с явным гастрономическим интересом.
Витька опустился на колени, подобрал палку и сковырнул ею ближайший масленок.
– Считается, что такие кольца возникают в том месте, где умерла ведьма, – сказал он. – И кто ступит за границы этого кольца или съест гриб – тому хана. Потому что ведьма, когда умирает, проклинает все вокруг. И образуется такое кольцо…
Генка посмотрел на Витьку с прищуром, проверяя, шутит он или нет. Витька вроде бы не шутил. Во всяком случае, выражение лица у него было серьезное. Жмуркин тоже посмотрел на Витьку, а потом на грибы.
– Чушь, – сказал Жмуркин. – Сказки. Живем в двадцать первом веке, а ты всякую чушь придумываешь…
– Ты что, в ведьм не веришь? – спросил Витька.
– Не, в ведьм я, конечно, верю, но вот в такие кольца – нет. Это просто кольцо, вот и все. Так грибница расположилась – круговым образом…
– Ничего просто так круговым образом не располагается, – тихо сказал Витька. – Ничего просто так вообще не бывает…
– Тут ты, Вить, конечно, не прав. – Генка достал из кармана ножик и принялся его раскладывать. – В природе очень много всяких кругов. Взять солнце…
– Вот именно! – Жмуркин протянул к грибам руку. – Кругов до фига! И никакого колдовства тут нет, это вымысел.
Витька насадил на палочку гриб и осмотрел со всех сторон.
– Снежный человек – тоже вымысел, – сказал он. – Тем не менее ты шарахнул этого вымысла топором…
Генка присел рядом с Витькой и тоже стал разглядывать гриб. Затем достал свой ножик и разрезал пополам шляпку.
– С виду нормальный, – сказал он. – А как отличить нормальный гриб от ненормального?
– Просто, – ответил Витька. – Очень просто.
– А я вот совсем в грибах не разбираюсь, – сказал Жмуркин. – Что мне делать?
– Меня бабушка так учила. – Витька наклонился и понюхал гриб. – Есть несколько признаков ядовитых грибов [19] . Во-первых, в ядовитых грибах не водятся черви.
– Здесь водятся, – Генка указал на разрезанный гриб.
– Во-вторых, – продолжил Витька свою маленькую лекцию, – ядовитые грибы обычно рассыпчатые. То есть они легко разламываются в труху. Как мухомор, как поганка. Сыроежки, грузди и рыжики тоже разваливаются, но не так сильно. И в них черви есть.
– А шампиньоны? – спросил Генка.
– Шампиньоны моя бабушка вообще за грибы не считала. Шампиньоны, опята разные, вешенки – это все городские забавы. В деревне их не собирают. Да, лисички тоже рассыпчатые, и в них тоже черви не водятся, но лисички легко опознать – они цветом, как апельсин. А вообще, если ты хоть пару раз в лес за грибами ходил, то почти сразу определяешь – плохой гриб или хороший. Большинство съедобных грибов внутри плотные, а шляпка на губку чем-то похожа. Ну и третий способ – если сомневаешься в грибе, то можно его немного разломить и лизнуть. Плохой гриб горький или сладковатый. А хороший он с таким слабым грибным привкусом.
Витька подобрал разрезанный Генкой масленок, понюхал.
– И самое главное правило – если ты все еще сомневаешься, то не бери никакой гриб, пусть даже он кажется тебе съедобным.
– Ты сомневаешься в этих грибах? – спросил Генка.
Витька задумался. Он представил грибной шашлык, представил вкус свежих жареных маслят, представил…
– Я в них не сомневаюсь, – сказал Витька. – В смысле, я не сомневаюсь в том, что это маслята. Другой вопрос – какие это маслята? Может быть, это непростые маслята…
– Средневековые предрассудки, – сказал Жмуркин. – Не знал, Витька, что ты такой трус.
Витька покачал головой.
– Так что? – Генка посмотрел на Витьку. – Жарить будем?
Витька снова задумался. Он представил себя в больничной палате с жестоким желудочным отравлением, вспомнил, что до больничной палаты еще надо будет как-то из лесу добраться, представил снова вкус свежих жареных маслят… Живот предательски заурчал.
– Жарим! – выдохнул Витька и стал собирать маслята. – Который день толком не жравши…
– Рискнем здоровьем! – Генка стал азартно срезать коричневые шляпки.
– Отлично! – обрадовался Жмуркин. – Я разведу огонь.
Он вынул из кармана линзу и кусочек бересты, наломал сучков, набрал сухого мха, поймал в линзу солнечный луч. Но береста отсырела и не хотела поджигаться. Тогда Жмуркин взял у Витьки свою кинопленку и разжег костер с помощью нее.
Огонек весело побежал по пленке, перебрался на мох и сучки.
Генка и Витька быстро собирали маслята. Когда от ведьминого кольца остались жалкие обрывки, а котелок с верхом наполнился упругими шляпками, Витька сказал, что хватит.
– По одной палочке на каждого сделаем, – сказал он. – Для пробы. Только надо дождаться углей… А пока почистим грибы. Вот смотри, Ген, как надо. Эту верхнюю коричневую кожицу со шляпки надо снять и вот эту белую штукенцию, пленочку, тоже…
Витька показал, как надо чистить грибы. А пока ребята чистили маслята и насаживали их на длинные прутики, разведенный Жмуркиным костерок прогорел. Витька собрал в кучу угли, раздал каждому по палочке с грибами и велел держать над самыми углями.
– Надо хорошенько их прожарить. – Витька расположил свою палочку над углями и хихикнул: – Чтобы весь ведьмин яд вышел.
Жмуркин и Генка поступили так же, как он.
Жар от углей исходил сильный и ровный, грибы пожарились быстро, буквально за несколько минут. Витька откусил от масленка краешек и пожевал.
– Ничего, – сказал он. – Только соли не хватает.
Жмуркин и Генка не спешили.
– Чего это вы? – Витька принялся за второй гриб.
– Ждем, – сказал Генка.
– Ждем, – сказал Жмуркин. – Когда ты окочуришься…
– Зря ждете. – Витька уплетал маслята. – Напрасно. Первые признаки отравления появляются через несколько часов, не раньше. Но если хотите – можете ждать.
И Витька скусил с прутика очередной масленок.
– Я лично уже до фига прожил, – сказал Генка. – Так что мне все равно.
И он откусил гриб со своего прутика.
– А я думаю в индуисты [20] записаться, – заявил Жмуркин. – Они говорят, что смерти вообще нет, есть череда новых рождений. В один раз родишься как человек, в другой раз как бенгальский тигр. Я возрожусь в следующий раз в… подумаю, короче…
И Жмуркин тоже стащил зубами гриб с прутика и стал жевать.
– Ты, Жмуркин, возродишься в скунсе [21] , – заметил Генка.
– А ты в Тянитолкае [22] , – жуя ответил ему Жмуркин.
Генка и Витька промолчали, занятые грибным шашлыком. Три палочки жареных маслят были съедены за десять минут.
– Маловато, однако. – Жмуркин облизывал прутик. – Может, еще пожарим?
