вам даже не корона… хотя тоже тяжёлая, зар-раза. Чуть наклонила голову. — Успехов в свободной жизни, господа.
Макаки, вновь переглянувшись, разом отдали мне честь, похватали Мигунов и с визгом и хохотом взлетели. Я проводила их взглядом. Надеюсь, они на радостях никого не потеряют по дороге. Пронёсшийся надо мной вожак крикнул:
— Спасибо, принцесса! Мы не забудем!
— Да что ж вы все такие запамятные-то, а… — пробурчала я под нос, махнув ему вслед крылом. — Не люблю долгов… в обе стороны.
— Не зарекайся. Может и пригодиться, — серьёзно сказал Глас Свыше.
— Я даже представить боюсь — зачем… — невольно передёрнув крыльями, я встряхнулась и направилась к воротам.
Настало время ходить в гости, как сказал бы один забредательный медведь, и немножечко подкрепиться тоже не помешает, а то визия уже почти кончилась.
Глава седьмая, в которой всё поворачивает не туда, но дорога приключений внезапно укорачивается
— Слушай, а они вообще в курсе, что их вроде как осаждают? — с мрачным подозрением спросила я, продолжая монотонно долбить накопытником калитку в воротах.
Этому занятию моё высочество с некоторыми перерывами предавалось уже четверть часа, однако результаты были плачевными. Колокольчик со шнурком кто-то — то ли Бастинда, то ли её крылевреты — успел оборвать до меня, домофонов и прочих приборов не наблюдалось в силу недостаточного развития местных технологий, так что мне это уже начинало надоедать.
— Тут хоть таран, хоть требушет можно спокойно построить, пока кто почешется, или через стену хоть целую армию перетащить с банальными лестницами и вервием.
— Ну, здесь же живёт Гудвин, Великий и Могучий, чьи сапоги попирают Вселенную. Репутация-с. — Судя по интонации, Глас Свыше пожал плечами. Хм…
— Скорее уж он дождётся, что его сапогами попрут из вселенной, — пробурчала я, пытаясь угомонить фантазию на тему голосов с конечностями. — Ну всё, с меня хватит!
Я расправила крылья, намереваясь произвести десантирование в стан потенциального непротивника с воздуха, однако тут внутри что-то залязгало и защёлкало, после чего в калитке открылось окошечко, откуда высунулся чей-то нос.
— Приёма нет! — сообщил нос довольно сонно и сердито. — У нас эта, как её… война идёт, обратитесь со своим делом позже.
Нос собрался втянуться обратно, однако сдавленно и гнусаво взвыл, будучи прищемлен моей магией и выдернут в оконце. Я уже говорила, что мне надоело? Ну так вот, моё терпение лопнуло.
— Видите ли, любезный, — сухо сказала принцесса, изволя гневаться. — Ваша война уже закончилась ввиду полного отсутствия неприятеля, совершенно разбитого мною в ходе краткой победоносной баталии. О чём вы могли бы узнать воочию, если б не дрыхли столь нагло на вверенном вам посту. И на данный момент, признаться, моё высочество уже подумывает, не присовокупить ли к перечню одержанных викторий и взятие некоего города, благо сиё будет зело легко и ненапряжно с такими стражами. Надеюсь, я излагаю в доступной вам форме?
— О, да… бежушловдо… — пробулькал нос, безуспешно пытаясь выкрутиться. — Пожводьте мне, э… одвогидь калидгу…
Я немного отстранила носовой захват, позволив привратнику податься назад. Тот спешно загромыхал ключами и засовами.
Калитка распахнулась, явив маленького человечка в зелёном наряде и зелёных же круглых очках довольно странной конструкции. Он попятился, и я вошла в караулку. Потирая отпущенный и покрасневший нос, заметно опухший, человечек выглянул наружу и огляделся. Я прищурилась — странные очки были замкнуты на затылке крошечным висячим замочком.
— Это ещё зачем? Для постоянного оптимизма? Или чтоб яблоки-черешню в садах не крали?
— А может, от расизма? — хмыкнула моя личная шиза.
— Ага, светло-зелёные — вперёд, тёмно-зелёные — назад. Гудвин что, дальтоник?
— Ну, судя по нарядам, они тут все с цветным прибабахом.
— Кроме Урфина. В этом что-то есть…
— Зрячий в стране слепых?
— Наподобие того.
— Кажется, и правда, — пробормотал меж тем привратник, шмыгнув пострадавшей оконечностью и прижав к ней выдернутый из кармана платок. — Вот не думал, что кто-то сможет обратить в бегство Летучих Обезьян, да ещё с самой Бастиндой во главе, кроме самого Гудвина… Значит, сударыня, вы — могучая волшебница, раз вам удалось такое! Я — Фарамант, Страж Ключей Изумрудного Города. Рад приветствовать вас!
Он отвесил мне церемонный поклон. Непохоже, чтобы его сильно удивил факт в лице синей аликорны. Впрочем, это Волшебная Страна… мне же легче.
— Я принцесса Луна, очень приятно, — почти не покривив душой и раскланявшись, я предпочла перейти к делу незамедлительно. — Скажите, Фарамант, а почему же Гудвин позволил врагу напасть на Изумрудный Город, если он столь могучий волшебник?
— Н-ну… — Фарамант отвёл глаза и смущённо поправил очки. — Он сейчас… ну, я полагаю, занят более важными волшебными делами… сказать по правде, я не добился ответа, хотя громко и неоднократно сообщил ему, что происходит, из-за дверей тронного зала. Обычно Гудвин отвечает, однако мало кто удостоился чести войти туда и лицезреть его воочию. Но тем не менее, это же сам Гудвин, Великий и Ужасный, значит, и волноваться нечего, раз его не беспокоят подобные… ну, наверное, мелочи… то есть, для него это мелочи… Ну, вы понимаете. Хотя поговаривают…
Он боязливо оглянулся, словно Гудвин стоял у него за спиной или вот-вот выскочит из шкафа.
— Что Гудвин когда-то проиграл Бастинде и с тех пор, э… опасается вступать с ней в битву, но это же только слухи, да-да.
Страж Ключей вновь покосился на шкаф с нервным смешком. Похоже было, что он едва сдерживается, чтобы не поискать там подслушивающего Гудвина. Я едва сдержала стон и смачный лапомордоляп. Приехали…
— Да уж… Культ личности в наличности.
— Это уже чересчур. Какая-никакая, но ответственность правителя перед подданными быть должна. Иначе государство просто рухнет!
— Ну так к тому идёт, не?
— Гр-р-р! — я взъярилась и встряхнулась.
— Вот что, любезный Фарамант. У меня как раз дело к уважаемому…
— Интересно, кем?
— Тс-с! …Гудвину, и я была бы вам признательна, если бы вы проводили меня к нему.
— Я бы с радостью, принцесса, но дело в том, — Фарамант наконец перестал коситься на шкаф, аккуратно высморкался и спрятал платок в карман. Его нос почти вернул себе нормальный вид. — Простите… Да, так вот, дело в том, что Гудвин уже давно не принимает посетителей.
— Даже тех, кому обязан спасением своего города? — я прищурилась. — В любом случае, уважаемый Фарамант, ничто не мешает нам прояснить этот вопрос с самим Гудвином. Может быть, он всё же сделает исключение… — «Или я сделаю исключение из него!» — на мой внутренний рык шиза лишь согласно хмыкнула, — …и даже если он
